Стигиец - Виталий Сергеевич Останин

— Фанатики, — понятливо кивнул я. — Но «тельцы» сильнее?

— Они присосались к чуждому для русского человека эгрегору! — опять понесло пленника.

Ладно, тут уже ничего интересного не будет. Про самих «тельцов» Пуговицын знал немного, лишь то, что в Москве у них очень сильные позиции, но настоящие хозяева находятся за пределами страны, где-то на Западе. В какой-то момент Орден с ними даже соглашение заключил. И поделил территории. Так глупо, ведь сбор маны у служителей Тельца никак к земле привязан не был.

Оставался только один вопрос.

— Михаил, а про некромантов что скажешь?

Во время использования «сна Пта» я видел в его памяти какие-то отголоски, чужие рассказы о чем-то, напоминающем мерзкие практики ахеронцев. Но Пуговицин про них ничего не знал. И Орден не знал, по крайней мере на уровне Хранителей. Ходили слухи и разговоры про возрождение древней темной магии, человеческие жертвоприношения, странные места в новостройках, но лично мой пленник в них не верил. Считал обычными городскими легендами.

А жаль. Я думал обрести союзников в борьбе с древним ужасом, что вновь пытается возродиться. Точнее, натравить одних на других и в случае успеха добить выживших. Однако современные маги не верили в страшные сказки.

Кое-что я все же из нашего разговора вынес. Слухи о темных ритуалах поползли не так уж и давно — чуть меньше полугода назад. А значит, силу наследники Ахерона еще не успели набрать. Возможно даже те олухи-неучи, что хотели зарезать девчонку в этом подвале, на самом деле пытались повторить чужие темные практики. Не понимая сути. Жаль, что тогда я не подумал их об этом допросить.

Стигия хорошо знала ахеронцев, но от их наследия держалась подальше. Казалось бы — и нас, и их называли темными, служителями Зла. На деле же отличия были разительны. Мы заключаем сделки с демонами, а они пробуждали то, что спит от сотворения вселенной. Мы стремились к контролю, личному могуществу и даже бессмертию, они же — пронзить реальность и впустить в него силы той стороны и посмотреть, что из этого выйдет. Наша магия всегда была инструментом. Их — катастрофой.

Кстати, об инструментах. Я заставил пленника объяснить мне назначение каждого артефакта, что я забрал у него. И был немного расстроен его ответами.

— Кольцо может зарядить только кто-то из Ведающих, — хмуро сообщил он, с тоской провожая свою собственность, вновь исчезающую в моем кармане. — Не мой уровень. Нужен ритуал, но я его не знаю. Ладанка — защита от ментальных атак, ее я сделал сам.

— Плохо сделал, — ухмыльнулся я. — Амулет не работает. Что делают бумажки я уже понял — одноразовые щиты малой мощности. Бесполезная трата сил. А вот кинжал. В чем его сила?

— Стилет вампира, — еще больше загрустил мужчина. — Крадет жизненную силу того, в кого вонзится. Оу! Что за! Зачем ты это сделал⁈

Ну, должен же я был проверить! Да и воткнул лезвие неглубоко, все лишь кожу на бедре проколол и мышцу. Было бы из-за чего так кричать. Я жизнь ему, вообще-то, спас, неблагодарному. А мог убить. И собирался.

А стилет, да, действительно крал жизненную силу жертвы и передавал владельцу. Не слишком много, медленно или это из-за места и глубины укола? Что будет, если ударить в сердце или живот? Не стал проверять, я ведь уже решил оставить этой пародии на мага жизнь. В любом случае, как клинок он хорош, в остальном — занятная игрушка. Есть куча более простых способов высушить врага. И большая их часть позволяет сделать это на расстоянии.

— На этом все, Михаил Пуговицын, — рану залечивать я ему не потрудился, не настолько она опасна, кровью не истечет. — Посиди пока здесь с Гончей, а когда она уйдет, можешь уходить к своим хозяевам.

— Ты… Ты отпускаешь меня? — он, кажется, не мог в это поверить.

— Да. Ты совершил ошибку, напав на меня. Принял за «тельца» и поплатился. Свою цену уже заплатил. И враждовать с тобой и Орденом мне нет никакого смысла. Однако, — я сделал паузу и подвел лезвие стилета, которое, кстати, самостоятельно очистилось от крови, прямо к его носу. — Ты передашь послание своим Ведающим. Запоминай. Темный Жрец не враг Ордену. Пока. Но может им стать. Ты выжил для того, чтобы сообщить — такой враг Ордену не нужен. Враждуйте с «тельцами», обучайте своих неофитов, но не ищите меня, и не пытайтесь причинить мне зло. Второй раз столкновение с любым из вас я уже не восприму, как ошибку. Ты понял меня, Михаил Пуговицын?

— Да, — он заворожено глядел на острие клинка. — Я все понял.

— Еще ты передашь вот что. Если хозяева твои пожелают меня найти для разговора, пусть пошлют сюда человека и оставят любой, самый простой магический предмет. Амулет, самодельный артефакт — мне все равно. С ним пусть оставят запись с местом встречи. Я узнаю.

Заброшенное здание вряд ли будет стоять слишком долго. По программе реновации его скоро снесут, чтобы возвести очередную башню. Но пока стоит — мне не сложно периодически отправлять сюда Гончую — она магию почует сразу. А там, глядишь, мы с этими Ведающими и о союзе столкуемся. Временном, конечно же.

— И вот еще, — перед уходом я обернулся. — Попытка выйти на меня через эту женщину, мою ученицу, будет рассматриваться, как война.

— Я передам.

В машине Алина глубоко выдохнула и нервно рассмеялась.

— Вот это мы сходили за покупками!

Я снисходительно хмыкнул. Неофитка не представляла, что это — лишь начало. Теперь, когда я смог вернуть хоть часть своей былой силы, и выяснил, что здешние маги не так уж и опасны, настала пора заняться ахеронским наследием. Не знаю, ждет ли меня встреча с таким же, как и я, пробужденным в чужом теле древним колдуном или это современные маги раскопали то, что должно было вечно храниться в земле, но игнорировать это больше было нельзя.

Как я уже говорил — Стигия слишком хорошо знала Ахерон.

Глава 17

Утро следующего дня выдалось на удивление ясным. Вечно серое московское небо впервые за много дней не смотрело сверху, хмуря тучи-брови, а приветливо улыбалось робкими солнечными лучами. От этого их приветствия, столь похожего на рассветы Стигии, даже настроение сразу улучшилось. И раздражение на ученицу,