Неви - Рапа Нуи

провизию на яхты. Оплата — по весу, чаевые — если повезёт и заметят. Просить, даже намекать, запрещено. А эти будто намеренно отводят взгляд, чтобы нечаянно не обеднеть на несколько евро от вида чужого пота. Странно у них всё устроено. Дрищ в белой рубашке принесёт бокал просекко — ему тут же купюру суют за героический труд; а Лука надрывает спину — в упор не видят.

Раскидал полторы тонны. Уже солнце жарило, слепило; майка солёная, мокрая. Осталось только восемьдесят кило для «Сардины». И можно пару часов отдохнуть.

Тридцатиметровый трёхпалубный мотоселлер. Симпатичная дорогая игрушка, но не сильно впечатляющая, Лука видал совсем крутые экземпляры. Конечно, он не мог себе позволить и швартовый конец от такой яхты, но бесплатный придирчивый взгляд знатока — его святое право. Он мечтал, что однажды (а как без мечты) его заметят и возьмут в экипаж, в море. Регулярно читал внутренний чат с вакансиями, но пока не продвинулся в направлении мечты — никого на яхту не звали.

Лука припарковал тележку. Присмотрелся — да у них там всё заставлено коробками. И вот ещё он принёс. Куда это? Кому сдавать груз? Что-то не видно никого из экипажа.

— Ты кто? Что здесь делаешь? — из-за коробок вылезла женщина, стройная, ухоженная, в антрацитовой униформе.

— Бонжорно! Я это… Лука, работаю здесь, меня прислали типа эти… — Лука приучился к вежливости, но от косноязычия никак не удавалось избавиться.

— А!.. — кажется, она обрадовалась. — Удивительно, всего два часа назад попросила капитана дать мне помощника! А почему ты в таком виде?

— Так я это, вот, носил, — Лука показал на коробки.

— Немедленно мыться и переодеваться, пока тебя никто не видел, — скомандовала она, — идём в каюту, покажу, где у нас что находится. Все инструкции после.

Лука не понимал, что происходит, но от радостного возбуждения даже не задавал вопросов. И хорошо, что он недостаточно красноречив, иначе мог спугнуть удачу.

— Зигмунд! Мне нужно отойти, проследи тут! — крикнула женщина кому-то скрытому за коробками.

А вот внутри дорого-богато! Лука глазел по сторонам, не веря своему счастью. Он заглянул в открытую дверь — там какая-то невероятная красота…

— Туда даже не смотри. Наши каюты вон там.

Женщина оценивающе посмотрела на Луку (судя по выражению лица, ей что-то не понравилось), выдала полотенце, форму и отправила мыться.

— Десять минут максимум. Времени вообще нет, ничего не успеваем, должны были завтра… А что в коробках?

— Не знаю.

— Ладно, разберёмся.

Если такой гальюн у персонала, то какой тогда у хозяев и гостей… Здесь хотелось жить.

На кармане рубашки вышивка Sabrina. Сабрина, а не Сардина, дубина! «Это я удачно ошибся», — обрадовался Лука. И никому ничего не сказал.

* * *

Подстроить случайное знакомство с ним было непросто — даже при безупречном плане это заняло бы много времени. Карл Гранц жил уединённо на своей вилле с видом на озеро Комо. На публике он был красивым шестидесятилетним коллекционером живописи, меценатом и путешественником. Но есть подозрение, что он курьер, работающий на очень влиятельных людей. Его работодателям нужно было как-то оправдать такой образ жизни — биография была липовой. Кто он на самом деле и откуда — пока не удалось выяснить, но это лишь вопрос времени.

Неви пошли другим путём и нашли его уязвимое место. Карла Гранца мучили сильнейшие мигрени, врачи не могли найти причину. Он перепробовал всё: мощные обезболивающие, восточную медицину, шаманов… Только печень посадил. А по ночам становилось совсем невыносимо — к нестерпимой боли добавлялся жуткий страх. Это была серьёзная зацепка.

Подкупили его лечащего врача и отправили в круиз по Карибам. Врач позвонил Карлу:

— Карл… не знаю, как сказать, но есть чудесный доктор. Она владеет техниками, о которых я даже не слышал, и может вам помочь. Правда, есть два «но»: она невидимка, и её услуги стоят очень дорого.

— Да хоть перламутровая пуговица! — от острой боли Карл терял хорошие манеры, как любой нормальный человек. — Мне всё равно, кто она. Я встречусь с ней и сам решу, чего она стоит. Если она та, кто мне нужен, я вас щедро отблагодарю.

Так в его жизнь вошла Джулия.

Она действительно была выдающимся врачом — неврологом и нейрохирургом, разработчиком уникальной техники точечного массажа. С Лео и Леной они были хорошо знакомы, даже дважды работали вместе, и Джулия сразу согласилась участвовать в спасательной операции.

— Вот здесь, видите? — она показывала результаты обследования. — Там инородный предмет. Почему-то кроты его не заметили, странно. Боль возникает вместе с внешним импульсом, словно кто-то нажимает кнопки на пульте управления.

— А как давно это у него?

— Говорит, ещё в молодости появилось. С возрастом частота и интенсивность возрастает. Кроме этого бывают периоды сильных обострений. Вот сейчас как раз…

— Ты знаешь, как отключить этот инородный предмет?

— Пока нет. Я могу только снять болевой синдром, когда нахожусь рядом. Были дни, когда не отойти. Приступы один за другим. А сегодня очень спокойно…

— Отлично, это именно то, что нужно. Ты можешь контролировать его состояние.

Джулия мгновенно стала для Карла жизненно необходимой. Однажды она оставила его всего на день — и это был настоящий кошмар, кошмарнее которого не бывает.

Он не мог не взять её с собой на яхту.

* * *

«Сабрину» проверяли с собаками. Зашли четверо, всё обнюхали и вышли.

В команду, кроме Марата, вошли турок Ферит, португалец Паулу, венецианец Микеле. Ну и Джулия, у неё самая сложная роль координатора.

Планировали пройти на лодку сразу за Джулией. Но Карл пропустил её вперёд и тут же перекрыл проход.

Пришлось пробираться со стороны воды. Хорошо, что успели передать Джулии мух.

Он так её ценит, что даже позволил взять чемодан с личными вещами.

Джулия выторговала себе отличные условия: не только багаж, но и