Огни Эйнара. (не)настоящая - Магда Макушева

Ой, можно на "ты", раз уж мы уже познакомились? — я неуверенно кивнула. — Ты такая... сдержанная и серьезная. Просто завидую твоей собранности и хладнокровию, ведь ты, как и я, в одиночку летишь с ребенком в неизвестность. Я вот уже прямо вся извелась от волнения и нетерпения. Ладно, побегу. Мои девчонки там, наверное, уже всю каюту перевернули. Они у меня постарше Аниссии, погодки восьми и девяти лет, Лили и Тиша... В общем, приятно было с вами обеими познакомиться. Добрых звезд и все такое...

Мойра Шу так же стремительно исчезла, на прощание одарив меня и малышку очередной лучезарной улыбкой.

Когда дверь за ней закрылась, наше крошечное обиталище даже стало казаться в два раза больше, чем в ее присутствии.

Удивительно...

Мы с Мисси почти синхронно посмотрели друг на друга и нервно хихикнули.

— Как ее было... много... — произнесла девочка слегка удивленно. — Но тетя Мойра мне понравилась. Она женщина, но в ней... нет зла, — проницательно добавила девчушка.

— Верданцы в большинстве своем именно такие, — подтвердила я.

По крайней мере, мне всегда хотелось в это верить, хотя прошлое однажды уже доказало мне, что исключения бывают.

Мы немного помолчали.

— А по поводу твоих инициатив... — произнесла я, понимая, что начатый с Мисси разговор нужно обязательно завершить. — В моем санитарном контейнере кое-чего не хватает.

— Я... — Мисси дернулась, а потом как-то сжалась. Судя по выражению ее лица, девочка точно знала, о чем сейчас пойдет речь.

Я на пару секунд прикрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы не сорваться на ребенка.

— Ты брала что-нибудь из моего санитарного контейнера? — спросила я прямо.

Неприятное открытие было сделано еще до завтрака, когда я полезла в переданный мне Зу вместе с вещами санитарный контейнер проверить запас препаратов перед высадкой. Отделение, где до этого хранились стандартные противозачаточные инъекторы, оказалось пустым, хотя я помнила, как использовала их после возвращения из тренировочного отсека.

Илар в гало-театре сообщил, что без резонанса он стерилен, а я...

Пусть тело, которое едва собрали по частям после "данарской бойни", плохо ассоциировалось у меня с материнством, но я предпочитала обезопасить себя от любой случайности.

— Да, брала, — призналась Артемиссия, покаянно опуская голову. К сожалению, я видела, что стыд, который малышка пыталась изобразить, был ненастоящим. В этот момент она скорее имитировала подходящую к ситуации эмоцию, чем действительно раскаивалась в своем поступке.

— Где мои противозачаточные инъекторы, Мисси? — спросила я слишком спокойно, и от этого собственный голос показался чужим и искусственным.

— В утилизаторе, — прозвучало ровное и бесстрастное в ответ.

Я устало потерла ладонями лицо. От самой мысли, что кто-то, пусть даже из благих побуждений, решил за меня, беременеть мне или нет, внутри поднималась волна тошноты.

— Зачем ты это сделала? — спросила я наконец.

— Они тебе не нужны. Чем быстрее у тебя будет ребенок от эйнарца, тем лучше, — ошеломила меня своей логикой девчушка. — Тогда нас никто не выгонит с Эйнара. Мужчины становятся добрее к женщинам с детьми.

Девочка выпрямилась, с вызовом глядя на меня.

— Ты тоже ребенок, Мисси, — произнесла я, стараясь удержать голос ровным. — Маленький ребенок, которого я должна сберечь и защитить.

— Но женщины в гареме так...

— Мне всё равно, что было в гареме, — рявкнула и тут же устыдилась собственной вспышки, заметив, как Мисси вздрогнула.

Да мать твою космическую! Что я опять делаю не так?

Знала бы ты, девочка, что твой биологический отец использовал твоё рождение лишь для того, чтобы Тео точно никуда от него не сбежала.

Я помассировала ладонь между большим и указательным пальцами, заставляя себя успокоиться.

— Во-первых, ты тоже ребенок, — повторила я уже мягче. — А дети, даже такие не по годам умные, как ты, вообще не должны думать о подобных вещах. Это не твоя ответственность, понимаешь? Во-вторых, своим поступком ты перешла мои личные границы и попыталась контролировать мое тело и мой выбор. Это неправильно и ненормально. Обещай мне, что больше никогда не будешь принимать такие решения за меня. Поняла?

— Я просто не хочу, чтобы мы снова остались одни на чужой планете, — тихо отозвалась девочка, опуская взгляд. — А если у тебя будет дядя Илар и ребенок... Я думала, так лучше. Для всех.

В этот раз малышка действительно не манипулировала. Она и правда считала, что делает единственный разумный шаг и помогает нам скорее закрепиться на новом месте, отчего мне становилось только тяжелее и тревожнее.

— В следующий раз, если подумай, не сделаешь ли ты только хуже своей "помощью", — вздохнула я. — И для начала просто поговори со мной, а не устраивай диверсий за моей спиной. Однажды это может плохо закончиться для нас обеих.

— Это была не диверсия, — фыркнула Мисси. — Это был стратегический ход. Но я... ошиблась. Мне жаль.

— Вот именно поэтому тебе пока рано думать о чем-то подобном. Надеюсь, ты меня услышала и обещаешь больше так не делать. Мы должны быть честными друг с другом. Во всем.

Девочка медленно кивнула, и я постаралась в этот раз ей поверить.

Хотя уверенности, что в своем отчаянном желании защитить нас любой ценой Мисси не выкинет в следующий раз что-нибудь еще, у меня не было.

И, полагаю, до конца не будет никогда, учитывая те условия, в которых она росла, и тот факт, что моя подопечная генетически является человеком лишь наполовину.

Глава 29: Проверка

Межпланетный пассажирский паром "Фирос-Эйнар"

Майя Бриг

Утром следующего дня наш паром наконец-то вышел на орбиту Эйнара и начал постепенно замедлять свой ход.

Мы с Мисси на некоторое время застыли у иллюминатора, с восхищением рассматривая планету из космоса. И если для меня это зрелище было не совсем новым — по крайней мере, я уже видела проекцию Эйнара в гало-театре, — то Артемиссия буквально прилипла к окну, забыв обо всем на свете. Её ладони упёрлись в стекло по обе стороны от иллюминатора, а глаза распахнулись так широко, что в них, казалось, отражался целый новый, пока еще неизведанный мир.

В этот момент малышка как никогда походила на обычного человеческого ребенка, который просто искренне любуется красотой планеты, не думая ни о каких взрослых