Вечно голодный студент 4 - RedDetonator

— И всё же, если они высадят где-нибудь в паре десятков километров одну крупную ДРГ из КДшников, то мы неслабо потерпим от этого, — возразил я. — Нам надо что-то делать с их вертолётами…

— Они спрятали их, — вступил в разговор Нарк. — Похоже, что у них есть запасные аэродромы, возможно, замаскированные в лесах или они вообще не заморачивают себе голову и просто сажают вертолёты в черте города или в любых подходящих местах, куда подвозят боеприпасы и топливо.

— А так вообще можно? — нахмурился Проф и посмотрел на Ронина, сидящего под интерактивной доской и уже минут десять смолящего сигарету за сигаретой.

Он на нервяках с самого момента нашего прибытия. Наверное, как и Нарк, тяжело переживает понесённые нами потери…

«Хотя в Новокузнецке его вообще не парило такое — люди гибли сотнями в день, военные и гражданские, левые и правые, КДшники и нормальные», — нахмурился я. — «Нет, тут что-то другое».

— Да, можно, — кивнул Ронин, отвлёкшийся от каких-то тяжёлых дум. — Но это ненадёжно и годится только на случай, когда очень надо. Думаю, у них просто есть дополнительные аэродромы на контролируемой территории. У них достаточно ресурсов, чтобы держать близлежащие города, поэтому не вижу серьёзной проблемы в том, чтобы они могли поддерживать тамошние аэродромы.

— Значит, теперь они будут тасовать вертолёты по аэродромам? — спросил я.

— Зачем? — удивился Ронин. — Их слишком много и мы потратим прорву времени, чтобы найти нужный. Единственное, их может выдать логистика, но это легко устраняется…

— То есть, вертолёты всегда будут для нас проблемой? — задал я следующий вопрос.

— Да, будут, — кивнул Ронин. — Но вертолёты — это лишь неприятность, усугубляющая и без того трагическую картину.

— Может, расскажешь, что тебя гнетёт? — спросила Галя. — Мы же сделали всё, что могли — мы победили их.

— Никого мы не победили, — покачал головой Проф. — У них превосходство в живой силе, огневой мощи, а также в КДшниках. Это гораздо более существенная угроза, чем ростовчане. Мы нанесли им значимый ущерб, но основная масса их техники осталась невредима, как и основная масса живой силы. Если смотреть военно-экономически, мы уже проигрываем им.

— Тогда в чём прикол? — спросил я.

— Нет никакого прикола, Студик, — тяжело вздохнул Ронин. — Мы ввязались в эту войну, потому что не могли иначе, но война эта проигрышная. У нас нет стратегии, как мы будем побеждать их, а вот у них, судя по всему, есть проверенная стратегия, как побеждать таких, как мы.

— Откуда знаешь? — нахмурился я.

— Копейка пошла на сотрудничество и рассказала нам известные ей подробности того, что происходит в Тамбове и вокруг него, — сообщил мне он. — Саранск, Саров, Липецк и Воронеж — это города, которые платят дань Тамбову. 66% от всего производимого, а также по три-пять женщин. Те же условия, которые выдвигал Синий на переговорах.

Копейка — это та КДшница, которую я захватил одной правой.

— Это система, которая работает уже давно, — сказал Проф.

— Погодите-ка… — озадачился я. — Нарк, когда мы были в Москве, ты говорил, что в городе орудовала группировка из Воронежа.

— Да, она там была, — подтвердил наш айтишник-дроновед.

— Копейка утверждает, что воронежцы проиграли битву за Москву и это открыло возможность тамбовцам, — произнёс Ронин. — Воронеж ослаб и Бром вышел на тех, кто остался в городе и навязал им свои условия. И Воронеж стабильно выплачивает ему дань.

— М-хм… — хмыкнул я.

— Тамбов кормится большей частью благосостояния четырёх городов, — сказал Проф. — Это самая печальная новость на сегодняшний день. Ведь если Брому понадобится, то он может мобилизовать КДшников и ополченцев из этих городов, чтобы направить их против нас. Они точно не пойдут против него, потому что боятся. У них есть пример в виде Старого Оскола.

— А что там случилось? — спросила Галя.

— Когда КДшники Старого Оскола отказались платить дань, Бром отправил туда свою гвардию, — ответил ей Проф. — Тех КДшников, которые были взяты в плен, пытали трое суток, а затем порвали на куски в центре Тамбова. А обычных людей перевезли в Тамбов и перевели в категорию рабов.

— Что им мешало сделать точно так же с остальными городами? — спросил я. — Это же выгоднее, когда больше людей…

— Это нам было бы выгоднее, — грустно усмехнулся Проф. — У них другие порядки — как в Тамбовке, если ты не забыл, как там всё было устроено. Они держат население в чёрном теле, жестоко карая за неповиновение, а также держа на полуголодном пайке, лишь бы у людей оставались силы, чтобы работать. Такое сложно осуществлять над многочисленным населением, поэтому им выгоднее, когда в городе находится ограниченное количество населения.

— Так что будем делать-то? — спросил я.

— Пока что, непонятно, — ответил он. — Будем думать, что делать.

— Придётся либо воевать, либо бежать, — сказал Ронин.

— А что толку от беготни? — спросила Галя. — В других странах всё точно так же, если не хуже, я думаю…

— Но в других странах мы не закусились с очень сильным противником, — возразил ей Ронин.

— Никто и никуда не побежит, — сказал Проф. — Мы будем сражаться — у нас нет другого выхода.

— А почему? — озадачился я.

Я думаю, всегда можно свалить. У нас даже есть особые условия — по Волге на юг Каспия, в Иран — хрен его знает, что там творится, но там мы ещё никому не насолили…

— Да потому что нам не дадут времени на эвакуацию, — сказал Ронин. — Мы ударили по репутации тамбовцев, точно так же, как в случае с ростовчанами. Они атакуют, пока лето и есть возможность.

— И не хочется никуда уезжать, — добавил Нарк. — Я уже привык к Волгограду…

— Вы же сами только что сказали, что против нас будет воевать пять городов! — воскликнула Галя. — Надо бежать!

— Даже если мы реанимируем несколько сухогрузов, вдобавок к нашему, что тоже ещё вопрос, мы будем плестись по Волге сутками, — возразил Ронин.

— Нас настигнут, — сказал я.

— Да, — кивнул Ронин. —