Кормление - Энтони Райан

16

Впервые Стейв поднялся с восходом солнца, снова бежал, избегая длинных теней, отбрасываемых руинами. Высокие здания Корпоративного перекрестка вскоре уступили место торговому кварталу, в витринах которого не было ни одного стекла, а их содержимое было вычищено много лет назад. За ним протекала река, хотя с первого взгляда на широкие воды Лейла решила, что они попали в озеро. Она превосходила по размерам водохранилища в Агрорайонах, а широкая дуга серой воды расходилась в обе стороны на многие мили. Берег представлял собой длинный парад перил и мощеных дорожек. Вокруг росла обильная растительность, но не настолько густая, чтобы помешать их продвижению. Некоторые участки были достаточно густыми, чтобы заставить Лейлу насторожиться, но Эйлса и Стэйв выглядели здесь более расслабленными, чем в других местах.

— Похоже, им не очень нравится запах соленой воды, — пояснила Эйлса, наклонив голову к реке.

— Соленая вода? — спросила Люс.

— Да, она приливная. Это значит, что она течет до самого моря, — добавила она в ответ на недоуменный взгляд Люс. — Это хорошее место для поселений. Так было, пока лодки не начали тонуть. Отсутствие способов поддержки корпуса через некоторое время приводит к этому. Должно быть, тысячи людей жили на реке в первые несколько лет после Кормления. Сейчас остался только Харбор-Пойнт.

Ее слова прояснились, когда Лейла заметила то, что сначала приняла за остров посреди реки. При ближайшем рассмотрении он оказался скоплением соединенных вместе лодок и барж. Многие из них были наполовину затоплены, и единственным признаком жизни служили стаи чаек, снующих над лесом мачт.

Они прошли еще милю бодрым шагом, пока Стэйв не поднял кулак, заставив их резко остановиться. Жестом приказав им оставаться на месте, он приложил винтовку к плечу и медленно направился к зарослям густой растительности. Глаза Лейлы, теперь настроенные на выделение интересных объектов, быстро остановились на серой фигуре, лежащей среди сорняков: труп кормщика. Внимательно осмотрев тело, Стэйв опустил винтовку и подозвал их ближе.

— Гамма, — сказала Эйлса, нанося сильный удар ногой по деформированной голове существа. — Их кожа быстро темнеет на солнце, так что он здесь недолго. — Присев для более внимательного осмотра, она удивленно вскинула брови. — Ран нет. Похоже, у него сломана шея.

— Ты сказала, что они дерутся, — заметила Лейла, озадаченная тяжелым взглядом, которым Эйлса обменялась со Стэйвом.

— Так и есть, — согласилась Эйлса. — Рвут друг друга на куски, когда как следует разозлятся. Эта тварь не разорвана.

— Значит, альфа, — заключил Люс, обшаривая окружающее пространство широкими глазами.

— Или Крестовый с действительно впечатляющим набором навыков. — Эйлса в восхищении кивнула на тело. — Это настоящий Ван Дамм.

— Какой Ван? — спросил Питт, что вызвало отчаянный вздох на губах ветерана.

— Вы что, больше не получаете образования?

— Обычно они не подходят так близко к реке, — сказал Стэйв.

— Может, если сильно проголодаются. Странно, однако. Как и Искровый город был странным. Чем быстрее мы туда доберемся, тем лучше.

После короткого, напряженного осмотра похожих на джунгли зарослей, окаймляющих тропу, Стэйв кивнул. — Остаток пути мы проделаем бегом.

Лейла посчитала, что к моменту появления Харбор-Пойнта они преодолели пять миль. Большую часть жизни она слышала об этом месте, как о раю богатства, где за правильную цену можно было получить практически все. Поначалу это место в какой-то мере оправдывало ожидания, по крайней мере в плане зрелищности. Поселение занимало часть берега реки, но основная его часть была построена на мосту. Мост, состоящий из огромных висячих башен и пролета шириной около ста футов, тянулся через реку и через четверть мили резко останавливался. Огромные опоры, поддерживавшие остальную часть моста, еще стояли, но пролеты между ними исчезли. Стена, защищавшая прибрежный комплекс, состояла из разбитых машин, наваленных друг на друга. Барьер из проржавевшего металла с годами был дополнен брусчаткой и разным мусором, но сохранил солидный, неприступный вид.

Шесть человек с разнообразным огнестрельным оружием охраняли узкий вход, еще четверо расположились на стене сверху. Они напряглись при виде пяти бегущих фигур, но при виде Стэйва и Эйлсы расслабились, узнав их.

— С тебя пицца, — сообщила одному из своих товарищей коренастая женщина с помповым ружьем. — Я же говорила, что он вернется. — Сцепив руки со Стэйвом и обменявшись радушным кивком с Эйлсой, она обнажила зубы. — Сколько вы потеряли?

— Одного, — ответила Эйлса. — Ромер.

Женщина сочувственно скривила губы. — Черт.

— Да.

— Ну... - охранница достала из кармана своего сильно залатанного пальто маленький фонарик, — вы знаете, что делать. Открывайте шире.

— Все еще делаешь это? — Эйлса закатила глаза и шагнула вперед, чтобы женщина посветила ей на зубы.

— Старые традиции трудно сломать. А в наши дни много говорят об альфах. Ты хорош. Кто следующий?

Она подвергла всех одинаковому осмотру, а затем кивнула одному из своих коллег, чтобы тот открыл прочную железную решетку, закрывающую вход. — Новички, держите себя в руках, — предупредила она, когда они вошли внутрь. — Держитесь Крестового города и рынка, если знаете, что для вас хорошо. И знайте: Вы можете создавать проблемы, но мы будем теми, кто их прекратит. Если вы будете плохо себя вести, мы отберем у вас оружие, а потом вышвырнем вон и больше никогда не вернетесь.

Взмахнув головой, она дала знак войти, и они проследовали внутрь.

Первое, что поразило Лейлу, — это запах, пьянящий, вызывающий слюнки аромат вареного мяса и свежеиспеченного хлеба, лишь отчасти испорченный смешанным зловонием немытых тел и одежды. Второй причиной был шум, возникающий из-за хаотичного потока людей. Рыночные дни в Арте могли быть оживленными, но обычно она видела такую плотную толпу только в дни возвращения или на одном из собраний мэра. Люди толпились у прилавков, где продавали суп из дымящихся котлов или жареных животных, которых вертели над ямами с огнем, в основном крыс, но было и несколько настоящих кур. Другие покупали выпивку с тележек, объявлявших себя поставщиками отличного эля и крепких напитков. Судя по сгорбленным лицам покупателей, Лейла сомневалась в качестве продукции, но это не мешало им наполнять свои кружки.

Люди здесь были одновременно и разрозненными, и знакомыми. У одних были обширные татуировки на лице, у других — замысловатые прически. Сходство заключалось в их практичной одежде, оружии и физической форме. Большинство из них носили комбинезоны, позволяющие легко передвигаться. У всех в поле зрения были ружья или арбалеты, и все они выглядели так, будто могли без труда пробежать несколько миль.

— Крестовые, — поняла Лейла, вызвав усмешку Эйлсы. Теперь, когда они снова оказались за надежными стенами,