Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

– Дышать тяжело… Сними, пожалуйста, – заныла Прюденс.

Сэм стянул наволочку, позволив пленнице глотнуть воздуха.

– Говори, – поторопил он.

– Дай хоть отдышаться, – прошелестела девушка.

Сэм нетерпеливо сел на крышку унитаза. Прюденс взглянула на него и улыбнулась.

– Чего лыбишься? – проворчал Сэм.

– Да ничего. Над тобой смеюсь. Мужчины. Большие тупые младенцы, неспособные связать причину с последствиями.

– Какого черта ты несешь?

– Ты про воду забыл, тупица, – сказала Прюденс.

Сэм бросил взгляд на воду в ванне и увидел, что темная паста, втертая в веревки, сошла. Длинные волосы Прюденс впитали воду, и влага промочила и рубашку, и стягивающие девушку путы. В один миг Прюденс разорвала веревку на запястьях, вытянула руку – и Сэм, вылетев из ванной, грохнулся на спину в центре комнаты.

– А теперь леди бы хотела остаться в одиночестве, ладно? – Прюденс захлопнула дверь.

Вскочив, Сэм бросился к ванной и начал ломиться в дверь. Та тут же распахнулась, и по жесту Прюденс Сэм снова хлопнулся на пол и свернулся клубком, пытаясь не потерять сознание.

– Да что с вами, Кэмпбеллами, такое, а? Почему вы просто не оставите нас в покое?

– Откуда ты знаешь, что я – Кэмпбелл? – спросил Сэм.

Прюденс подошла, схватила его за воротник и наклонилась почти вплотную.

– Я чую в тебе эту кровь, – выплюнула она. – Вечно вы все из себя такие положительные вершители добра и справедливости, которые лезут всех спасать. В то время как вас самих, ребятушки, спасать надо. Самое забавное, вы поступаете так веками, а до сих пор ничему не научились.

– Знаешь, можешь трепать языком сколько влезет, но мне пофиг.

Прюденс перекинула ногу через Сэма и уселась сверху:

– Вот кому-кому, а тебе, Сэм Винчестер, не должно быть пофиг. Потому что, хотя какая-то твоя часть здесь, настоящий герой дня внизу. И теперь, когда вся эта возня со сломанными печатями окончена, его можно снова освободить.

– Откуда ты знаешь? – Сэм попытался сдвинуться, но она накрепко прижала его к полу.

«Да кто же эта мелкая сучка в самом деле?»

– Он еще спрашивает! Да ты хоть представляешь, насколько я сильна? Насколько сильна моя семья? Я знаю про тебя все. И потом, слухами земля полнится. Кстати, я, в общем-то, рада, что с тобой познакомилась. Можно даже сказать, мне выпала честь. Сосуд Люцифера. Очень жаль, что он все еще не на месте: медовый месяц вышел бы отпадный.

– Хочешь освободить Люцифера? Это просто смешно, это самоубийство, – возразил Сэм.

– Для человека – да, а для могущественных ведьм не очень, хотя все еще сложно. Первый блин всегда комом. В тысяча шестьсот девяносто втором у нас не получилось, но мы не располагали всеми фактами, мы не знали о печатях. Если вспомнить предыдущую темницу, сейчас Люцифер просто-таки в гостинице. И мы собираемся вызволить его оттуда.

– Вы на него ошейник не напялите. Он не будет вам подчиняться, поверь мне, мы пытались.

– Еще как будет. У нас есть отличная, проверенная веками книжечка. Это тебе не избранные эпизоды Опры[92], та бы застряла уже на жертвоприношениях. Книга очень сильна, с ее помощью мы сможем помыкать Люцифером, как угодно.

– В жизни не сработает, – возразил Сэм.

– Бог троицу любит. Знаешь, мы снова попробовали, когда ты родился. Думали, может, это событие сломает печати, но не повезло. А теперь, благодаря тебе, все выйдет, как надо, – Прюденс провела пальчиком по его груди. – Я рада, что это тело вернулось в целости и сохранности, отличный экземпляр. Знаешь, у меня даже маленькая теория есть: ты здесь, Люцифер внизу, но вы, ребята, просто созданы друг для друга. Если все пройдет как надо, ты придешься ему впору, как перчатка. Ммм… Меня это даже заводит немножко, – она лизнула его в щеку. – Вкуснятина. Ладно, я была рада поболтать, но до дня Х еще три жертвы. Мы еще встретимся не раз. Очень скоро.

– Ты не сделаешь этого, не поднимешь его, – повторил Сэм.

– Ох, Сэм, не указывай мне, что я сделаю, а чего не сделаю. Кроме того, мы поднимем всех Принцев Ада[93]. Так что не волнуйся, Люцифер будет не одинок. Он будет со своими братьями. В отличие от тебя. А теперь мне пора бежать. Пока! – она наклонилась и солоно поцеловала его в губы.

Когда девушка ушла, Сэм поднялся с пола, достал из мини-холодильника бутылку пива и сел на кровать, обдумывая события вечера. Гоняться за Прюденс не имеет смысла, надо выждать и поймать ведьм с поличным. А что будет, если им, в самом деле, удастся освободить Люцифера? Люцифер придет за ним? Если честно, Сэм не боялся – это его мало волновало. Им двигала только жажда отомстить, только и хотелось, что добраться до ведьм. Это было даже не осмысленное решение – слепая потребность. Только на этом он мог сосредоточиться.

Сэм поднялся, прихватил сумку и вышел из номера. Сбежав вниз по бетонной дорожке, окружающей номера, он сел в фургон и уехал.

* * *

А всего в каких-нибудь нескольких метрах, в комнате номер пять, Дин лихорадочно листал дневник Натаниэля. Надо было выяснить, о чем говорила Перри. Если ей и вправду стукнуло триста восемнадцать, то она наверняка была вовлечена в Салемские ведьмовские процессы, а значит, имела отношение к Констанс. Ведьмы убивали молодых людей, воскрешали трупы… что же они задумали?

– Что ты ему дал? – спросила Лиза.

Она сидела на второй кровати, а Бен дремал рядом. Дин рассудил, что парню надо хорошенько отдохнуть ночью, а то встреча с Перри и прочие события дня могли неважно на нем отразиться. Возможно, ясная голова и хороший завтрак помогут смягчить пережитый опыт…

– Да так, кое-что. Не волнуйся. Все по рецепту.

– Вот это меня и беспокоит.

Дин вернулся к дневнику, раздумывая, нельзя ли как-нибудь и Сэма воскресить, и Конни попутно остановить. Он нашел нужный абзац и взялся за чтение.

Глава 30

Натаниэль с сыновьями приехали в город на следующее утро. Они знали, что Констанс – ведьма, а встреча с Прюденс подтвердила, что она тоже ведьма. Натаниэль предупредил мальчиков, чтобы те были предельно осторожны. Они не знали, что ведьмы вытворят на этот раз. Натаниэль подозревал, что дело связано с разрытыми могилами, но доказательств у него не было. Но