"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

Одного маменька не знала и знать не могла, что мы все еще неделю назад договорились, что не выйдем замуж, пока не отучимся в нашей будущей магической гимназии и не убедимся, что наши будущие избранники не будут против наших занятий магией.

— Клянемся! — я выставила вперед руку.

— Клянемся! — уверенно проговорила каждая и положила свою руку поверх предыдущей.

Прямо как в фильме о мушкетерах! И я не выдержала и добавила:

— Один за всех и все за одного!

Девиз девчонкам очень понравился. Хотя до этого я очень скептически относилась к разного рода женским сообществам, но в тот момент поняла, что в нашей компании зарождается будущее гимназическое братство и его традиции. И пусть женская дружба понятие довольно специфическое, но тут речь не совсем о дружбе, а о большем — о сообществе, частью которого будет каждая гимназистка. И чтобы его создать и привить определенный дух, я решила сделать все возможное…

Когда каждая из нас выплеснула все, что скопилось в душе после вчерашнего бала, княгиня перешла к главному:

— Вам всем придется появляться в обществе, на балах и различного рода вечеринках. Конечно, все посещать не будем, но хотя бы раз или два в неделю это обязательно. Возможно, кто-то из вас найдет себе достойную пару за этот год…

Мы с девчонками заговорщицки переглянулись, но промолчали.

— … Но все не так радужно, дорогие мои. — Маменька сделалась очень серьезной и немного грустной. — Не все поняли ваше желание заниматься магией… Отнюдь не все. И если на царском балу никто не посмел открыто выказывать вам свое мнение, то сейчас стоит быть морально готовыми к тому, что вы будете приглашены не на все мероприятия этого светского сезона. А на тех, куда все же попадете, можете столкнуться с откровенной неприязнью…

В комнате на некоторое время повисло молчание. Каждая из нас знала, что подобное возможно. Но то, как нам это сказала княгиня, заставило осознать, что впереди нас действительно ждут сложности и непонимание.

— Однако, — решила я все же немного подбодрить своих подруг, — нас много! А вместе мы банда! И нам никто не страшен!

— Банда? — недоуменно переспросила маменька.

— Конечно! Причем самая очаровательная в мире банда, которая разобьет в пух и прах все предубеждения и захватит в плен сердца даже самых отъявленных скептиков!

— Какой интересный взгляд на вещи…

В дверях комнаты возникла графиня Оболенская, гофмейстрина[8] великой княжны Лизаветы. Будь я в родном мире, сказала бы, что мы все дружно выпали в осадок. А за ней следом вошла и сама царевна. На некоторое время в комнате повисла звенящая тишина.

Первой опомнилась княгиня. Она вскочила с места и сделала глубокий поклон. За ней подскочили и мы, сделали точно такие же реверансы и застыли в преклоненной позе.

— Полноте, дамы, — благосклонно проговорила гофмейстрина, — присаживайтесь. Великая княжна здесь с неофициальным визитом.

— Так и есть, — раздался мелодичный голос царевны, и она села в свободное кресло напротив нас. — Как видите, с собой я взяла лишь графиню, а потому опустим придворный этикет.

Мы постарались незаметно выдохнуть и присели на свои места, как и графиня, которая устроилась недалеко от великой княжны.

— Ваше Императорское Высочество, я безмерно рада видеть вас в своем доме, — начала маменька, но царевна тут же ее остановила.

— Дарья Сергеевна, я же просила: без придворного этикета. Я здесь совершенно конфиденциально, — мягко пожурила она. — Обращайтесь ко мне Лизавета Ивановна.

— Как скажете, Ваше Им… Лизавета Ивановна. Ох, что же это я⁈ Не желаете ли чаю?

Великая княжна, а в простонародье царевна, желала. И маменька тут же вызвала лакея, которому и передала пожелания. Пока дожидались чая, ни о чем серьезном не говорили, беседуя о природе и погоде, изредка затрагивая двор и его обитателей.

Я же во все глаза рассматривала наших гостий. Ранее мне не приходилось видеть царевну в такой непринужденной обстановке. До этого единственное, что я могла о ней сказать, что она молода, но величественна. И не получалось увидеть за статусом человека. И не потому что я преклонялась перед власть имущими. Просто в прошлой жизни короли, королевы, императоры и их дети были только в учебниках истории и казались чем-то вроде книжных персонажей.

Сейчас же я видела перед собой очень молодую девушку, которой только предстояло справить семнадцатилетие. Лизавета бесспорно красива: высокий лоб, большие карие глаза, небольшой чуть вздернутый носик и овальное лицо, обрамленное каштановыми волосами. Ощущалось в ней нечто такое, что невольно заставляло склонить голову и слушать каждое слово этого, по сути, еще ребенка. Внутренняя сила, которая зиждилась на впитанных с самого детства моральных устоях и чувстве ответственности и долга, просто поражали! Я прониклась к ней искренним уважением. Вместе с тем было в ней что-то чистое и неискушенное, можно сказать — детское, что делало ее ближе. Царевну хотелось слушать и одновременно защищать. Со временем эта девушка обещала быть замечательной Императрицей! Только бы ей дали это время…

Гофмейстрина же была чуть младше маменьки. Невысокая, полноватая шатенка со строгим взглядом голубых глаз. Как мне сообщили еще до бала, она приставлена к девушке с детства. Когда-то была фрейлиной покойной Императрицы, но замуж так и не вышла, а потому осталась при дворе и была переведена в более высокий чин уже при маленькой царевне. Она пользовалась ее безграничным доверием и отвечала тем же, как и полной преданностью. Неудивительно, что на эту встречу девушка взяла именно ее.

Наконец, чай был выпит, плюшки съедены, приличия соблюдены, и царевна перешла к тому, ради чего пришла:

— Меня очень заинтересовала ваша инициатива, связанная с магией… — начала она. — Признаться, я не ожидала, что кто-то может решиться переломить вековые устои и бороться за то, чтобы у женщин появилось право пользоваться тем, что подарил им Господь. Ведь магия с самого первого дня ее появления была для нас под запретом. Не скрою, поначалу и мне ваше желание использовать силу показалось неуместным и даже кощунственным, однако то, что вы показали на выступлении, радикально изменило мое мнение. Я поняла, что мы, женщины, вполне способны пользоваться магией! Причем в совершенно ином ключе, нежели мужчины — у них на уме одна война, а вы всего за