Студент: Казнь - LikanTrop

— «Только поговорить» со стволом не ездят, — спокойно пожал я плечами и посмотрел в глаза мужчины, — только идиот сядет в машину с раскладом один к трем, да еще и под дулом пистолета. В тачку я не сяду. И это. Оружие лучше убери. Пугать меня не надо. Раз стрелять не стал, значит убивать не планируешь, а поговорить можно и без ствола в руках.

— А ты борзый, да? Ну давай тут поговорим, — Майор вылез из машины полностью, захлопнув дверь. Обошел тачку сзади, мимолетно осмотревшись по сторонам, и остановился возле меня в метрах трех, продолжая сжимать в руке ствол, который правда спрятал в просторный карман куртки. С пассажирского сиденья вылез короткостриженый гоблин и встал с другого от меня бока.

— О чем поговорить хотел? С твоим боссом мы все уладили. С тобой, вроде как, тем для разговора у меня не было? — внимательно следил я за Майором и его подручным быком, в любой момент готовый разорвать дистанцию и нырнуть за кусты.

— Ты считаешь уладили? Наехал. Лишил Михал Саныча заработка. Ты вообще кто есть, чтобы такие вопросы с людьми решать?

— Я есть тот, у кого финансовый интерес в делах человека на которого наехали. Давай на чистоту, твой Саныч из жадности решил по легкому получить с лоха. Придумав из головы какую-то несуразную сумму долга. Только разводка не срослась, — я пожал плечами, — вышло так, что Сергей не сам по себе. Он работает со мной. И кинуть его как лоха у вас не получилось. И не получится.

— Слышь, а ты то кто есть, чтоб такие вопросы решать? — пробасил, стоящий с другого от меня бока спортсмен.

— Тот, кто не ссыт прийти на разговор без ствола, — ответил я спокойно и вопросительно приподнял бровь, — я чо-то не вкурю? Саныч ваш слово дал, что тема закрыта, а теперь решил переобуться? Он же при людях подтвердил, вопрос решеный.

— Ты считаешь там были люди?

— Какой-то кривой у нас разговор выходит. Не серьезный, — беседа и правда заходила куда-то в тупик. В воздухе повисло напряжение. Складывалось впечатление, что майор сам до конца не понимал, как дальше действовать. Думал, что возьмет пацана на испуг, я дам слабину и дальше понятно. Пара тумаков, может сломанная рука и втоптанный в землю авторитет. Расчет в общем-то верный, если бы ехали к зеленому пацану коим я выглядел. Только слабину я не дал, ствола не испугался и теперь майор был в конкретной растерянности. По сути, он и говорил то сейчас потому, что не мог решить, что делать со мной дальше:

— У тебя что, есть сомнения, что я или Вова Футболист из Балашихинских не люди? И что с нами слово держать не надо? Или про «люди» ты в воровском смысле интересуешься? А сам то ты сиженый? По какой статье чалился? Кто за тебя слово сказать может?

— Слышь, угомонись, трепло. Хватит уже понты колотить. Мне уже рассказали, что ты просто местный балабол. Больше твой треп не проканает, — зло оскалился майор, раздраженно поведя плечом в сторону тачки, — прыгай в машину или бля буду прострелю ногу на хер, — у мужика явно кончалось терпение.

— Кто тебе такую херню про меня интересно сказал? В лицо сможет повторить? — криво улыбнулся я, хмыкнул и плюнул на землю куда-то в сторону, — или ты это сам только что придумал?

— Афганцы ваши местные сказали. А им я доверяю.

— Да ну? Афганцы? — расхохотался я, причем вполне искренне, в полной уверенности, что кто-то из местных вояк просто не понял, о ком его спрашивают, — точку их на улице Заводской знаешь? — майор неуверенно кивнул. Не потому, что не знал точку, а потому что удивился тому, как легко я воспринял информацию про афганцев, да еще и перешел в диалоге в контр атаку, — ну пошли прогуляемся до туда. Тут пять минут ходом.

— Зачем ходить, если машина есть?

— Послушай. Евгений же, верно? — майор кивнул, — вот скажи мне, Евгений, ты сам бы к людям со стволом в машину сел? Вот и я думаю, что вряд ли. Пошли, тут близко. Прогулки на свежем воздухе полезны для здоровья, — я приглашающе махнул рукой и двинул через дорогу в сторону подвала брата.

Пока я крейсером пер в нужную сторону, Майор двигался в полутора метрах позади меня и внимательно отслеживал каждое мое движение, очевидно опасаясь, что пацан даст деру. Только это он зря, если бы было от чего бежать, побежал бы с самого начала. Нырнув в подъезд (своего гоблина Евгений оставил снаружи) и позвонив в дверь условным знаком, я прислушался: даже отсюда была слышна музыка и шум голосов.

— О, Славян! В гости к нам? — обрадованно улыбнулся мне Гриня, открывший дверь. Из подвала пахнуло мужским потом и алкоголем. Парень протянул мне руку и крепко ее сжал, и лишь потом обратил внимание, что я тут не один, — а ты с кем это?

— Майор Войков, свои. Вова Григорьев на месте? — уточнил он, явно отметив как встретили меня на входе. Но то ли еще будет, майор!

— Так точно, товарищ майор. Заходите, — Гриня пропустил нас внутрь, а в зале тем временем у тренажёров происходило занятное зрелище. Леха Шульц, которого отрядили охранять Шницермана, лежал на скамейке и жал от груди штангу по четыре блина с каждой стороны. На вскидку вскладчину кило на сто шестьдесят. Подход был явно не первый, потому как его огромное по пояс голое тело сильно раскраснелось, а по лицу стекали крупные капельки пота. Армейские товарищи окружили парня и весело подбадривали криками. И Леха не сплоховал, выжал таки вес, после чего Ткач и еще один смутно знакомый мне парень помогли Немцу взгромоздить штангу на стойку.

— Вован, у нас гости, — крикнул Гриня. Вовки среди веселящихся не было, он появился секундой позже и замер в дверях каморки.

— О! Славян, здоровеньки былИ, — подошел довольный как слон Ткач и приобнял меня за плечи, — видал чо Леха замутил? Десять раз отжал! На спор!

— Здорово, брат, — улыбнулся мне Вова и двинул в мою сторону. Перевел взгляд на майора и удивленно приподнял бровь, — Иваныч? Ты какими ветрами?

— Да вот, — неуверенно пожал плечами мужик, с удивлением глядя на то, как я обнимаюсь с Вовой, — судя по всему окаянными.

— Ясно. С брательником моим младшим Славкой случилось что? — приобнял меня за плечи Вова и с улыбкой вопросительно посмотрел на гостя

— Это твой брат? — выпал в полный осадок Евгений, а потом покосившись на меня недобро