Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Рустам, ты рюкзак принес? — задался я вопросом, куда бы засунуть все отобранное снаряжение.

— Держи. — Зубастый поднял с пола и швырнул мне обыкновенный школьный ранец. И не какой-нибудь новомодный, а потертый, явно еще в СССР сделанный. Почти с такими же у нас полкласса в школу ходило.

— Издеваешься? — уставился на него я.

— Предупредил бы раньше — заказали бы со склада, — ничуть не смутился Рустам. — А здесь больше нет ничего. Скажи спасибо, кобуру нашли.

Только крякнув, я надавил на выпуклую кнопку, сунул в ранец распечатки, карту и пару алхимических гранат и вновь застегнул крышку. Если ремни подрегулировать, то, пожалуй, портфель и мне впору придется.

— Задачу своим ставил? — поднялся с дивана Зубастый и подошел к столу.

— Молчит, как рыба, — сразу же заявила Вера. — А вы у нас за главного? Так, может, уже объясните, наконец, что происходит? И чего от нас хотят? А то неделю мурыжите непонятно зачем!

— Вашему командиру задачу уже поставили, — указал на меня Рустам. — С него и спрашивайте.

— На месте определимся. — Я просунул руки в ремни ранца. Зря Зубастый так, правило "разделяй и властвуй" еще никто не отменял. — В общем, сейчас едем проверять промзону. Возможно, будем проводить операцию по задержанию или что-то типа того.

— Кого? — в один голос спросили Напалм и Ветрицкий, а вот обидевшаяся Вера даже не подняла головы от своей ненаглядной винтовки.

— Что — кого? — усмехнулся я и убрал "Гюрзу" в прицепленную на пояс кобуру.

— Задерживать кого будем? — уточнил вопрос пиромант.

— А кого придется, того и будем, — направился к двери Второй. — Сан Саныч уже приехать должен был, так что пошевеливайтесь.

Рустам посмотрел на вытащенные из кармана часы:

— На выход.

— Чего браслет не отремонтируешь? — Я несколько раз подпрыгнул на месте, утрясая содержимое ранца.

— Некогда. — Зубастый выглянул в дверь и подозвал караульного: — Отнеси оружие в кладовую. И не бросай, как придется, а под роспись сдай.

— Слушаюсь. — Парень принялся собирать со стола остававшееся там снаряжение, а мы похватали пожитки и потянулись к лестнице.

— Не понял, мы что, на самом деле завтракать не будем? — занервничал, поднимаясь из подвала, пиромант.

— Придумаем что-нибудь. — Я решил, что перекусить, действительно, не помешает. День-то еще только начинается. И кто знает, когда следующий раз поесть удастся. — Сейчас спросим, где продуктовая лавка поблизости, туда и заедем…

— Да тут недалеко, — услышал наш разговор Второй. — Тоже не жравши, так что имейте в виду.

— Пусть Рустам тебя в виду имеет. — Я задержался у черного хода Морга, пропуская в дверь Веру. — У нас все равно ни копейки нет.

— А нам жалованье полагается? — опомнился вдруг Напалм. — Или мы как звери в цирке за харчи пашем?

— За идею мы пашем, — поправил пироманта Рустам. — А на еду денег дам. В рамках разумного, конечно…

Саней нам выделили сегодня аж три штуки. Оно и к лучшему: хоть все нормально разместились — одни-то сани бойцы "Красного декабря" заняли. Так что я, Вера и Рустам сели к Сан Санычу, а Второй забрал с собой Напалма и Ветрицкого.

— Вы давайте потихоньку, — предупредил он нашего возницу. — Мы сейчас провиантом затаримся и вас на Красном проспекте догоним.

— Договорились, — кивнул Сан Саныч. — На меня тоже возьмите, сегодня целый день с вами.

— А эти как? — мотнул Второй головой в сторону измененных из "Красного декабря".

— Им паек выдали. — Рустам снял со спины небольшой рюкзачок и кинул его себе под ноги. Интересно, что у него там? Если термос влезет и то хорошо. — Ну все, поехали.

Я развалился на задней лавке и зевнул. Изо рта вырвались клубы пара. Прохладно сегодня. Но ветра нет, так что ничего страшного. Только вот облака мне не нравятся — больно они на тучи снеговые похожи. Как бы вьюга не началась. Если заметет дороги, до места точно не доберемся.

Сани потихоньку вывернули на Красный проспект, и Сан Саныч принялся что-то насвистывать себе под нос. Настроение ему не испортила даже подрезавшая нас на перекрестке служебная "газель". Дружинники явно куда-то торопились и тут же свернули во дворы, а мы все так же неспешно покатили к Южному бульвару.

О! Перекресток все так же был покрыт коркой застывшей воды, и уже появились первые жертвы народного разгильдяйства — в сугроб улетел грузовой "зилок". Сопровождавшие груз охранники вяло переругивались с дежурившими у колонки с водой дружинниками, а отрешенно усевшийся на подножку водитель дымил сигаретой. Н-да, это не легковушка, замучаешься теперь вытаскивать.

— Сан Саныч, — позвал я возницу, когда перекресток остался позади.

— Только не говори, что опять в церковь собрался, — нахмурился Рустам.

— Да нет, — успокоил его я, — нам бы к "Несущим свет" завернуть. Знаете, где у них штаб-квартира?

— У Южного бульвара которая? — задумался возница. — Знаю, как не знать.

— В религию ударился? — рассмеялась оказавшаяся не в курсе моих взаимоотношений с сектантами Вера.

— Не, по делам заскочить надо.

— По каким еще делам? — оглянулся Рустам, видимо, проверить, не нагоняют ли нас сани с отправленными в продуктовую лавку парнями.

— По нашим делам, — выразительно посмотрел на него я. — Мне у них кое-что уточнить надо.

— А именно? — привязался хуже банного листа Зубастый.

Мне ничего не оставалось, как предложить:

— Хочешь — пошли, вместе сходим.

— Сам иди, — отмахнулся парень. — Сан Саныч, прибавь. Вон наши катят.

Я обернулся и в который уже раз за последние дни поразился тому, как обезлюдел Форт. Одни дружинники на улицах. Остальные все по норам попрятались. Хотя… будь у меня такая возможность — тоже бы лишний раз на холоде не отсвечивал.

— Проспект-то открыли уже? — вдруг опомнился Зубастый. — Или в объезд придется?

— С утра открыт был. — Сан Саныч поправил мохнатую шапку. — Вон видишь, где сани едут? Вчера там наряд стоял.

— Может, его подальше перенесли? — предположил я.

— Говорю же — открыли проезд! — не выдержал возница. — Теперь только Южный бульвар, как к Пентагону поворачивать, перекрыт остался.

— Ага, точно, — привстал с лавки Рустам. — КамАЗ поперек дороги развернули.

— Интересно, второй штурм был?

Я внимательно оглядел толпившихся на перекрестке дружинников. Вооруженные до зубов парни провожали настороженными взглядами весь проезжающий по проспекту транспорт и лишь изредка тормозили для проверок показавшиеся им подозрительными сани.

— Нет. — Как ни удивительно, Сан Саныч и тут оказался в курсе дела. — Говорят, переговоры начались.

Сани свернули на Южный бульвар, и я вновь завертел башкой по сторонам. Не скажу, чтобы на улице народ кишмя кишел, но, по сравнению с остальным Фортом, жизнь здесь просто ключом бьет. Это забитые работяги на всякий случай харчами