Заноза для ищейки - Анастасия Юрьевна Королева

– А я не знаю! Я не могу рассмотреть вашего лица! – прошипела в тон ему и попыталась сдвинуться в сторону, чтобы оказаться на безопасном расстоянии и отойти уже от холодной стены, в которую меня буквально впечатали. У меня это даже получилось.

Мужчина вновь выругался, но в этот раз куда грубее, так что меня ещё и жаром смущения обожгло, хотя, если бы во мне проснулось то самое пресловутое чувство самосохранение, должна была уже нестись от Лестера или не Лестера, кто его разберёт, к освещённой улице, а там поймала бы карету и…

Незнакомец щёлкнул пальцами, высекая искры магии, и я увидела перед собой… начальника. Он стоял, одной рукой прикрывая обожжённые глаза, второй… Второй он явно пытался поймать меня, так что я благоразумно сделала ещё один шаг в сторону.

– Стоять! – рыкнул очень недовольный Хайд, и смог-таки схватить меня локоть, тут же сжимая пальцы, словно боялся, что я попросту исчезну. Того и гляди синяки оставит!

– А я и не ухожу никуда, – чувствуя, что меня начинает пробивать крупная дрожь от пережитого страха, я тоже повысила голос, а после и вовсе поддалась захлестнувшим меня эмоциям: – Что вы устроили?! Зачем следили за мной? Я, между прочим, думала, что это кто-то... – замолчала, потому что голос внезапно изменил мне. Да и подобрать определение, кто именно мог за мной увязаться, тоже не получилось.

Пытаясь взять себя в руки, глубоко вдохнула и посмотрела на Лестера. Он стоял, мучительно жмурясь и пытаясь не шипеть из-за жгучей боли, которую, я уверена, он испытывал. Я протянула руку вперёд, в желании помочь ему, но только он открыл рот, как мой желание тут же улетучилось:

– Я устроил?! Это ты скажи мне, что устроила?! Тебе нужно было всего лишь передать информацию, так нет же, ты и пофлиртовать успела не пойми с кем, и на бедного Илиаса набросилась, будто никогда мужчин не видела! Что это вообще было?!

Он рычал и делал это так, будто имел право озвучивать такие претензии. Я задохнулась в очередной раз, только теперь не от страха, а от обиды.

– Знаете, что… – произнесла неожиданно дрогнувшим голосом и с силой прикусила щёку изнутри, потому что внезапно поняла, что на глаза выступили слёзы, злые и жгучие.

– Что? – не сбавляя оборотов, прорычал он, пытаясь притянуть меня ближе, но я не позволила. Вырвала руку и отступила в сторону, так что Лестер, в попытке поймать меня, схватил лишь пустоту.

Ещё один шаг в сторону и ещё один.

– Действие зелья прекратится через десять минут, – произнесла глухо и, развернувшись, побежала к той самой улице, на которой мне виделось спасение. Мне в спину полетели ругательства, витиеватые и очень искусные.

– Эмили, вернись немедленно, иначе… – что там было после «иначе» я уже не расслышала. Да и не хотела я его слушать. Я неслась, не чувствуя земли под ногами, почти не отдавая отчёта, куда именно бегу.

Свет фонарей расплывался перед глазами, а всё из-за этих глупых и совершенно неуместных слёз. А ведь я не плачу. Почти никогда. И уж точно грубый мужлан, который по ужасному стечению обстоятельств оказался ещё и моим начальником, не может стать причиной слёз. Но вот стал, и от этого было ещё обиднее.

Оказавшись на освещённой улице, я на секунду замерла, ослепнув от этого света. А после наугад махнула рукой, слыша цокот копыт по мостовой. Карета остановилась, и я спешно запрыгнула внутрь, назвав требуемый адрес. И только когда карета тронулась, я закрыла лицо дрожащими ладонями, и тихонько всхлипнула, давая волю эмоциям.

За что? За что он так со мной?! Я ведь всё сделала так, как он просил. Нет, пусть не всё и в чём-то мне пришлось импровизировать, но я ведь справилась, так? Тогда почему вместо благодарности, получила ведро помоев?! Почему он бросил мне в лицо все эти злые, лишённые смысла слова? Почему?!

Ладони быстро стали мокрыми и это меня буквально привело в бешенство. Отняв руки, со злостью вытерла слёзы и глубоко вдохнула. Один раз, второй, третий… Сердце билось так, что буквально заглушало стук колёс, и нужно было бы взять себя в руки, но… Боги! Как это было тяжело! Я чувствовала себя, как никогда разбитой, буквально уничтоженной.

Но если подумать логически, если только подумать, то я ничего этого не заслужила. И я ни в чём не виновата, и мне не нужно ни перед кем, даже перед собой, оправдываться. Ничего не нужно. Нужно просто забыть и не думать. Это самое лучшее, что я могла сделать.

Когда я вышла из кареты напротив своего дома, то едва переставляла ноги. Будто кто-то за эти несчастные пятнадцать минут, выкачал из меня все силы.

Кое-как поднявшись по лестнице, я с трудом открыла дверь и, захлопнув её, не включая свет, прижалась к стене. В висках пульсировала боль. Мне показалось, что кто-то сжал мою голову стальным обручем, и чтобы разуверится в этом, я несколько раз провела рукой по волосам.

– Мяу? – раздался вопросительный голос Лео, но я никак не отреагировала. Продолжила стоять в темноте, не двигаясь.

– Мяу! – повторил кот, как мне показалось, испуганно, и только тогда я нашла в себе силы прошептать:

– Всё хорошо.

А после, имитируя нормальность, кое-как отскребла себя от стены. Стянула обувь и, повесив куртку, наконец, включила свет. Зажмурилась на секунду и поплелась в ванну, чтобы умыться. Лео, будто всё понимая, пошёл за мной следом. Он молчал и так же молча, с осторожностью несколько раз боднул меня в ногу.

– Всё хорошо, – повторила скорее даже для себя, а не для него. И только потом посмотрела на себя в зеркало.

Да уж, такой красавицей я, пожалуй, никогда не была. Красные, заплаканные глаза, искусанные губы, бледная кожа…

– Красота-а-а-а, – протянула, пытаясь выдавить улыбку. А после долго и монотонно умывалась холодной водой, чтобы привести мысли в порядок. Но они не приводились, они текли вяло и безжизненно, зачем-то подбрасывая мне искажённое злобой лицо Лестера. А мне и без этого образа было плохо!

Плюнув на всё, скинула одежду и забралась в душ. Включила