Вечно голодный студент 4 - RedDetonator

Важно знать, что среди всех КДшников, которых мы положили в Бородачах, не было ни одного из Бром-гвардии. Это были середняки, составляющие основную массу тамбовских КДшников.

У них там никто никому ничем не обязан, каждый качается сам, в меру своих способностей и амбиций.

Есть, конечно, свои неформальные группы, в которые они собираются, что объясняет элемент личного, с которым накинулась на меня Пуля — я завалил её близкого друга, Кабана. Я назвал его Псевдопастором и не ошибся, потому что он тоже качал «Миофибриллярную консолидацию», добив её до протоапекса.

Это значит, что Кабан был гораздо сильнее, чем Пастор в день нашей последней встречи, что прямо-таки побуждает меня пересмотреть свой неофициальный тир-лист (1) по мощи способностей.

Раньше я считал, что круче Пастора, который врукопашную мочил броников, тупо нет, но теперь я лично завалил Кабана…

Пусть не врукопашную, но и он пытался грохнуть меня из пулемёта, а я одолел его своими способностями.

Это не значит, что в других условиях КДшник с «Миофибриллярной консолидацией» тоже проиграет мне, но первый прецедент уже записан на мой счёт и это положительно сказывается на моём ЧСВ.

— Всё, я готов, — вышел я на парковку отеля. — Поехали?

Примечания:

1 — Тир-лист — от англ. tier list — это рейтинговая система или список, который ранжирует различные объекты, типа персонажей, оружие, фильмы, еду и так далее. Ранжируются эти объекты по уровням от лучшего к худшему, часто обозначаемым буквами от S — лучший, до F — худший, чтобы показать их относительную силу, полезность или качество.

Глава тринадцатая

Программа «Развитие»

*Российская Федерация, Астраханская область, на берегу Ахтубы, 28 июня 2027 года*

— Добивай, — приказал я.

Гадюка вскинула дробовик и выстрелила в жалостливую морду страдающего тюленя.

— Уровень! — радостно воскликнула она и передёрнула помпу.

Мы положили уже четырнадцать тюленей-одиночек, которые распространяются всё дальше и дальше от Волги. Теперь они есть и в Ахтубе, которой не ограничиваются, ведь биомасса кончается очень быстро.

— Лапша, сколько ещё? — спросил я.

— Минут десять и займусь этим, — ответила она.

Лапша занята экспресс-разделкой предыдущего тюленя, мясо которого нам очень нужно — населения в Волгограде сравнительно много, поэтому мяса на всех не хватает, а от одних овощей можно взвыть.

Оглядываюсь на наш КАМАЗ-6560, оборудованный длинным кастомным рефрижератором, внутри которого мощная холодильная установка и стеллажи для мяса. Это чистый самопал, изготовленный мастерами «Фронтира», которые построили герметичный короб, а затем оборудовали его отдельным генератором, питающим холодильную установку.

Мы тут не только тренируем Гадюку, которая за сегодня подняла аж четырнадцать уровней, но и пополняем запасы мяса. Вернее, это делают Лапша и Гадюка, разделывающие туши, а я в роли караульного, потому что моя левая рука ещё не отросла.

Залезаю на крышу рефрижератора по прикрученной к корпусу лестнице и осматриваюсь в комбинированном режиме.

«Нет, всё-таки, как прекрасен этот мир…» — подумал я, наслаждаясь всё ещё кажущейся мне невероятной картиной.

Тёмные небеса, уникальная и яркая палитра поляризованного света, сраные вороны, представляющие собой комбинацию тепла, отражений солнечных лучей и ультрафиолета, среднее стадо коров, в паре километров от нас, мчащее куда-то на север, а также неповторимая игра отражений на листьях растений и траве…

Если бы я умел рисовать, я бы передал наблюдаемую мною картину, но я не умею, а это никак не сфотографировать и не переслать кому-либо.

Правда, наблюдение за миром вот так стоит очень дорого — 65 килокалорий в минуту, но я часто злоупотребляю этим режимом, потому что наблюдение за таким миром даёт мне душевный покой.

Это будто оказаться на другой планете, но, в то же время, оставаться на той же — на той самой…

До меня доносятся звуки ударов топором по мясу и кости — это Лапша разрубает тушу тюленя, невинно убиенного выстрелом из дробовика в лицо.

— Апаешься? — спросил я у Гадюки, которая притащила тушу только что убитого тюленя к рефрижератору.

По-хорошему, нам надо бы лишь обескровить их и выпотрошить, после чего загрузить в рефрижератор, но мы оценили общую населённость побережья Ахтубы и поняли, что тут слишком много тюленей, чтобы тупо набить их тушами кузов. Лучше «оптимизировать» их путём разделки, чтобы не везти зазря кости, которые весят немало.

— Апаюсь, — кивнула Гадюка. — Спасибо.

— За что? — спросил я.

— За то, что возитесь со мной, — пояснила она.

— Да забей! — махнул я рукой. — Это выгодно «Фронтиру».

— Всё равно, я благодарна, — покачала головой Гадюка. — Если бы не «Фронтир», я не знаю, как бы сложилась моя судьба.

— Ну, окей, — улыбнулся я.

Разворачиваюсь и продолжаю наблюдать за окрестностями, особое внимание уделяя небу. От меня не спрячется ни дрон, ни летучая хуйня типа орла или беркута.

«Сраный могильник…» — вспомнил я и погладил отрастающую руку. — «Какая же мразь — ненавижу…»

Щека так ненавидит тюленей, как я ненавижу этих поганых и бесполезных тварей — пернатых уёбков.

Ещё и вороны, сволочи, летают поблизости — стоит нам отъехать от брошенной тюленьей требухи, как они сразу же спикируют и будут с наслаждением жрать говно.

А вообще, конкретно эти твари здесь не только за требухой. Они осознают, что мы нашумели выстрелами, поэтому рассчитывают, что кто-то придёт на звуки и это будет значить только одно — сегодня кто-то умрёт. И в идеальном сценарии умрут все участники противостояния, что позволит воронам отожраться на недели вперёд.

— Лютики, три головы! — сообщил я. — Два километра, девять часов по курсу машины! Лапша!

— Разделай остаток, — попросила Лапша Гадюку.

— Хорошо, — ответила та.

Лапша помчалась в указанном направлении, и я пронаблюдал краем глаза, не забывая крутить головой на 360 градусов, как именно она работает со зверями.

Она вступила в схватку с тремя лютиками, среди которых быстро выявился слабейший — вожак направил его в первую атаку, чтобы оценить степень опасности жертвы.

Но Лапша слишком быстро опутала его лапы паутиной, а затем поступила точно так же со вторым лютиком, сразу же кинувшимся в атаку.

Вожак, увидевший итог, переоценил ситуацию и попробовал бежать, но и его постигла участь быть оплетённым паутиной.

И через пять с лишним минут Лапша уже показалась из-за кустов. Она приволочила ещё живых лютиков, которые жалобно