Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

Первый — Кукуше. Объяснил ситуацию, и он воспринял с пониманием.

— Не беспокойся, не переживай, Маму доставим в лучшем виде.

— Ты только не забудь, пожалуйста, что ты типа куратор мой ментовский.

— Не забуду, — рассмеялся он.

— Ларису предупреди.

— Ладно, придумаем чё-нить…

Поговорив с ним, я позвонил маме. Объяснил, что меня отправляют с документами, поэтому не смогу приехать за ней лично, но Вячеслав Олегович, помнишь такого? Тот, что в прошлый раз был. Вот. Он заедет за тобой. Он будет со своей невестой в тех краях, пообещал и тебя забрать.

Мама удивилась, конечно, по поводу командировки, немного разволновалась, но в конце концов вынуждена была принять факты.

Потом я позвонил Чердынцеву.

— Александр Николаевич.

— Да, слушаю тебя, Сергей.

— В общем, я подумал над вашими словами.

— Хорошо. Молодец. И что надумал? Без подробностей только, да?

— Ну как бы… Мне кажется, мы с вами неплохо сработались.

Он усмехнулся:

— Ну да, есть такое. Приходилось прикрывать твой зад пару раз.

— В общем, — помолчав для солидности, сказал я, — думаю, мы можем продолжить при взаимных обещаниях абсолютной конфиденциальности.

— Хорошо, — ответил он. — Это даже и упоминать не следует, это является частью сделки, я бы сказал даже главной частью.

— Но тогда ещё один вопрос. Заграничный паспорт.

— Что заграничный паспорт?

— Мне нужно сделать заграничный паспорт, — пояснил я.

— Ну так через Госуслуги заходи, да делай.

— Ну да, только мне надо сделать его по-быстрому. За несколько дней.

— А куда это ты намылился? — насторожился он.

— Может быть, с Ангелиной Нащокиной на курорт поеду, — соврал я.

Он помолчал.

— Подумаю, что с этим можно делать, — подумав, ответил Чердынцев. — Давай тогда завтра встретимся, обговорим всё.

— Нет, Александр Николаевич, завтра мы встретиться не сможем. Сможем встретиться только послезавтра. Завтра меня приглашает на встречу Глеб Витальевич.

— Я тебя понял. А где будет встреча? Здесь или там?

— Там.

— Ну ладно, значит послезавтра увидимся? — немного разочарованно проговорил он.

— Полагаю, да.

— Хорошо. Счастливого пути тогда. Повнимательней там.

— Благодарю за заботу…

* * *

Утром я приехал в аэропорт на такси. Хотелось спать, было зябко, знобко, сновали люди с огромными чемоданами, толпились у стоек регистрации. К счастью, мне стоять с ними необходимости не было.

Я прошёл сразу наверх, на второй этаж, на посадку. Отсканировал свой посадочный прямо с экрана телефона и зашёл внутрь. Пройдя досмотр, я направился прямиком в кафе и заказал двойной кофе. Кофе был дрянным, горьким, пережжённым, но крепким, так что я немного взбодрился. Хотел что-нибудь перекусить, но не успел, потому что меня нашёл один из Давидовских бородачей.

— Пойдём со мной, — сказал он и кивнул в сторону бизнес-лаунжа.

Давид находился там.

— Ну что, Краснов, — кинул он мне, завтракая фруктовым салатом. — Не опоздал, значит?

— Выходит, что так, Давид Георгиевич.

— Молодец. Хочешь что-нибудь?

— Да, — кивнул я. — Хочу много денег и безграничную власть.

Он усмехнулся, хотя утро не особо располагало. Утро — это время, когда человек, как правило, не особо готов к юмору. А уж к сатире — тем более.

— Для этого нужно будет хорошо постараться, — сказал он. — Но… хочешь честно, Краснов, Сергей?

— Только на честность и уповаю, Давид Георгиевич, ибо зачем нам сладкая ложь, когда есть прекрасная горькая правда?

Он усмехнулся и чуть качнул головой.

— Я, конечно, понимаю, парень ты молодой, кровь горячая. Не джигит, но тоже ничего. Это, между прочим, высокая оценка. Не низкая. Но ты… семенники свои лучше завяжи в узелок.

— В смысле? — удивился я? — Как это?

— А так это… Ты там вроде на Ангелину какие-то виды имел?

— Ну, есть такое. Планы на будущее.

— Ну так а чё ты с секретаршей Кашпировского-то снюхался?

— Да я не снюхался, — пожал я печами. — Вообще ничего такого не было.

— Смотри, Кашпировский чувак говнистый. Если почувствует твой интерес к своей секретарше…

— Так у них же вроде ничего нет, профессиональные отношения, служебные.

— Не перебивай. Какие там у него отношения, меня не щекочет. Но если он почувствует, что ты к ней подкатываешь, орать начнёт. И до Глеба Витальевича это махом дойдёт.

— Спасибо, Давид Георгиевич, за предупреждение и за науку. Но я говорю, у меня с Верой Михайловной ничего не планировалось.

— Ну-ну, — усмехнулся он. — Всё без плана и происходит зачастую. Ты же сам нёс что-то про личный интерес, а? Короче, я сказал, ты услышал…

* * *

Летели мы не вместе. Я в экономе, а Давид со своими телохранителями в бизнесе. Всю дорогу я спал, даже кормёжку пропустил.

Когда прилетели, он не взял меня и в свою крутую тачку. Водитель, один охранник, он, второй охранник. Всё. Места кончились.

— К одиннадцати приедешь, — сказал он мне на прощание и назвал адрес того самого небольшого дворца, в котором я уже бывал.

Ну, собственно, не очень-то и хотелось торчать в пробках. То ли дело Аэроэкспресс! Чик-чирик — и ты уже в центре. Я прошёл от Белорусского вокзала пешочком, потусовался на Маяковке, позавтракал, а по Верхотомскому времени уже пообедал и прибыл в назначенное время в назначенное место.

Меня промурыжили полчаса в фойе, не давая оформить пропуск. А потом появился один из бородачей и повёл в блестящий китайский минивэн с дорогой отделкой из натуральной кожи и дерева. Да ещё и с роскошным и тонким ароматом. В минивэне я был один и ехал как король, правда, не знал куда.

Закончилось путешествие в прекрасном банном комплексе, воспетом писателями и кинематографистами, называемом «Сандуны».

Красота, благородство, золото и визуальные излишества могли поразить воображение. В холле и там, где бассейн, просто душа радовалась от такого очевидного римского наследия. В сущностном плане, не в декоративном.

— Ну что, школяр, — поприветствовал меня Ширяй, вошедший в холл в сопровождении Давида и церберов. — Ты как к бане-то относишься? Не против, что мы тебя сюда дёрнули?

— В здоровом теле — здоровый дух, — улыбнулся я. — Здравствуйте, Глеб Витальевич. Прекрасно выглядите. Не иначе как на курорте были?

Был он, наверное, в солярии, а