Неправильный попаданец 2 - Катэр Вэй

начну запихивать в волков камни силы для воскрешения, это будет крайне сложно. Те, что убиты выстрелами, практически все разорваны на клочья — восстановлению не подлежат. А убитые мечами в основном не с одного удара — так что погибшие были в виде пазла для самых взрослых.

А что наводило ужас и трепет — разлом продолжал быть активным.

— Победили? — спросил раненый Клим, подойдя ко мне.

— Ещё одна такая победа — и мне некем будет ни командовать, ни побеждать! — вспомнил я слова полководца Пирра, попутно ковыряясь в останках киборга.

— Что это за существа? — Клим ещё не отошёл от горячки боя и пребывал в возбуждённом состоянии.

— Био-роботы, судя по всему, — пожал я плечами.

— Био-хоботы? Это как? — переспросил Клим, пританцовывая в ожидании, когда Добромир освободится и займётся его раной.

— Роботы! — поправил я. — Механизм, но при этом живой. Это не люди! Они искусственно созданы.

Наконец мне удалось вскрыть крайне прочный внешний каркас и раздвинуть «рёбра» в стороны.

— Епушки-воробушки! — вскрикнул Клим от увиденного.

— Ну здрасьте-здрасьте! — сказал я. — А вы у нас кто?

— Вы зря это сделали! — раздался строгий женский голос за спиной.

Я медленно встал и аккуратно развернулся — так, чтобы не терять из поля зрения ни вскрытого киборга, ни Клима, но и увидеть новую гостью, вид которой не оставит никого равнодушным.

— Знаете? Для мёртвой планеты у вас тут очень оживлённо, — сокрушался я. — Переговоры? — спросил я, медленно поднимая лапки к небу вслед за Пушистиком. На нас из всех щелей смотрели сотни бластеров…

Глава 15

— Сомневаюсь! — ответила синенькая тётя.

Причём синей она была именно снаружи, а не внутри. Ну, то есть не пьяная, а натурально синего цвета. На голове — толстые пряди волос, что-то типа дредов, стянутые на затылке верёвкой. Она была слегка полновата, хотя и не лишена фигуры. Одежду сложно было назвать одеждой: какие-то лохмотья и тряпки, едва держащиеся на теле.

— Погодите рубить с плеча! — сделал я шаг вперёд. — Вы вроде люди, мы вроде тоже. Почему бы не договориться?

— Вы уничтожили разведотряд армии машин. Теперь они пришлют ещё и будут искать нас!

— Мадам! — сделал я ещё шаг. — Почему именно вас? Тут миллионы разломов! Тысячи групп перемещаются туда-сюда. Их мог уничтожить кто угодно!

— Кто их мог уничтожить? Жалкие орки или гномы? Мантикоры и циклопы не перемещаются большими группами. Как и другие существа, имеющие достаточную силу для сопротивления армии машин.

— Всякое могло случиться, — сделал я ещё шаг. — Давайте для начала познакомимся. Я Толик, и я…

— Покойник! — припечатала синенькая и явно собиралась спустить курок.

Благо мне оставалось всего пара шагов. Импульс в ноги и руки — и вот уже бластер у меня за спиной, а я нежно, но надёжно обнимаю даму сзади. Она вскрикивает и затихает. Я переборщил: она оказалась крайне мягкой и нежной. В её теле хрустят рёбра, и она начинает терять сознание.

Мысли работают как часики — и я отправляю в её тело полкапли белой энергии. Причём не разово: наши тела вплотную, и я выпускаю по крупице силу через поры. Результат мгновенный: очередной хруст рёбер, томный вздох — и девушка оживает. Я ослабляю хватку, но не отпускаю.

— Кто ты? — восторженно спрашивает она.

— Повторяю, я Толик, и я…

— Волшебник? — она меня вновь перебивает, а в глазах — восхищение.

Она умудрилась так вывернуть шею, что наши глаза оказались друг напротив друга.

— Можно и так сказать. Но я пока только учусь, — мило улыбнулся я девушке.

— Я Шая, — слишком томно прошептала синенькая.

Я отпустил девушку и отошёл чуть в сторону. Бластеры всё ещё целились в меня и мою покалеченную армию.

— Опустите оружие! — прокричала она. — Это волшебник! Он поможет нам!

— А? — степень моего удивления была пропорциональна уверенности Шаи.

— Здесь нельзя надолго задерживаться, — резко изменила поведение синенькая. — Они скоро пришлют новый отряд. Следуйте за мной.

— Погоди, погоди, красавица, — притормозил я девушку, а та раскраснелась. Видеть, как краснеет синяя, очень странно: смесь красного и синего даёт фиолетовый цвет. — Мне надо трофеи собрать, своих слуг подлатать.

— У вас пять минут! — вернула себе нормальный цвет и вид Шая. — После, это всё, будет только ваша проблема!

Странные эти женщины-существа. А синие так вообще: настроение и реакция настолько непредсказуемы и переменчивы, что аж оторопь берёт. Решив не удивляться, я вернулся к созерцанию разведчика армии машин, как его назвала Шая. А посмотреть тут было на что.

Внутри — сосуды и, как ни удивительно, провода. А ещё множество тоненьких нитей, наподобие оптоволокна: тонкие и прочные. Они от центра тела расходились во все стороны — ко всем конечностям и органам. В центре, в кресле с кучей ремешков, валялось мёртвое нечто.

Крошечный, пятисантиметровый человечек. Точнее, не человечек, а марсианин: типичный, с картинок и фильмов. Белёсый, чуть вытянутая голова, вместо носа — дырки, здоровенные чёрные глаза. Тонюсенькая шея, пухлое тельце и тоненькие конечности. Ну и три пальца — как же без этого.

В общем, получалось так, что киборг был пилотируемым. Причём пилот — марсианин. Во всяком случае, пока не докажут обратное, будем считать именно так.

Но странность заключалась ещё в одном моменте: этот марсианин светился бледно-зелёным цветом — как камни силы. Я сдуру представил, как заглатываю пачками таких вот марсианинов. Вот зачем я это сделал? Дотронувшись пальчиком до тельца мелюзги, я понял: в нём реально есть сила. Сколько — непонятно, но она есть.

— Пушистик, — позвал я в отчаянии, — это то, о чём я думаю? — ткнул указательным пальцем в трупик.

Хомяк появился в костюме учителя с указкой и мелом в руках. Перед ним в воздухе возникла доска, на которой он начал рисовать. Рисунок был схематичный, но очень доступный — так скажем, для тупых. Нарисовано было лицо с висящими щеками, а сверху надпись «Пик-пук» — это, видимо, был я. Рядом — человечек, у которого в груди другой человечек: тут тоже всё ясно, вот эта картина прямо передо мной сейчас лежит с раскрытой грудной клеткой и мелким трупиком внутри.

Хомяк посмотрел на меня, ткнул указкой в меня, потом в изображение толстого человека. Я кивнул. Он ткнул указкой в труп андроида, который валялся у моих ног, а потом в похожий рисунок. Я опять кивнул. Изображение сменилось: мел осыпался с доски, и остался лишь маленький человечек, который пару раз подпрыгнул и залетел в рот к щекатому.

Изображение начало пережёвывать человечка, а из уголков губ начала капать слюнка в виде капелек мела.

— Да понял,