Долг человечества. Том 4 - Артем Сластин

больно забился в висках. Нет, не верю, все же было хорошо! Ранена, но должна же идти на поправку! Готовый блок я сумбурно отбросил и подскочил на месте, дабы собственными глазами взглянуть на то, во что не желал верить.

На больничной койке моей птицы и правда не было, и ничего не говорило о том, куда она могла запропаститься. Первая мысль — убийство, вероломное и подлое, уже спустя много времени и однозначного знания о том, что Ренгу наш союзник.

Что стоит кому-то ее задушить и спрятать труп в инвентарь? Она миниатюрная, так что прекрасно туда уместится. Или, например, заговорщику угрожать или подговорить Катю в невидимости вынести труп за территорию долины? Не верю!

— Всем немедленно бросить свои дела и собраться под сводом! — Громогласно объявил я присутствующим, и голос мой звенел сталью.

— Что стряслось?

— Что за переполох?

Послышались вопросы, к людям прилипла паника, но меня это заботило в меньшей степени. Я должен узнать правду, любым известным мне способом. Даже если я в очередной раз вынужден буду действовать жестко.

— Марк, что произошло? — Спросила Катя обеспокоенно, когда поймала мой полный злобы взгляд.

— Сейчас же, каждый должен полностью опустошить свой инвентарь. Поочередно. Я удостоверюсь в этом, передавая заполняющий инвентарь предмет в количестве, чтобы забить его до отказа, и буду считать свободные слоты. — Я едва сдерживал неприкрытую злобу, она так и норовила вытечь, как магма, и похоронить под собой любого причастного.

Я должен быть честным перед самим собой. Во-первых, я почти никому не верю. Во-вторых, я предпочту жизнь Ренгу любому из этих… людей. Все они не заслужили моего доверия, прячут свои скелеты в шкафах, мутят воду. Хочу я того, или нет, но окружающие меня люди присутствуют здесь только потому, что у меня есть возможности не только самому пережить это испытание, но и протащить за собой многих других.

Это я осознавал отчетливо. Временный союз, движение в одном направлении. Все всё понимают, но мы делаем то, что должны.

— Марк, она пропала! Не делай поспешных выводов, прошу тебя! — Воскликнула Женя. — Я была в лазарете, обрабатывала ее рану, она исчезла прямо передо мной, словно ее никогда не существовало!

— Женя, — мои глаза застилала пелена, — я тебе верю, но должен убедиться.

Стоит ли говорить, что никому не понравился такой приказ. Конечно, во избежание проблем, люди сделали то, что я велел, но подобное вмешательство вряд ли пройдет для меня бесследно. Да плевать. Если кто-то ее убил — пусть пеняет на себя.

Но… все чисто. Я убедился в этом, причем не забыл и тот факт, что прокачкой инвентарь можно расширить. Оставался лишь один момент вне моего ведения — прямой обман в лицо, когда мне говорят, что инвентарь якобы полон, а его прокачка сокрыта.

Но у каждого, кто присутствует здесь, я собрал сведения о прокачке очень подробно и все записал. В тот момент, когда я выспрашивал о навыках и уровнях, каждый поведал мне о личном прогрессе не таясь. Во время собеседования вряд ли мне стал кто-то врать об уровне развития инвентаря, ведь в этом не было смысла. Высокий уровень всего лишь плюс к моему решению о том, кто чем займется, и тогда, я думаю, каждый предпочел бы набрать как можно больше плюсов, а развитым инвентарем бы гордился и преподносил как преимущество.

— Послушай! — Затрясла меня за руку Женя. — Я знаю, о чем ты думаешь, но клянусь, она ис-чез-ла!

— Кто может это подтвердить? — Перевел я взгляд на целительницу. — Кто был в тот момент неподалеку и видел момент исчезновения?

— Ви… видел… ви… дела! — Воскликнула Линь Синь и выбилась из изрядно рассерженной толпы.

Судя по тому, что она вступила в перепалку, и довольно точно ответила на поставленный вопрос, ее уровень прокачки лингвистики подрос. Понимает, стало быть, о чем мы говорим, но наверняка с трудом. О том, чтобы говорить, как все, речи пока не было, но прогресс налицо.

На языке жестов я уточнил, что именно девушка видела, и та, воспользовавшись таким же способом общения, поведала мне, чему стала свидетельницей.

Мне никто не соврал. Предательства не было. Ренгу и правда испарилась. Затем, дабы быть совершенно непредвзятым, я задал те же вопросы прикованной к больничной койке Мире, и та в очередной раз подтвердила правдивость этого события.

Правда меня подломила. Я настолько не доверяю никому вокруг, что перестал слышать голос разума. Да, мы называем себя одним лагерем, фракцией, союзниками и товарищами, но все это всего лишь взаимовыгодный обмен. Более того, я твердо убежден, что в лагере так или иначе есть непонимание ценности Ренгу для меня и в общем, и я даже убедился в этом, когда Женя поведала о своей каверзной попытке мне отомстить.

Но ничего, что я себе надумал из недоверия, не случилось в действительности. Добавить сюда и странное объяснение Жени и Миры о том, как именно она исчезла, и новая идея полностью захватила мой ум. Что-то было в их объяснении пугающим и странным одновременно, и рождалось чувство, что ответ у меня прямо под носом, просто я его не вижу.

— Марк… — Прошептала Лиза, подойдя ко мне, в одиночку сидящему возле ледяного бассейна. — Не грусти, мы найдем ее.

— Я даже не из-за ее исчезновения грущу. — Честно признался я. — Я во всеуслышание заявил, что никому не доверяю. О каком ответном доверии может идти речь теперь?

— Они поймут. Никто ведь толком не знает, насколько Ренгу важна для тебя, меня, Кати, Бори и Вари? Сколько раз она нас выручала там, где мы бы потерпели провал? — Принялась успокаивать меня мелкая.

— Ладно, к черту это все. Ты не в курсе, но в лидеры я никогда и не стремился. Просто по пути так получилось, что те, кто мог выполнять эту функцию, либо потеряли жизнь, либо совесть. Так что, как бы не повернулось все дальше, к последствиям я готов. — Выдохнул я и выбросил из головы тягостные думы.

— Ничего не произойдет, вот увидишь. — Присела на корточки рядом мелкая. — Без тебя они погибнут, и я тоже.

— Нет, все будет нормально. — Кивнул я на людей под сводом. — Они ни в чем не нуждаются, их существование в безопасности. А функцию рулевого легко взяла бы на себя Катя.

— Ты говоришь так, как будто хотел бы этого. — Поддела она меня крючком, и зацепила, похоже, за живое.

— Наверное. Одно дело, когда твоя зона ответственности — показатели на графиках, другое, когда чужие жизни.

— Но ты все равно это делаешь. Ты сильный,