Мама, я – Игрок! - Ник Вотчер

— Ога, спасибо. А оплата?

— Будет переведена в течении суток. Сувенир сами потащите или нужна помощь в транспортировке?

— Последний вариант, если можно.

— Готово. Чем-то ещё могу Вам помочь?

— Да вроде бы нет. Хотя… меня до Кристалла довезут, или мне такси заказать?

— Машина ожидает. Пойдёмте, я Вас провожу.

Пока мы шли к транспорту, у меня завибрировал телефон. Я достал его из кармана и увидел сообщение от Сиволапого: «Отчёт принят. Оплата переведена. Камень доставят на склад гильдии. Жду подробного отчёта в моём кабинете завтра в 11:00. Хранитель».

Я подивился тому, с какой скоростью среагировал Сиволапов. Я то думал, что придётся ждать день-два. Оперативно работают.

По дороге домой, в свою новую студию в «Кристалле», я размышлял о последствиях того, что узнал. С какого это перепугу мы вдруг стали вирусом? Можно ли это как-то изменить? И если да, то как? В итоге, меня посетила мысль, от которой на лбу выступила испарина. А не может ли такого случиться, что Система запустит глобальный протокол «Очистки»?

Из-за этих мыслей я не мог заснуть, несмотря на дикую усталость. Сил не было даже на то, чтобы пообщаться с ребятами, которые написали почти сразу же, стоило телефону поймать сигнал. Но мозгу было плевать на желание тела. Мысли сменяли друг друга, словно бешеная карусель. Но, в итоге, я всё-же отрубился и забылся беспокойным сном, в котором люди вокруг превращались в каких-то монстров, с бактериями вместо голов.

* * *

Встреча с Сиволаповым на следующее утро была короткой и деловой. Я передал ему подробный отчёт о переводе, не забыв упомянуть про «вирус». Сперва я думал промолчать, но в итоге решил ничего не скрывать. Пусть в конце концов, голова болит у тех, кто кровно заинтересован в здоровье Игроков. Я же, со своей стороны, никак не смогу повлиять на происходящее. Однако, к моему глубочайшему изумлению, Сиволапов сказал мне, чтобы я не беспокоился. Мол ничего страшного нам не грозит. Но стелу попросил оставить и даже предложил мне оплату за, как он выразился, «аренду забавной штуки».

— Любопытная каменюка, — произнёс он. — «Очиститель», значит… Отчасти это объясняет странные эффекты в том Разломе. Ваша работа впечатляет, Николай. Вы же сможете её запустить?

— Стелу? Думаю, да. Но есть один нюанс… — я достал из инвентаря Ядро и продемонстрировал его Анатолию Ивановичу.

— А вот это уже интересно. Воля? Не знал, что её можно прокачать таким образом… Продашь?

— Такая корова нужна самому, — я отрицательно помотал головой. — Я полагаю, что подобные ядра будут формироваться в процессе использования очистителя. А как Вы справедливо заметили, это довольно ценная штука.

— Не для всех, — перебил он меня. — Да и предупреждения вызывают опасение…

— В таком случае, Вы не будете против, если все ядра достанутся мне?

— Это несерьёзно, Николай. Мы обеспечим людей для их производства, организуем место хранения…

— Этот очиститель позволит уменьшить агрессивность Игроков. А это и в Ваших интересах, Анатолий Иванович. И Вы это прекрасно понимаете.

— Это если верить твоим словам…

— Можете найти другого специалиста, чтобы он вам всё подтвердил. Если вы сомневаетесь в моей компетенции…

— Я готов обменять её на погашение твоей ипотеки, Николай. Но все сферы достанутся гильдии.

— Половина сфер, — я выдвинул встречное предложение раньше, чем успел сообразить, что именно говорю и насколько нагло с моей стороны это выглядит. Ведь предложенная Сиволаповым сумма и так была больше, чем я мог рассчитывать.

— А не лопнешь, Николай? — с кривой усмешкой спросил он. — Жадность она ведь до добра не доводит. Вдруг у тебя от этих сфер шифер поедет, и ты превратишься в дурочка, пускающего слюни.

— Так Вы, получается, обо мне заботитесь? — я вернул ему такую же кривую усмешку. — Не стоит. Я в состоянии здраво оценить свои силы и не собираюсь напрасно рисковать.

— Каждая десятая сфера. Я и так сильно пошёл тебе навстречу и предложил больше, чем кто-либо другой.

— Думаю, это всё из-за того, что Вы умный и дальновидный руководитель, — слегка подольстил ему я. — Треть?

Он на это снисходительно улыбнулся, мол «прогиб засчитан», но тут же покачал головой.

— Каждая восьмая, Николай. И то, только из-за моего к тебе хорошего отношения и в счёт твоих будущих заслуг. Кстати, о заслугах. Вижу, ты подал заявку на рейд в Разлом «Заброшенная Обсерватория»? Ещё не одобрили?

Намёк был более, чем прозрачен и понятен.

— Значит, одна восьмая? А Вы умеете убеждать, Иван Анатольевич, — с кислым лицом произнёс я.

— В противном случае, меня бы здесь не было, — с довольной улыбкой произнёс он. — Кстати, за доставку такого ценного артефакта тебе же ещё и рейтинг неплохо так подняли, представляешь!

— Какая приятная новость, — криво усмехнулся я. — Стелу сейчас активировать?

— Тебе сообщат, когда её установят на нужное место. А пока — удачного похода! И перед тем, как уйти, подойди к моему секретарю.

Намёк был более чем понятен, и я, выйдя из кабинета, подошёл к секретарю.

— Алёна Павловна, будьте любезны, оформите Николаю документы из второй папки, — услышал я из телефона голос Сиволапова.

Второй? Выходит, что была первая, а возможно ещё и третья, и четвёртая и… Впрочем, какая разница. Договор мы с ним заключили, руки, можно сказать, пожали и что-либо менять было уже поздно. Да и наше соглашение меня более чем устраивало, несмотря на то, что я делал недовольное лицо.

Я ведь теперь счастливый обладатель квартиры! И не придётся рвать одно место, рискуя здоровьем и жизнью, чтобы погасить ипотеку. Можно сказать — завидный жених! Ха-ха.

Я достал телефон, чтобы поделиться радостью с Саней, но не успел его даже разблокировать, как он завибрировал в руке, а на экране высветилось: Мама.

— Ало? — произнёс я, принимая вызов.

— Привет сыночек! — раздался голос мамы из трубки. — Что-то ты совсем пропал. Тебе пока не позвонишь, ты сам сроду не позвонишь.

— Да просто закрутился. Дела навалились. То одно, то другое…

— Чем ты там таким занимаешься, что не можешь найти пяти минут, чтобы нам с отцом позвонить? Мы вообще-то волнуемся! В новостях вон что пишут!

— Что? — ответил я, понимая, что разговор затянется, а сбрасывать, сославшись ан дела будет очень