"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

нескольких экспериментов пользоваться перестала. Все же мой личный темп похудения был и так очень активен, а если его еще и подстегивать магией, то нагрузка на организм могла оказаться слишком высокой. Передо мной стояла задача похудеть не к событию, а навсегда, поэтому я решила, что лучше буду тратить магию на подтяжку кожи.

Этим же вечером к нам в гости на ужин засвидетельствовать свое почтение прибыли князь Заславский и князь Долгорукий. Как оказалось, они уже давно рвались навестить нас, и меня удивляла такая настойчивость.

— Евдокия Поликарповна, — обратился ко мне за столом Заславский, — ваше сегодняшнее выступление было просто фееричным!

— Да уж… — усилием воли сдержала улыбку. — Выражение лица министра финансов я нескоро забуду.

— О да! Я тоже! — в отличие от меня, он свою полуулыбку и шальных чертят в глазах сдержать не смог. — Вы не подумайте ничего такого, но мне еще не приходилось видеть его таким!

— Он планирует быть на завтрашнем обсуждении?

— Да, конечно! Как и министр образования, и ваш отец.

И чего ради меня опять зовут? Основные моменты я уже озвучила, теперь нужно принимать основополагающие решения и предлагать рабочие варианты развития. А разве у меня что-то есть? Нет! Нужно подготовиться, и Заславский мне в помощь!

— Дмитрий Максимович, мне кажется, что для наглядности нужно облечь некоторые мои предложения в письменную форму. Однако я не имею никакого представления, как это нужно сделать, чтобы их можно было подать императору.

— Пожалуй, я мог бы вам помочь, только у нас совсем нет на это времени.

— Не могли бы вы после ужина немного задержаться?

— Да, конечно, — он даже повеселел и приосанился.

Долгорукий отвлекся от беседы с сестрами-близняшками:

— Евдокия Поликарповна, я слышал, вы завтра будете в Кремле?

— Да, там будет обсуждаться проект женской магической гимназии.

— О! Об этом проекте в последнее время не судачит разве что слепоглухонемой. Признаться, после демонстрации ваших, — он выразительно обвел всех девушек за столом взглядом, — умений не остается никаких сомнений в правильности этого шага.

Мы с девчонками переглянулись и улыбнулись.

— К сожалению, так думают не все, — нахмурился Заславский.

— Было бы странно, если бы было иначе, — вздохнула я.

И тут маменька решила перевести разговор на более нейтральную тему:

— У нас за столом присутствует человек, который не так давно прибыл из далекой и загадочной Японии! Георгий Константинович, вы не расскажете нам что-нибудь интересное о вашем путешествии?

— О, с нами случалось столько всяких забавных и не очень ситуаций, что я даже не знаю с чего начать… — развел руками Долгорукий. Я подумала, что его этим вопросом уже успели знатно достать. Но была уверена, что у него припасены истории для таких случаев. — Когда я попал туда впервые, понял, что японцы не желают с нами общаться. Резанов вел переговоры сам — они на этом настаивали, и рассказывал, что его заставляли разуваться при входе в дом японского чиновника. Его тогда это жутко возмущало и оскорбляло. На тот момент мы плохо знали обычаи японцев и не знали, что это часть их житейского уклада.

— Неужели вас никогда до этого не приглашали в дом к японцу? И где вы тогда все это время жили? — не унималась любознательная девушка.

— Не приглашали, — усмехнулся он. — Более того, мы и на берег сходили редко, а дом выделили только графу Резанову.

— Но почему? И что вы тогда там все это время делали? — с искренним удивлением и недоумением воскликнула Лидия.

— Около полугода мы ждали, когда император согласится встретиться с нашим послом. А не общались с нами по одной простой причине: он издал эдикт, который запрещал любое общение с иностранцами. На тот момент Япония вообще вела политику закрытых границ.

— Я помню, вы говорили, что в тот раз так и не увидели его, но уже буквально через несколько месяцев у вас появилась возможность посетить Японию с другим дипломатом и добиться аудиенции императора, — вмешалась я, чтобы подвести разговор к заинтересовавшей меня еще неделю назад теме. — А еще вы обещали рассказать, как это вышло.

Все за столом оживились и даже перестали жевать в предвкушении занимательной истории.

— Не думаю, что это интересно столь юным созданиям… — завел он свою шарманку, однако, глянув на вмиг заледеневшие взгляды женщин, пошел на попятную: — Но если вы настаиваете, то почему бы и нет… После того как Резанов разругался с императорским сановником и отплыл на Аляску двумя кораблями, мне с оставшимися двумя судами было приказано возвращаться в Охотск, откуда, собственно, мы и пришли. Несмотря на неудачу, наш император выслал из Москвы другого дипломата — графа Полозова, которого мне было велено ожидать в Охотске, чтобы снова сопроводить в Японию. Не думаю, что и из этой поездки что-то бы получилось, но неожиданно сильнейший шторм прибил к нашему берегу чуть живой японский корабль.

— Вы доставили их домой и таким образом снискали милость императора? — Наталья попыталась угадать развитие событий, но стушевалась и покраснела — она не хотела перебивать мужчину, но природная непоседливость взяла свое.

Долгорукий на это грустно улыбнулся:

— Боюсь, что подобный предлог мы уже использовали для визита графа Резанова. Но эти японцы не были обычными рыбаками. Обстоятельства сложились так, что именно их послал японский император, чтобы вернуть некий украденный артефакт. Кто и зачем покусился на его собственность, как, впрочем, и что это был за артефакт — они нам так и не рассказали.

— А всю вышеперечисленную информацию вот так с ходу выдали? — не поверила я.

— Нет, конечно. Эта история была гораздо запутанней и длинней, и эти сведения мы получили совершенно случайно и не без помощи магии… — он запнулся, словно сболтнул лишнее.

— И, конечно же, эта самая магия не позволила вам узнать все, что вас интересовало… — протянула я, наивно хлопая ресничками.

— Вообще-то это государственная тайна. — Прокашлялся несчастный допрашиваемый.

— Думаю, государственные тайны девушкам неинтересны, — пришел ему на помощь мой папенька. — Продолжайте, друг мой.

Мне захотелось возразить, что еще как интересны! И, судя по глазам подруг, не мне одной. Но мы продолжали слушать отредактированную и вылизанную от лишних деталей историю, из которой выходило, что, имея на руках такой козырь, как артефакт, принадлежавший императорской семье