Султан Эфир - Сильвия Лайм

Он творил что-то невыразимое своей рукой, я чувствовала движение снаружи и внутри, в самых остро чувствительных точках. И мне хватило совсем немного, чтобы помещение наполнилось моим криком удовольствия второй раз.

Сквозь искусанные распахнутые губы…

Я повисла на широких обнаженных плечах.

— Ты сведешь меня с ума, Саша, — отрывисто выдохнул Эфир и вдруг поднял меня на руки, неся непонятно куда.

Стало понятно, только когда мое тело вдруг очутилось в теплой воде широкой ванны, от которой в потолок поднимался пар.

И рядом опустился Эфир, прижав меня к бортику собственным телом.

Его синие глаза горели золотыми звездами, и казалось, что каждая мышца в теле превратилась в сталь.

Это было очень красиво… Но я стала приходить в себя!

— Ты должен уйти, — проговорила я все еще очень неровным голосом, не сводя взгляда с его озер искрящейся ночи, которые, кажется, прожигали насквозь. В которых чувствовался лунный ветер…

— После того, что сейчас было? — мрачно и горячо усмехнулся он. — Вот уж вряд ли.

И это обещание было невероятно возбуждающим.

Но я не планировала сходить с ума второй раз. А то, что он не успел воспользоваться моим первым безумием, явно не моя проблема. Правда ведь?

— Я не буду заниматься с тобой сексом, Эфиррей, — твердо сказала я, стараясь не глядеть на белого грифона, что, кажется, начал сходить с ума, летая по телу султана как бешеный.

— А любовью? — с темной полуулыбкой переспросил Эфир и прижался ко мне всем телом.

В какой момент мы стали полностью голыми — я не заметила.

Ох…

— Любовь нужно заслужить, — ответила коротко, лихорадочно соображая, что делать.

Из такой передряги просто так уже не выбраться. Мы оба были слишком разгорячены. И совершенно беззащитны перед нарастающим в ауре аватаров голодом.

Только вот у меня была фора.

И я вдруг поняла, что нужно делать, уже мысленно улыбаясь.

После того, что я придумала, султан Подлунного цветка должен был раз и навсегда забыть дорогу в мою постель. А может, и вовсе должен начать испытывать ко мне отвращение.

Ну гениальный же план!

С этими мыслями я закрыла глаза на миг и обратилась к своей чароводной магии. Только не к той, к которой обращаются русалки Айремора, а к той, которая отзывалась биением невидимого сердца в ответ на кроваво-алый взгляд Тенемару…

«Ты… нечто большее, чем думаешь…»

И в тот же миг меня оттолкнуло от бортика, и бассейн наполнился длинными черными щупальцами с искрящимися присосками на их внутренней части.

Моими щупальцами.

Пара из них, будто руками, оттолкнула Эфира, и в тот же миг он очутился на приличном расстоянии от меня. Мне даже удалось обвить его мощную грудную клетку и постучать по ней кончиком одного из отростков, будто пальцем, со словами:

— Я не буду повторять по нескольку раз, Эфир, — проговорила я гордо, с мрачным удовольствием глядя, как широко раскрываются красивые глаза султана, пока он оглядывает то, что с ним произошло. И в особенности когда смотрит на этот маленький, похожий на змеиный хвостик, что тычет его в грудь.

Я думала, он в ужасе уйдет.

Как вдруг…

— Какая красота, — проговорил он, схватив маленькое щупальце и накрутив его на палец. Накрутив! На палец!

И рассмеялся.

— Не думал, что однажды буду целовать кракена, — с веселой задумчивостью проговорил он, изучая мою отросшую конечность как что-то невероятно забавное. — Но знаешь, лягушечка, мне нравится! Вот нравится, и все тут!

И снова рассмеялся, увидев выражение моего лица.

У меня не было слов, чтобы выразить степень моего возмущения. И, видимо, оценив мое состояние, султан продолжал:

— Так и быть. Вижу, ты не в настроении, поэтому на сегодня я оставлю наши, несомненно, крайне занимательные игры, а в следующий раз ты покажешь мне, на что еще способна моя предивная лидэль.

Он хмыкнул, задумчиво добавив:

— Это же надо — кракен!

Я шлепнула его щупальцем. Сильно.

— Ладно-ладно, не злись, — все еще усмехался он, запрыгивая на бортик бассейна. — Я ухожу, если ты, конечно, не хочешь продолжения.

Он приподнял бровь и улыбнулся.

— Ах ты…

Снова щупальца шлепнули его по груди, а затем по ноге.

— Понял-понял, — кивнул весело он. — Тогда жду тебя завтра утром в час бабочки в полной готовности. У нас будет интересная лекция.

С этими словами он подмигнул мне, взял одно щупальце на манер кисти и поцеловал тыльную сторону.

— Засим и покидаю тебя, а то, боюсь, еще пара минут в твоем прекрасном обществе — и не уверен, что стану дальше слушать твои желания…

На последних словах его взгляд упал на мою обнаженную грудь и потемнел. А голос потерял все юмористические нотки, снова на миг став тягучим и многообещающим.

Я вздрогнула. И тут же прикрыла грудь лежащим на бортике полотенцем.

Покраснела.

Эфир заметил мое смущение и улыбнулся.

Опять смеется надо мной! Опять!

Я схватила с бортика кусок красивого душистого мыла, внутри которого застыл какой-то цветок, и с раздражением кинула в султана, наконец обретя дар речи.

Я была зла как тысяча игнисов. Или две тысячи.

И настолько же смущена.

— Убирайся прочь, султан, мать твою, пернатая задница! — крикнула что есть сил, расстраиваясь, что мыло прилетело в спину прикрывшемуся от меня и вновь отчаянно смеющемуся султану.

Но он все же оставил меня одну. А я провела беспокойный остаток дня и тяжелую ночь в тишине и спокойствии, намереваясь плюнуть на все и никуда завтра не идти. Лишь бы не видеть улыбающуюся физиономию хитрого султана.

Вот только утром оказалось, что лекция меня и впрямь ждет весьма интересная.

Глава 7

Мистраль

Проснулась я оттого, что одна из служанок, су Сахидэ, поливала в комнате большие цветочные композиции, включая ту, что так радовала меня бабочками и птицами. Увидев меня, девушка поклонилась так низко, что длинные темно-рыжие волосы, убранные сегодня исключительно ободком, упали ей на лицо и перепутались. Худенькая фигурка в черной ливрее, кажется, даже начала слегка дрожать.

— Приветствую предивную лидэль, прекрасную избранницу Его Светоносного Владычества Эфиррея фэр Шеррада седьмого, седьмого шейха фер Шеррадов из геноса Белого солнца, султана Подлунного цветка, белого грифона Вечного неба, лучезарного правителя Великой Воздушной империи, Лазурного шаха и сына небес!

Остановить я ее не успела, а потом было уже поздно, девчушка не замечала моих сонных взмахов руками: копна ярких волосищ напрочь перекрыла ей взгляд. В общем, договорила она все до конца, причесывая