Изгои Рая - Сергей Юрьевич Михайлов

у Крестобли оказался подходящим, по-настоящему генеральским. Когда он встал и заговорил, я сначала подумал, что Рангун глухой. Настолько громко он приветствовал нашу команду. Я с сопровождавшими офицерами стоял от него всего в нескольких метрах и мог расслышать даже шепот. Но это оказался его обычный голос. Он рокотал, словно на плацу.

«Генерал» вышел из-за стола и подошел ко мне.

– Это он? – словно не веря, спросил он сопровождающего трехквадратного офицера. – Это он уделал Карана?

– Так точно! Один на один.

– И это он владеет навыками боя предков?

Ничего себе! Я даже не ожидал. Крестобли, оказывается, подготовился к встрече. Похоже, он знал обо мне все. Потому что сразу вынес вердикт:

– Рангун Игор, с сегодняшнего дня ты вступаешь в ряды армии. Великой Армии Судного Дня. Так что забывай о своих криминальных делах на Браме. Больше ты туда не вернешься. Отныне ты офицер-инструктор войск специального назначения. Ты настоящий Рангун, и я надеюсь, что ты сделаешь из своих подчиненных таких же.

Он повернулся к стоящему у стола зеленому Рангуну и махнул лапой. Тот что-то взял со стола и подошел ко мне. Одно движение, и у меня на груди заблистал малый квадрат офицера. Лейтенант. Похоже, здесь все было приготовлено заранее. На этом встреча закончилась. За все время я не сказал ни слова. Похоже, никто и не ждал их от меня. Все решено, и мое мнение никого не интересует. Настоящая армия. Мы развернулись и вышли. Когда мы шли назад, меня не отпускала одна мысль, совсем не связанная со мной и моими делами – с кем эта армия готовится воевать? И почему у нее такое название?

 Уже через пару часов мое перерождение из Рангуна, занимавшегося какими-то криминальными делами в тюрьме, в офицера-инструктора Великой Армии Судного Дня, полностью завершилось. То есть было официально оформлено; я получил форму, довольствие, оружие и отдельную комнату для проживания. Как я понял, здесь никого не интересовало, чем я занимался до этого. Все дела, не относящиеся к армии, остались где-то там, на «гражданке». Если подумать, то неплохая карьера: за два дня от мальчика для битья в солдатском спарринг-тренажере до офицера-инструктора с дальнейшей перспективой роста. Неплохая для обыкновенного Рангуна. Но я не был обыкновенной рептилией. Хотя, если по-настоящему, то я и вообще не рептилия. И от своих дел я отказываться не собираюсь. Я думаю, что мои будущие сослуживцы страшно удивились бы, если бы узнали, что никакие блестящие квадраты, даже генеральские, меня не прельщают. И главная моя проблема сейчас – это найти след Ольги. А потом и способ добраться до нее.

Но это программа-максимум. Непосредственно сейчас мне надо решить вопрос с Кохуари. Хотя пользы теперь мне от нее – ноль. Тут ее возможности абсолютно никакие. Вся сила и влияние Правительницы Кохуари остались там, за дверью перехода. И теперь мне от нее только проблемы. Избавиться от нее просто – на нее моя слава не распространилась. Ее так и считали пригодной только к роли мишени. От меня ничего не требовалось, просто не вмешиваться в ее дальнейшую судьбу. И она исчезнет из моей жизни. Но, к своему удивлению, я понял, что не могу с ней так поступить. Почему-то я чувствовал, что я теперь за нее в ответе. Ведь не появись я, она продолжала бы неплохо жить на Браме. И я знал, что без меня она плохо кончит. Явно сорвется и напросится на смерть. Поэтому надо было решать вопрос с ней.

Спасибо Карану. Этот злобный ящер своей смертью заплатил за то, что я получил такой кредит влияния. Понадобилось всего лишь час поочередных разговоров сначала с моим куратором «капитаном» Бегзе, потом с непосредственным командиром «майором» Каргом и в конце с начальником тылового обеспечения «капитаном» Крой, чтобы я смог получить личного помощника инструктора, новоиспеченного «сержанта» Кохуари. Правда, жить ей придется в казарме, вместе с остальными «сержантами». На то, чтобы поселить ее в моем кубрике, не хватило даже славы убийцы Карана. В Армии Судного Дня со своими самками не живут даже самые высшие офицеры.

Глава 18

– Сейчас ты успокоишься и мы поговорим. Всё-таки придётся тебе рассказать кое-что, иначе ты ничего не поймёшь. Так и будешь верить в своё, придуманное…

Ольга уже давно перестала дёргаться. Она забыла, что хочет освободиться. То, что она сейчас услышала, походило на сказку. Многое тут, в Мире Сферы, казалось сказочным, но стоило только начать разбираться, как вся сказочность пропадала. Все эти исполнения желаний по одному слову, или переход с одной планеты на другую за один миг, или превращения из человека в другое существо – всё это объяснялось технологиями. Другое дело, что понять основы этих технологий она не могла. Но она и не хотела. Потому что это ничего не даёт. На Земле было также: она не понимала, каким образом прикосновение пальца к холодному стеклу смартфона оживляет его и она узнаёт то, что происходит за тысячи километров. Пусть технологии знают те, кто с ними работает.

Но Нервал сейчас рассказывала такое, что Ольга недоверчиво смотрела на неё и кривила губы. Но дело в том, что она всё это сама видела, только не придавала значения. Но и поверить трудно. Потому что Нервал даже не пыталась объяснить это какими-то пусть супер продвинутыми, но технологиями. Вместо всех объяснений она сказала:

– Всё на самом деле так, как я тебе рассказала. Твое дело – поверить или нет. Но лучше поверить. Только тогда мы с тобой сможем действовать дальше. Решайся.

Что тут решаться? О чём думать? И так ясно, что она согласится. Просто потому, что пока ничего другого нет. А дальше посмотрим. Пусть даже всё, что рассказала Аганийка, окажется бредом, но пока ухватиться все равно не за что. Ну и, кроме того, есть шанс, что Нервал сказала правду. Но если это так, то они все попали в большую задницу и выберутся очень нескоро. Ну и хрен с ним! Она и так в дерьме. Так что выбираться всё равно придётся. Ну а со всякими колдовскими штучками разберёмся по ходу дела.

– Ну и что? Ты надеялась, что я не соглашусь? – саркастически усмехнулась Ольга.

– Не дождетесь, я готова на всё. Можешь колдовать.

Нервал вздохнула и снова печально улыбнулась.

– Нет, я не сомневалась. Я знала, что ты согласишься. Но я бы никогда не простила себе, если бы стала использовать тебя без твоего ведома. Теперь ты знаешь почти всё. И это