"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

горгона, а в её тоне зазвучала сталь. — Уже сегодня Ксант направит вам ноту протеста. Она поступит лично от моего отца главе великого дома Урелей! Если хочешь крови, то ты её получишь! Ты нарушил все мыслимые и немыслимые правила как благородных, так и голубокровных. Твоя свита поступила аналогично необдуманно. Домом Хаззак были предоставлены доказательства невиновности Ранкара Хаззака, но ты их проигнорировал и продолжил гнуть свою линию. Я дам тебе шанс уйти ни с чем и утащить с собой свою жалкую жизнь. Либо ты можешь остаться и тогда в твердыню своего дома ты попадешь по частям. Уж кто-кто, но Ксант войны с вами не боится. Ты и сам понимаешь, что это щедрое предложение. Решайся. Даю тебе пять секунд. Через пять секунд мои телохранители начнут действовать.

Кудрявому хватило двух с половиной. Придерживая свою изувеченную челюсть тот прожигал всех испепеляющим взором, а затем озлобленно произнес.

— За всё что сегодня случилось… вы все ответите! Ответит, как Ксант, так и Хаззаки! Но ты, выродок, — бросил он свирепо мне. — Ты сдохнешь первым! Вскоре кровь прольётся и столь подло напасть на меня ты уже не сможешь. Ожидай вызова, уродец!

— Если хочешь отправиться к праотцам, то вперед — бросай вызов. Буду ждать с нетерпением!

— Пять секунд миновало! — повысила голос горгона, и телохранители тотчас двинулись к Гаерону, но в отместку тот лишь насмешливо фыркнул и сделал пару шагов назад.

— Крути хвостом пока можешь, Кайса. Как только Бальтазар придёт к власти всё изменится. Я тебе обещаю!

Пару мгновений они еще играли в гляделки, но затем из кольца Гаерон вытащил весьма редкий артефакт и исчез в переместительной вспышке прямо у всех на глазах.

— Пространственный маяк, созданный созвездием. Сцилла постаралась! — сплюнула презрительно Имания. — Терпеть не могу эту дрянь!

— Что это сейчас такое было, малыш? Я заинтригована, — едко прошептала Кайса, медленно ко мне приближаясь. — Нежели это сон? Нам нужно с тобой…

Но вместо того чтобы остановиться рядом с девицей я просто прошел мимо и только на секунду замер позади. А потом склонился над её ухом:

— Не знаю, какую игру ты ведешь, но я хоть и твой вассал, но далеко не раб. Запомни это! — говорил я тихо, чтобы слышать меня могли лишь горгона. — Если хочешь убить за неповиновение, то убивай. Прикажи своим псам и пусть действуют, но поверь на слово их будет ждать огромный сюрприз. Впрочем, тебе нужно знать еще кое-что. В случае чего мне есть куда податься и если я туда уйду, то ни единая живая душа меня там не найдет. И в том месте я могу занять настолько достойное положение, что тебе и не снилось! Вот только при следующей нашей встречи я не буду ни твоим вассалом, ни подобием раба. В том случае я стану вам самым настоящим врагом! Это первое и последнее предупреждение. Твои выкрутасы сидят уже в глотке. Лучше возьми пример с Сианы…

Глаза дочери Данакта внезапно опасно блеснули и окинув меня цепким взглядом, та также тихо прошептала:

— Сколько своенравия. Смотри не обожгись, малыш. На этот раз я тебя прощаю, но в будущем…

— Ты знаешь, что я не боюсь смерти, поэтому более не будет будущего, — раздраженно бросил я ей, медленно шагая к пролому в стене. — Хочешь убить, так убивай. Больше шанса не представится.

Прошла секунда. Затем еще одна. В полнейшей тишине я неспешно проскользнул обратно в гостиную, а удара в спину так и не последовало. Я даже не смотрел в направлении Кайсы, но не нужно быть мудрецом, чтобы понять, что прямо сейчас она о чем-то хаотично размышляет.

Судя по глазам Имании и Дэймона, то они прекрасно осознали суть беседы с Кайсой. В ответ же тётка лишь печально поджала губы, а наставник слабо улыбнулся и ободрительно кивнул, а после нашей молчаливой беседы, мы оба посмотрели на лишнее лицо в гостиной.

Глаза наследника дома Иан внезапно забегали, потому как тот воочию засвидетельствовал всё случившееся ранее, а потому тот учтиво поклонился Изуверу.

— Моё почтение, лорд Хаззак. Рад нашей встрече.

— Здравствуй, Мелькор, — спокойно кивнул глава, а после широко усмехнулся. — Давно тебя не видел. Ты знатно подрос. Ты уж прости и попроси прощения за меня у своего отца Леонела, но как понимаю, ты тоже что-то не поделил с моим воспитанником? Валькирию, может быть?

— О-о-о! Вовсе нет, лорд Хаззак! Вышло огромнейшее недоразумение. Я более не претендую на валькирию, — тотчас повинился парень и сделал пару шагов навстречу. — Если честно, то я прибыл к вам по двум причинам. Во-первых, я хотел попросить прощение за своё неподобающие поведение и за некрасивое поведение своих свитских. Я вспылил и за это каюсь.

— Похвальное поведение, — хмыкнула невозмутимо тётка. — Ранее ты был более… властным.

В ответ парень замялся и выдавив из себя улыбку, уважительно проблеял.

— Ну вы же знаете, уважаемая Имания. Молодо-зелено, юные аристократы сейчас несдержанны, и я тоже подвержен таким перепадам настроения. Поэтому признаю, что был не прав.

— Всё в порядке, Мелькор. Мы не сердимся, — мягко произнес Дэймон, благодушно тому кивая. — Твой отец и весь дом Иан всегда отличались дальновидностью и мудростью. Вот только ты не назвал вторую причину своего появления…

На миг в гостиной воцарилась тишина и вновь выдавив из себя очередную радушную улыбку, тот посмотрел вначале на меня, а после на наставника.

— Глава Хаззак, ранее нам и вправду требовалась валькирия, но сейчас в какой-то мере в ней отпала необходимость, когда появился сам Ранкар.

Ирззу распутницу в жены!

«К чему клонит этот хмырь»? — недовольно пробормотала Руна.

— Мой отец и великий дом Иан хотел бы пригласить в гости вашего воспитанника, глава Хаззак. Само собой, у меня имеется официальное приглашение, — спокойно произнес Мелькор и ловко извлёк из внутреннего кармана конверт с гербом дома Иан и передал его в руки наставника. — Мы очень надеемся, что он примет предложение.

— С какой это стати, Мелькор? — раздался из-за спины недовольный голос Нефрита, и та быстро выступила вперед. — Ты совсем страх потерял, раз крутишь дела за моей спиной? С какой целью вам понадобился мой вассал?

— На будь такой суровой, Кайса. Позволю себе заметить, что не ты глава великого дома, а уважаемый Данакт, — миролюбиво отметил