Новая жизнь Артура Савельича - Рафаэль Бази

А ты, Старк, бери ветошь, солидол и марш к тискам. Будешь вручную, напильником, выпиливать посадочные пазы для механических блокираторов. Пора переводить твои корпоративные амбиции в реальный народнохозяйственный результат.

Тони Старк посмотрел на свои ладони, на которых уже намечались первые жесткие мозоли, затем на иссиня-черные бруски вибраниума, и в его глазах зажегся дикий, фанатичный азарт инженера нового времени. Он понял: они строят не просто оружие для Пентагона. Они создают первый в мире абсолютно надежный, неубиваемый шагающий механизм, способный работать вечно в любых аномальных зонах планеты строго по регламенту государственного ОТК.

— Я сделаю эти пазы, мастер Крюгер, — тихо, но твердо произнес Старк, перехватывая тяжелый трехгранный напильник.

— И этот БЧР будет шагать по твоим ГОСТам.

Фредди Савельевич возвратился к своему верстаку и открыл свой рабочий журнал, чтобы зафиксировать начало внеплановых работ над проектом БЧР.

— Пилите, Шура, пилите — усмехнулся Крюгер. У тебя левый край паза заваливается на три сотых миллиметра, я по звуку слышу. Исправляй угол наклона кисти.

И, напевая себе под нос: "наша служба и опасна и трудна"… он возвратился к журналу.

* * *

Субботнее утро в пригородном овраге близ лесопилки папаши Билли началось в строгом соответствии с циклическим графиком дежурств артели «Крюгер и партнеры» — ровно в пять часов тридцать минут. В воздухе еще стояла свежая, туманная прохлада, пахнущая прелой сосновой корой, сырым известняком и тяжелым, маслянистым солидолом.

Крюгер расположился на раскладном деревянном стуле у края карьера и держал на коленях открытый рабочий журнал, а в руке — секундомер.

Посреди оврага, вздымая клубы сизого дизельного дыма, высилось чудовище.

Большой Человекоподобный Робот (БЧР) проекта «Старк-Крюгер» выглядел как оживший кошмар для любого инженера из Нью-Йорка, но для "старого технолога" это был триумф здравого прагматизма и материаловедения.

Высотой в девятнадцать футов, обшитый матовыми, антрацитово-серыми листами «поющей стали», робот полностью лишился старковского цифрового «ума» и капризной американской гидравлики. Это был первый в мире БЧР на полностью механическом движителе.

Вместо кремниевых стабилизаторов и транзисторов внутри его силового каркаса урчал дубовый двухтактный дизель от списанного трактора, крутивший сложнейшую, прецизионную систему карданных валов, фрикционных муфт и тяжелых дифференциальных редукторов. Шестерни редукторов Фредди Савельевич лично, через свою специфику, выковал прямо в своих ладонях из иссиня-черных брусков своего вибраниума (сверхплотного конструкционного сплава повышенной вязкости).

Металл полностью поглощал избыточную кинетическую энергию ударов, ликвидируя паразитную инерцию шарниров и люфт кристаллической структуры. Робот шагал не за счет электроники, а за счет чистой, неубиваемой механики и точного расчета зазоров по СНиПам.

Внутри тесной кабины оператора, обвешанной бакелитовыми тумблерами и манометрами первого класса точности, лихорадочно потел Тони Старк. Наследник многомиллиардной империи яростно крутил тяжелый чугунный штурвал ручного распределителя фрикционов коленных шарниров. Его шелковая рубашка окончательно превратилась в ветошь, лицо было измазано мазутом, но в глазах горел дикий, первобытный азарт слесаря высшего разряда.

— Крюгер! — донесся из рупора селектора сиплый, возбужденный голос Старка-младшего. — Давление в главном механическом редукторе — восемь атмосфер! Муфты сцепления зажаты намертво! Блокираторы люфта из твоего сверхплотного сплава работают как швейцарские хронометры! Я готов запустить левую фазу переноса ноги! Включаю первую ходовую передачу!

Фредди Савельевич солидно щелкнул кнопкой секундомера.

— Старк, запуск ходовых испытаний одобряю, — спокойно, со своей фирменной дедовской хрипотцой ответил он в микрофон. — Только штурвал плавно крути, спокойно и без резких рывков. Перерасход дизельного топлива нам в отчете не нужен. И за углом наклона вертикальной оси следи по жидкостному уровню, а то завалишь двенадцать тонн стали в болото — придется тебе до полуночи вручную лопатой карьер расчищать.

Поехали, Тони. По местам!

Внутри БЧР утробно, басовито взревел дизель. Огромные, расширенные в три раза стопы робота, спроектированные по принципу тракторных гусеничных траков для минимизации удельного давления на грунт (всего ноль-ноль-пять килограмма на квадратный сантиметр), тяжело шевельнулись в суглинке.

ЩЁЛК! ХРУСЬ! — сработал массивный вольфрамовый замок коленного шарнира.

Двенадцатитонный механический монстр медленно, с достоинством советского тяжелого экскаватора, оторвал левую ногу от земли, перенес её по идеальной параболической траектории вперед и с глухим, плотным ударом опустил на дно оврага. Благодаря вибраниумовым шестерням, удар не породил ни малейшего паразитного скрежета или вибрации каркаса — сплав повышенной вязкости мгновенно утилизировал всю кинетическую энергию в чистую, затухающую синусоиду. Робот сделал первый в истории человечества полностью механический, устойчивый шаг.

— Шагает, чертяка! — папаша Билли, стоявший на краю карьера с биноклем, от удивления чуть не выронил свою кепку в ржавую воду. — Фредди, он же идет! Без всяких проводов и электроники! Чистый чугун и шестеренки! На лесопилке мужики с ума сойдут, когда эту дуру увидят!

Из кустов на противоположном склоне оврага внезапно донесся испуганный, истошный вопль, и оттуда, сверкая пятиконечной звездой на толстой груди и теряя на ходу зеркальные очки-авиаторы, кубарем вылетел шериф Томми «Боров» Шелби. Оказывается, провинциальный начальник полиции уже два часа сидел в засаде, пытаясь зафиксировать «незаконную шпионскую деятельность коммунистической артели».

Но когда прямо на него из сизого дыма уверенно шагнул девятнадцатифутовый антрацитовый колосс, перемалывая гусеничными стопами вековые сосновые пни, нервная система Борова выдала стопроцентный сбой.

Шериф, не оборачиваясь, припустил по кустам в сторону города со скоростью хорошего гоночного Корвета.

Фредди Савельевич даже бровью не повел на бегство представителя местной администрации. Он остановил секундомер, внимательно осмотрел ровный, глубокий след стопы БЧР в глине и сделал аккуратную пометку карандашом.

— Время переноса фазы — четыре с половиной секунды. Осадка грунта в пределах нормативных допусков СНиП, — удовлетворенно хмыкнул Фредди, поправляя воротник полосатого свитера.

— Дифференциальные редукторы нагрузку держат без деформации волокна. Американская цифровая автоматика посрамлена окончательно.

Кабина робота со скрипом открылась, и оттуда, скользя по стальным скобам, на землю спустился Тони Старк. Он был мокрый, грязный, пахнущий дизелем и солидолом, но его лицо светилось такой бешеной, чистой гордостью первооткрывателя, какой не бывало после защиты всех диссертаций в Массачусетском институте.

Молодой миллионер бережно достал из кармана замасленных джинсов четыре серебряные монетки по десять центов, заставив их победно, чисто звякнуть в ладони, и с глубоким, искренним профессиональным уважением инженера-практика посмотрел на Фредди Крюгера.

— Мы сделали это, мастер… — тихо, со звенящей нотой в голосе произнес Тони Старк. — Чистая электромеханика. Без единого кремниевого транзистора. Этот БЧР преодолеет любые болота и карстовые пустоты, потому что редукторы из твоего сплава не знают, что такое усталость металла. Я зафиксировал крутящий момент — он стабилен до третьего знака!

Твоя система… она работает круче,