Ходящая по снам - Юлия Зубарева

Постояли на крыльце, подождали, пока блогеры наговорятся. Хорошо помолчать с близким человеком. Черная кошка, что пробежала меж ними, давно уже перестала махать хвостом. Было и прошло, чего только не бывает в этой жизни.

— Слушай, а тебе детские вещи зачем нужны были? Я ж две сумки с Москвы перла. Кого облагодетельствовать надо?

— Вот калоша, забыла совсем. Пойдем. Надо выбрать чего поприличнее и испортить художественно. На кухне ножницы были.

— Ну, Лизка, ты мне все расскажешь. Я с тебя живой не слезу. Опять тайны, мистика, необъяснимое и невероятное, а я только в сторонке стою. Может не будем резать, там вещи хорошие, дорогие, почти не ношенные.

— Будем, будем. Вот самые хорошие и почикаем. Тащи свои баулы, не жадничай.

Глава двадцать третья

Сон

Ленку с Васькой отправили в санаторий. Квартирку обещали от агентства снять, но Василиса, поговорив с Иваном решила, что поспрашивает у кого поселится в деревне. Ездить ближе и стоить в разы дешевле будет.

Иван уехал вслед за лихими наездницами, а Лиза пошла устраивать на печку узелок из порезанных джинсов, толстовок и модных кроссовок по одной штуке. Теперь домовенку будет в чем гостей встречать. Хоть каждую ночь переодевайся.

Пристроила на рамкой фото над кроватью пакетики с козлиной шерстью и салфетками с пятнышками крови. Если и перерождать стадо свое в химерок, то под присмотром матери. Может она детей своих и не отпустит, а Лиза тут размахалась.

Заснула с чистой совестью. Все что запланировала, все сделала. День оказался долгим и насыщенным.

На общей с Милкой кровати было тесно. По Лизавете скакали два козленка. Не считая маленьких крылышек бестолково трепыхавшихся за спиной они ничем не отличались от своих прототипов наяву.

Милка лежала на боку, подставляя львиное пузо свое с набухшими сосками и призывно муркала. Маленьким бандитам было пока интереснее добудится хозяйку, чем поужинать. Отодвинув от лица вконец расшалившегося малыша Лиза встала с химериного ложа.

— Вот сама с ними и разбирайся, а я пойду дуб проведаю. Рановато пока их другим людям показывать. Ленку только притащу, пусть нянькается. У нее опыт с детьми побольше чем у меня.

Выскочила во двор, пока вся козлиная банда не пошла за ней следом и поспешила к ограде. За оградой, там где раньше было только поле с разнотравьем рос молодой ельник. Посаженные из семечек елки вытянулись в рост с Лизавету, качали приветственно колючими лапами, приглашая прогуляться в лес, что кажется приблизился к Лизиным владениям. Через дорогу от них вытянулся молодой дубок. Малыш был заботливо огорожен ивняком, рядом пробивался крошечный родничок, терявшийся в траве.

— Ну здравствуй обжора. Молока тебе не принесла, завтра принесу, уж не обессудь. Выскочила, даже не подумала.

Лиза погладила то мягкому ярко-зеленому дубовому листику, как по ладошке. Столько сил потратили с Милкой, пока этого упрямца к жизни вернули. А теперь стоит первыми веточками на ветерке шевелит. Корешки любопытные из грунта вытаскивает, щупает Лизины ступни. Натуральный монстрик, свой родной, на молоке взрощенный.

— А вот и наша Лизонька. Я то на минутку отлучился, а тут и ты.

Лексей Борович сиял улыбкой, как самовар начищенный. В бороде незабудки расцвели. В руках котомка с торфом и какими то ягодами.

— малышу вот на пробу принес. Ему сейчас ой как витамины нужны. Милка то твоя занята поди?

— Доброй ночи дядя Леша. У Милки детки сейчас с ней. Не до нас мамаше. А я и молочка не принесла. Сейчас сбегаю.

— Не дергай благодетельницу понапрасну. Мы своими силами справимся. Нынче дубок наш из землицы соки пьет. Родничок, чай, не оскудеет. Ягодки вот на болоте набрал малышу. Очень большая польза растущему организьму, ежели примет.

Разложил содержимое корзинки вокруг дубка. Корешки сначала робко, потом все быстрее и быстрее стали утягивать под землю красные горошинки.

Зашебуршили в торфе, устраиваясь поудобнее.

— Вот вишь какой смышленыш, а ты все молочком, да молочком. Нам навозца пожирней, да водички посочней. Леший заботливо поправил вылезший корешок на дорогу и повернулся к Лизе.

— Гости то добрались гляжу? Мое слово крепко Лизавета. Коли взяла в свидетели, все выполнят о чем договорились. Это хорошо твой дед придумал. С пониманием человек. Ни одной ветки за ради баловства не сломал — уважаю. Так и передай. Пусть приходит. Погутарим по свойски, по стариковски.

— все передам. Слово в слово.

— Вот и ладненько. Второй покупатель чего-то запаздывает. Должон быть еще того дня до тебя добраться. Ну так не боись. Отправлю белобоких, пусть поищуть пропажу. А у меня радость то какая. Ты и не знаешь. Вороны в лес вернулись. Да не один, а цельной стаей. Дуб облюбовали. Орут, как цыганский табор. Ветки таскают, коли гнезда вить начнут, значить совсем хорошо станет. Оживает лес потихоньку. Всем места хватит. Ну не топчись на месте то, вижу, что торопишься. На минутку заглянула и спасибочки. Уважила старика. А вот от даров моих отказываешься ты зря. Хоть травинку бы какую попросила, так я бы вмиг организовал. Для дел ваших ведовских сейчас самая пора запасаться. Зимой то поди чего достать можно?

— Про травки я обязательно попрошу. С целым списком приду в ноги кланяться буду — подражая напевной речи собеседника ответила сновидица.

— Вот и ладненько. Это мы с превеликим удовольствием. Ну бывай Хранительница, поди делов за ночь не разгрести.

Как накаркал старый.

Сначала через калитку забежала в Ленкин сон. Та мчалась на мотоцикле, только волосы назад. Видно сильно на нее поездка с Василисой подействовала. Ничего, что сам агрегат был намертво приделан к карусели с лошадками. Смотреть на застывшую от восторга и ужаса Ленку в окружении расписных лошадок и слонов было забавно, но время уходило сквозь пальцы как песок. Лиза только успела ступить на крутящуюся платформу и тронуть Спящую царевну Елену.

— Пойдем, я тебе еще интересней сон покажу. Хватит круги наматывать.

— Лизка, ты чего тут делаешь?

— Снюсь тебе, как и обещала. Слезай с коня железного. Байкерша недоделанная.

Без долгих уговоров затащила в свой сон удивленную Елену и показала своих питомцев. Милка довольно лежала на кровати в окружении подушек и самозабвенно вылизывала детей, что причмокивали вкусным маминым молочком. Пока Лизавета болтала с Лешим, козлята успели сменить ипостась и теперь вольготно помахивали драконьими хвостикамив такт на покрывале.

—