Мама, я – Игрок! - Ник Вотчер

на то, что я всё-таки последовал совету ребят и поднял оставшимися свитками каждую из своих физических характеристик на единицу, суммарное их значение всё ещё было ниже пятнадцати. Как оказалось, штраф класса при увеличении характеристик с помощью книг не учитывался, но подобную процедуру можно было проводить только раз в пять уровней для каждой характеристики.

Следом я вложил все полученные за уровни и до сих пор не растраченные очки характеристик в Интеллект, доведя его значение до 18(18.9). Система, такая нехорошая с… штука, ни в какую не желала округлять десятичные значения. А вот с Мудростью и Харизмой я, как говорится, пролетел. Все книжки с повышением достались Сане с Леной.

Зато я обзавёлся ещё одним воинским навыком, который позволял укреплять оружие. Баловство, конечно, но зато теперь можно не так сильно переживать, что мой посох сломается в самый неподходящий момент. Жаль, что никаких других магических навыков не было. Но я не отчаивался найти что-нибудь в магазине или получить при достижении двадцатого уровня, когда, по найденной нами информации, должна будет произойти смена класса.

«Координаты пришлю завтра утром. Разлом стабильный, вход в заброшенном элеваторе. Будь на месте в 10:00. Хранитель».

На следующее утро я тщательно подготовился. Надел свои лучшие на данный момент артефакты: перстень «Геоманта» и поножи «Колеблющаяся Реальность». В рюкзак положил фонарик, пару лечилок, бутылку с водой и «Набор начинающего археолога», который уже однажды себя оправдал. Из оружия — лишь старый посох. Его я пока решил не менять, тем более что никаких опасностей вроде как не предвиделось.

Сверяясь с картой, я сначала доехал, а потом и дошёл до нужного места. Элеватор был огорожен и на входе стоял человек от ГИ. Он сверился с каким-то списком, после чего пропустил меня внутрь и подсказал, куда идти дальше.

Портал оказался небольшим, около двух метров в диаметре. Он мерцал перламутрово-серым светом. Возле него никого не было. Видимо, «Хранитель» организовал всё так, чтобы мне не мешали.

Я сделал глубокий вдох, включил фонарь и шагнул внутрь.

Уже привычные ощущения от прохождения портала, и вот я внутри. Воздух тут был более чем прохладным. Ладно хоть в снаряжении мне не грозило замёрзнуть от холода. Но вот отправься я сюда в шортах, точно бы околел.

«Вход в локацию: Каменоломня Снов (Стабильный Разлом, ранг F). Опасность: низкая. Остаточная аномалия. Предупреждение: локальные искажения восприятия времени и памяти».

Я оказался в огромном, освещённом тусклым, рассеянным светом подземном зале. Это место действительно было похоже на каменоломню — повсюду виднелись остатки сломанных инструментов, ниши, откуда вырубали блоки, груды щебня и колея от вагонеток. Каменные стены при свете фонаря переливались мягкими оттенками — голубоватым, сиреневым, бледно-зелёным. Как будто камень впитал в себя цвета рассветного неба или заката.

А ещё здесь царила абсолютная тишина. Глубокая, давящая, вызывающая смутные опасения. Не было ни шороха, ни скрежета, ни звуков капающей воды. Только моё собственное дыхание и биение сердца.

Я двинулся вперёд, осторожно ступая по неровному полу, подсвечивая себе путь фонарём и сокрушаясь шёпотом, что не догадался взять не один, а сразу с десяток фонарей, да ещё и побольше мощностью.

Время от времени луч света выхватывал надписи, у которых я останавливался и использовал свой навык. Язык напоминал смесь древних рунических алфавитов и чего-то совсем чужого. Но Лингвистический Анализ, подкреплённый высоким Интеллектом и артефактами, справлялся.

Через сотню метров я наткнулся на первую аномалию. На стене, среди обычных пометок, был высечен идеально ровный круг, а внутри него — сложный, многослойный символ. Он явно не имел никакого отношения к каменоломне и шахтёрскому делу. Мой навык, после нескольких секунд концентрации, выдал варианты перевода: «Сон», «Воспоминание», «Отражение».

Когда я прикоснулся к символу пальцем в перчатке, камень под ним словно задрожал. Передо мной, в воздухе, на мгновение проявилось размытое изображение — незнакомый дом, стоящий на берегу реки. Затем оно растаяло, как дым, а сам символ бесследно исчез.

— Интересно, — пробормотал я. — Чем-то это мне напоминает испытание в Библиотеке Забвений.

Я продолжил путь, теперь внимательно изучая стены. Попадались и другие символы-«видения»: мелькали обрывки пейзажей, лиц, непонятных объектов. Все они были призрачными, недолговечными. Иногда сопровождались обрывками эмоций — вспышкой радости, уколом страха, глухой тоской. Это было необычно. Как будто я листал магический фотоальбом, наполненный чужими, но от этого не менее живыми переживаниями.

Проход привел меня в обширный зал, который, судя по остаткам механизмов, когда-то был главным местом добычи. В центре зала на невысоком постаменте стояла та самая стела. Высокая, около трёх метров, прямоугольная плита из тёмного, почти чёрного камня, испещрённая рядами аккуратных, мелких символов. Они не светились, но казались более чёткими, чем всё, что я видел до этого.

Я подошёл и принялся внимательно рассматривать узоры. Лингвистический Анализ сработал мгновенно, но информации было слишком много, она была обрывочна, словно кто-то наложил несколько слоёв текста друг на друга. Пришлось потрудиться, прежде чем мне удалось отсеять всё лишнее и добраться до действительно важного.

Я не ошибся. Это место действительно отчасти напоминало Разлом, в котором я прошёл испытание. Только если там это был Абсорбер Знания, который защищал Хранитель Утробы, то здесь был какой-то очиститель эманаций подсознательного (сновидческих, мнемонических). А его задача заключалась в сборе, фильтрации и утилизации фоновых пси-излучений разумных видов для поддержания стабильности локального сектора реальности, что бы это ни значило.

Что меня заинтересовало больше всего, так это статус стелы-очистителя. Он был активен. Это могло означать, что её можно было как-то использовать. Вопрос в том — как именно?

В самом низу было предупреждение о том, что длительное пребывание в зоне действия очистителя может вызывать у неадаптированных особей временные искажения памяти, галлюцинации и снижение агрессивного фона.

Дочитав до конца, я перешёл на другую сторону. Благодаря тому, что я теперь понимал, что можно отбросить в сторону, как ненужное, а на чём следует сосредоточиться, в этот раз процесс перевода прошёл быстрее.

Так, я узнал, почему здесь появлялись монстры. Дело было в том, что при обнаружении в зоне действия очистителя посторонних существ, автоматически запускался протокол «Очистка». Автономные стражники (уровень угрозы: от F- до Е), которые были встроены в структуру объекта, получали приоритетную цель на ликвидацию Вируса.

Слово «вирус» было выделено.

— Вирус? — пробормотал я себе под нос. — Но ведь, если я всё правильно понял, то получается, что в роли этого