Долг человечества. Том 3 - Артем Сластин

— От входа… налево, ниже борделя… маленькое окно и дверь… сзади… динамит возле казарм… ближе к стене форта… — Смогла проговорить она, как в тот же момент в холл начали ломиться вооруженные люди.

Мне в плечо угодила стрела, но упрочненные пластины моего доспеха не позволили мне получить ранение, только громких звук ломающегося каменного наконечника и лопающегося древка неприятно оглушил на правое ухо. Тут же я увидел вспышку синего цвета, огромный кристалл замороженной воды, который единой гигантской глыбой полетел внутрь столовой, прямо в меня.

Хорошо, что есть такая штука, как адреналин, буквально разгоняющая время реакции, потому что только благодаря ей, я успел среагировать. Выставил копье навстречу огромной сосульке, в последнюю секунду разрушая магический лед своей магией разложения. Уничтожив вражеское заклинание, я увидел, как пара воинов с топорами и секирами наголо угодили в мою яму-ловушку на входе, и я, не чувствуя угрызений совести, забросил туда динамитную шашку. Поделом.

Маг льда, стрелок, и здесь еще трансмутатор. Возможно, есть еще маги, кроме иллюзиониста Барона, которого я оставил наверху. Не могу я сейчас им заняться, а бросив шашку, я убью и его наложниц. Я не готов понести сопутствующий ущерб, придется действовать деликатнее.

Серией магических разложений я уничтожил пол второго этажа, для меня — потолок, почти полностью разрушив все главное здание форта при этом. С грохотом вниз стали падать вещи, мебель, и вот одна из девчонок, которую я смог поймать импульсом прежде, чем она свернула себе шею при падении. Благо, на них было белье — это единственное, к чему я мог постараться прикоснуться, дабы хоть как-то снизить скорость падения. Поболит, зато живы останутся.

— Помогите! — Кричит сверху еще одна, дрожит коленками и заглядывает в яму вниз, не сдерживая истерику.

— Прыгай! — Ору я и готовлюсь смягчить ее падение импульсом.

Девчонка, не будь дурой, не стала раздумывать и сиганула голыми ляжками прямо вниз, на меня, словно прыгала в бассейн бомбочкой. Вторая тоже оказалась в трусиках, и я еле успел коснуться ее, прежде чем она упадет, и она таки приземлилась мягко.

Зараза, я нигде не вижу Барона. Успел уйти, но как? Куда? Где-то за его троном были еще помещения? Ну ничего, я выкурю тебя отсюда. Ведь наверху больше не было «гражданских», а значит ковровая бомбардировка не будет с моей стороны военным преступлением. Забросил туда, наверх, через зияющие провалы в полу, несколько шашек. Раздались взрывы, где-то дальше, за стенами первого этажа, слышу как заваливается пол.

— Убью-ю-ю-ю! — В последний миг я услышал вопль разъяренной твари, того имбецила, чьего брата я убил, когда тот был в составе поисковой группы, чтобы сделать со мной тоже самое.

Он ринулся на меня с голыми руками, сбил с ног, со всей дури впечатал меня в стену, заставил выронить ослабевшую Катю. И начал душить, подняв меня, не самого легкого мужчину, над землей. В исступлении Гриша давил мне на шею, и будь у него еще чуть больше сил, умер бы я не от асфиксии, мучаясь и пачкая портки, а мгновенно, ведь своими пальцами он вполне мог бы сломать мне шею.

Я сначала инстинктивно схватил его за руки, попытался разжать, но собственных сил мне не хватало на это. На помощь пришел импульс, наложенный на часть доспехов на моих же руках, и отвести его пудовые ручища от собственного горла я сумел. А затем, ярясь на очередного тупоголового урода, ударил его ногой в солнечное сплетение, усилив этот удар импульсом. Вектор усилия, направленный на ботинок дёрнул всё моё тело, но зато этот уродец отлетел к противоположной стене. Он крепко ударился головой о каменную твердь, но чтобы убить этого бугая такого удара будет мало. Так что лови гранату, тупой скот.

Шашка разворотила его, разбросала по залу. Вернее по тому, что от этого зала осталось. И уже было я хотел нагнуться, чтобы снова подобрать свою бедную союзницу, как сначала мои ноги, а затем и все тело стало покрываться толстым слоем льда, как у дешевых креветок в магазине.

Я на мгновение запаниковал, скорость образования льда была очень высокой, и он успел добраться даже до моей шеи, почти полностью меня сковав. Но сосредоточившись я понял, что разложение, которое я умею направлять зрением, отлично противостоит льду, и снял с себя оцепенение. Все же не каждый день мне приходится такое переживать, потому ни о каком автоматизме в принятии решений речи не идет. И похоже, у мага льда есть какая-то перезарядка на способности, или ему требуется зрительный контакт со мной, чтобы что-то использовать. А так как я сейчас его не видел, значит, он тщательно укрывается где-то.

Это плохо, и я не хотел бы, чтобы подобный человек оставался у меня в тылу. Нужно было бы его найти, но точно не с раненной на руках. Одна из девчонок, что я спас наверху, кинулась ко мне, рыдая и моля о помощи, склонилась рядом, среди груд искореженного камня, дерева, крови и копоти.

— Беги! Забирай девушек и беги! — Откинул я ее и мысли еще и об этих бедолагах.

— Прошу, помогите! Нужно открыть клетки! Спасите нас! — Лезла девчонка, но я грубо отодвинул ее, прикрикнул, чтобы она собралась и сделала, как я велел.

Глянув еще раз на уже умершего Антона, я убедился, что больше никогда не увижу этот скот. Он сам выбрал свою смерть. Но сейчас мне нужно думать о живых и тех, кто ждет меня дома. Нужно успеть добраться туда до тех пор, пока не случилось непоправимое. Я искренне надеялся, что фальшивая непреодолимая преграда по пути станет для гончих псов Барона проблемой, а если они решат подниматься пещерами, то их схарчат инсектоиды.

Я, удерживая Катю на плече, продолжал создавать повсюду взрывы и дымовые завесы с помощью иллюзии. Разогнался от противоположной входу стены как следует и прыжком перемахнул трехметровую в диаметре вырытую разложением яму-ловушку, помогая себе импульсом.

Выйдя под лунный свет, я тотчас отправился налево, под место, названное Катей борделем, и я помнил, где оно. Оттуда доносились стоны, когда меня только вели внутрь. Махнув вниз по лестнице, я резко свернул за угол и скрылся в тенях форта. Там же я и нашел дверь.

— Женя! — Рявкнул я, распахнув хлипкую дверцу крошечного каменно-деревянного домика. — Надо выбираться отсюда! Ты цела?

Девушка сидела в полусогнутом положении у стены, была чрезвычайно худой, несвойственно человеку, о котором должным образом заботятся, с впалыми щеками и красными