Космос.Today III - Евгений Адгурович Капба

На орбитальную станцию. А там решим, что делать дальше. От «Ломоносова» — ни ответа, ни привета, ждать больше нечего! А у меня тут — медкапсула, надо приводить вас в порядок…

— Оружие, боеприпасы? — интересовался опцион, пока я пил воду. — Ресурсы, которые мы сможем использовать для освобождения наших людей и выполнения миссии?

— Кое-что есть, — призналась Стрела. — Но здесь старшая по званию я, уж поверьте. Мой приказ — временная передислокация на орбиту, перегруппировка, оценка ситуации и планирование.

— Есть — передислокация, перегруппировка и планирование второго этапа операции! — гаркнул Рогов.

А я просто водичку допил, отдал опциону пулемет и боеприпасы к нему, перевесил рюкзак на спину… Оставалось только продуть револьвер — насколько это возможно — и снарядить его сухими патронами из рюкзака. Я был готов действовать.

— Погнали?

— Марш-марш! — махнул рукой Рогов, и мы наддали по пещере.

Чтобы ее покинуть, нам пришлось пробить своими телами сверкающую в закатных лучах солнца стену водопада. Дальше на многие километры тянулось ущелье, прогрызенное в горной породе небольшой речушкой, которая шевелила камни под нашими ногами. Это было даже классно — просто бежать вперед, ни от кого не отстреливаясь, ни на что не отвлекаясь и не ощущая на плечах сто семьдесят кило живого веса. Эти самые сто семьдесят кило с изяществом бронепоезда мчались рядом, только мелкие камни из-под ног летели.

— Держимся левой стороны… Здесь — короткая перебежка поверху между оврагами… Сворачиваем в правую ветку, — предупреждала нас Стрела.

Небо стремительно темнело, приобретая сине-черный оттенок, точно такой же, как на Земле.

Земля! Мы были с Земли. Я, Рогов, Стрела, остальные легионеры… Земля — это наш дом. Дом всех людей. У нас нет рефаим, нет Системы, нет огромных боевых человекоподобных роботов. Зато есть куча всего другого: например, шашлыки, пирожки с рисом и мясом и картошка с жареной рыбой!

Мой желудок издал вопль раненого кита, но с этим ничего поделать было нельзя — нужно было бежать дальше.

— Торопитесь, мальчики, пожалуйста. Уже темнеет, скоро вылезут… Вот блин! Внимание — справа! — крикнула Стрела.

Рогов среагировал раньше меня: его кулак впечатался в морду страшного чешуйчатого зверя с горящими алым потусторонним светом глазами. Хищник прыгнул откуда-то сверху и явно метил в горло. Тварь обладала клыками в пятнадцать сантиметров и крупными когтями, а размером была с хорошего теленка. Но богатырский удар опциона сшиб ее с ног. Рогов на этом не остановился — он прыгнул хищнику на голову и раздавил черепушку, как арбуз. Сто семьдесят бронированных килограммов — это не шутки!

— Еще справа! — раздался взволнованный голос Стрелы.

Тут уж не сплоховал я: встретил ринувшийся ко мне силуэт ломиком — снизу вверх. И пробил твари нижнюю челюсть, достав до самого мозга, и швырнул монстра на камни, а потом ногой снял ее с ломика. Как шашлык.

— Слева! — пинок Рогова не заставил себя ждать, и третий хищник с испуганным и разочарованным воплем улетел во тьму и шмякнулся там.

— Низко полетела, — сказал опцион.

— Видать, к дождю, — кивнул я.

— Ну, и банальщина, — хмыкнул Рогов. — Отупели мы тут с тобой на системных харчах. И шутки у нас тупые.

Стрела там, на орбите, посмеивалась.

— И ничего, что банальщина! — заявила она. — Все равно смешно. И вообще — главное, что вы живы. Всего ничего осталось, пара километров до схрона туранцев.

— Схрон туранцев! — поцокал языком Рогов. — Слышишь, как звучит? Музыка для ушей!

— Там должен быть кебаб, — сообщил я на бегу. — Или как минимум пахлава. Стрела, родная, а вот эти псины — они съедобные?

— Тьфу, какая гадость! — возмутилась девушка. — Мы не кушаем хищников, у нас так не принято! Там будут консервы и галеты, точно. Я давно засекла это место, но никому не говорила. А сейчас — экстренная ситуация!

— Консервы и галеты, — повторил я. — Вот это — музыка!

— И десантный бот, почти целый, — сообщила Стрела. — Точнее — совсем не целый, но летать вроде бы может. Подключите шлем — я проведу диагностику.

— Прэле-е-естно! — выдохнул Рогов. — Просто прелестно!

* * *

Рогов орудовал пулеметом, как дубиной. Все-таки в первую очередь наше, земное оружие — это тяжелая железяка. Особенно — русское оружие. И даже в промокшем состояние оно представляет собой немалую угрозу! Магазин был отсоединен, так что опцион ухватил пулемет за ствол и крушил черепа прикладом и рукояткой.

Чешуйчатые хищники визжали и выли, они были уже и не рады, что попытались сцапать нас на финальном отрезке пути… То есть — они не пытались. Просто — так совпало. Уж очень удобное место выбрали туранцы для того, чтобы оставить там подбитый десантный бот с припасами «на черный день».

Глубокий овражек скрывался среди зарослей жестколистных кустарников, которые нависали над склонами и процентов на сорок скрывали его от взгляда сверху. Здесь имелся родник с чистой водой, вьющиеся растения пышным зеленым ковром устилали отвесные стены и прятали под собой потрепанный корпус маленького космического кораблика. Конечно, такое удобное место облюбовали звероящеры, и, конечно, Рогов устроил им локальный геноцид. Я просто прикрывал ему спину и только один раз вступил в бой, надавав ломиком меж ушей ретивой твари, которая кралась на полусогнутых, припадая к земле и мечтая вцепиться кому-то из нас в лодыжку.

Когда все было кончено, опцион наклонился и поднял с земли крупное, размером с кулак яйцо.

— Тут целая кладка, — сказал он. — Интересно — оно съедобное?

— Фу! — подала голос Стрела.

— Не фу, дорогой вы наш навигатор, а говорите по толку: съедобное или нет? — настойчиво поинтересовался Рогов.

Ну,а что? Мужик жрать хотел!

— Ограниченно пригодно в пищу, — признала девушка.

— Это значит, модификантам можно. У меня желудочно-кишечный тракт точно модифицирован, я наверняка знаю, — заявил Рогов, расколупал яичко ломиком и принялся жадно его употреблять.

А я поостерегся — насчет своего ЖКТ я настолько сильно не был уверен. Тем более, Стрела говорила что-то про галеты и консервы! Пока опцион впитывал в себя яйца звероящеров, я при помощи все того же ломика и немного — ножа расчищал бот. Действительно, выглядел он плачевно: как минимум, десантный отсек был непригоден для транспортировки людей и грузов. Там все выгорело, в корпусе зияли дыры…

— Подниматься