Наследник $$$ уровня 5 - Андрей Еслер

Таким образом нас обрекли трижды, каждый новый раз из-за денег. Я рассказываю тебе это всё, чтобы ты понял, что для меня это больше, чем политика, и я твёрд в своём решении бороться до конца.

— Третий раз вас обрекли сейчас, — кивнул я, понимая. — Когда корпорации продолжают изоляцию, хоть она и вредит населению.

— Да, — подвёл итог дэ Гарро. — Я не идеалист, юноша, может быть, немного сумасшедший, но не больше, чем все остальные. Мне так же, как и всем, важны деньги, но кроме них есть и идея. У золотой сотни есть только деньги.

Мы помолчали.

Сад вокруг нас постепенно погружался в темноту. На листьях уже не задерживался солнечный свет, только отдельные золотистые лучи дрожали между ветвями. Вдали тихо шумел город, но здесь, за каменной стеной, его почти не было слышно.

Себастьян не ждал вопросов.

Я переваривал услышанное. Слишком многое он на меня вывалил.

— Тебя здорово прижали, — продолжил Себастьян. — Это значительный недостаток сегодняшней формы власти. Ты уже понял, зачем я тебя позвал. У нас есть общая цель, иначе нам не выжить.

— Согласен, — осторожно сказал я.

— Мне нужна поддержка, на посту президента я открою страну миру. Это вызовет рост конкуренции, а значит, разнообразит выбор для каждого валентийца. Товары станут дешевле, качество лучше. Кроме этого, в нынешней мировой системе мы отстаём как технологически, так и экономически. Всё это я планирую изменить, заняв пост. В свою очередь твоя выгода довольно понятна, ослабление давления на компанию и выход на международный уровень.

— При условии, что Варгас согласится, — начал вилять я, но наткнулся на ироничную улыбку.

— Я знаю, что Матео Варгас не владеет Видой, — сказал с улыбкой Себастьян. — Корпорации — это тело, мясо, но вот государственный аппарат по сей день кровеносная система. Уж чего-чего, а информации у нас хватает. Но не беспокойся, твой отец ничего не узнает.

— Спасибо, — только и мог сказать я.

— Довольно умно, сделать простого мальчишку владельцем компании, — оценил дэ Гарро. — Это дало тебе пространство для манёвра, но польза от такого решения закончилась. Ждёшь, когда твой выход из тени будет наиболее эффектен?

— Скорее эффективен.

Себастьян одобрительно кивнул.

— Хорошая стратегия, и да, Эмануэль ничего не знает.

— Кто он для тебя? Фигура на доске? — спросил я.

— Скорее козырь в рукаве, — коротко ответил Себастьян. — Лола влюблена в Эмануэля с университета, он хороший управленец, мне это полезно.

— Чего ты ждёшь от меня? — спросил я.

— Информационной поддержки, — ответил Себастьян. — Вида — крупный игрок на рынке, и он растёт, в отличие от других. Все детали расскажет глава избирательного штаба, он координирует процесс.

Я покачал головой.

Дэ Гарро внимательно на меня посмотрел, ожидая.

— Хочу заранее обговорить условия, — начал я. — Я гарантирую продвижение, мне нужен только портрет, ориентиры, но не маршрутная карта. Канал будет не один, я подключу всё, что смогу. Кроме этого, люди, мне нужны позиции в сенате и парламенте в целом.

Себастьян был удивлён, пытался это скрыть, но не смог. Его брови на короткий миг взметнулись вверх, а взгляд стал острее.

Конечно, откуда «юноше» знать тонкости работы с политиками. Спонсор не может воздействовать на политика, особенно если тот стал президентом. Никакие бумаги и договорённости не будут работать. Поэтому власть меняют на позиции.

Я помогаю дэ Гарро, но ничего не получаю взамен. Откроет рынок? Он откроет его для всех. Преференции? Они мне и не нужны, гарантий все равно нет. Хорошее отношение? Оно будет априори, соизмеримо моей помощи. А вот свои люди на паре нужных постов — это валюта на все времена.

Я введу своих людей заранее, они приживутся возле Себастьяна. И если тот задумает меня поиметь, он не сможет. Слишком глубоко уже в его тушке будут мои коготки. Пара министерских кресел мне нужна как воздух. Всё остальное потом.

Я даже не могу сейчас договориться о тех самых преференциях. Как мы их закрепим? Уж не у нотариуса это точно.

— Разумно, — кивнул Себастьян. — Посты обсуждаются или ты знаешь, чего хочешь?

— Пришлю список перед началом работы, — покачал головой я.

— Ещё что-то?

— Нет, — коротко ответил я. — Задача ясна. Мотивация установлена. Мы оба многое теряем в случае поражения. Главное, чтобы мы помнили об этом.

— Уж я-то помню, — тонко улыбнулся дэ Гарро.

— Компания, как я понимаю, уже начата, но впереди речи, тур по городам, в общем, ярмарка обещаний, верно?

— Хорошее описание, — кивнул Себастьян. — Да, ты прав.

— Хочу встретиться с координатором штаба, — попросил я. — Приватно. Можно где-то на нейтральной территории. Ко мне уже приходили, но я постараюсь потянуть время, придётся скрыть факт нашего сотрудничества.

— Кто? — деловито спросил дэ Гарро.

— Дэ Баргас.

Себастьян задумался, вспоминая.

— Готов спорить, давил на чувство вины после той короткой войны в прессе, — он позволил себе смешок, но глаза его были серьёзны. — И как тебе такой подход?

— Имеет место быть, главное, чтобы они как можно дольше меня недооценивали, — пожал плечами я и отправил ответную тонкую улыбку.

На дне пиалы показался узор, трещины. Я протянул посуду, и Себастьян наполнил её.

Тёплая керамика легла в ладонь. За столом по-прежнему было спокойно, но прежняя расслабленность исчезла. Теперь мы оба знали, что именно обсуждаем и зачем встретились. Оставалось только определить, насколько далеко каждый из нас готов зайти.

— Значит, мы договорились? — спросил он.

— Пока это будет выгодно, — честно ответил я.

— Ценю, — кивнул дэ Гарро. — Если надумаешь поменять решение, приди сначала ко мне, может быть, я смогу заплатить больше.

Я отсалютовал чашей.

Мы друг друга поняли, никаких договоров или обещаний. Сугубо прагматика.

Отчаяние Себастьяна ощущалось кожей, как и его нарочитые игры. Сначала тот эфир, когда он ворвался и с помощью газеты обозначил нашу связь. Затем эта душещипательная история о падении страны.

Я не верил ни единому слову.

Слишком многое не вязалось. Валентию разрушили продажные корпораты, бывшие вчерашними мастеровыми? Уверен, Себастьян пользуется иностранной поддержкой, иначе битва внутри страны была похожа больше на избиение.

Хотел произвести впечатление? Нужное впечатление.

Вероятно.

Кто в девятнадцать думает головой? Либо членом, либо задницей.

Но в девятнадцать все болеют — максимализмом, идеализмом, некоторые идиотизмом. Расчёт на это? Слишком мало вводных. Дальше будет понятнее.

Я поставил чашку на стол и ещё раз посмотрел на Себастьяна. Он уже вернулся к спокойной манере хозяина дома, будто за последние часы между нами не возникло ничего, способного изменить расстановку сил. Именно это мне и не нравилось. Слишком легко он переключался между ролями.

— Что вы не поделили с отцом? Кроме того, что ты решил заняться бизнесом, который убивает