Песочница - Ирек Гильмутдинов

каждое его движение. Для человеческого глаза он, возможно, и был невидим, но мой взор без труда улавливал, как он метался в смертельном танце от одной цели к другой, оставляя за собой алый след на горлах врагов. Двоих из них я, кстати, узнал — это были вчерашние работяги со склада Кощея. Идиоты.

— Скажи, а все белки… то есть, твои сородичи, обладают такой скоростью? — поинтересовался я, когда он закончил трапезу.

— Не-а, — бодро ответил он, облизывая лапки. — Мне, можно сказать, удача лично привет передала, подобно Кощею. Группа охотников загнала в пещеру старого матёрого волка. Тот был изранен, истекал багряной кровью и, чувствуя конец, готовился отдать свой кристалл, унеся с собой в небытие как можно больше душ. Я выждал, пока схватка достигнет пика, а потом прикончил двоих израненных победителей и забрал трофей себе. Так моя природа совершила новый виток. С тех пор со мной никто не связывается из зверей. А люди… они… ну ты понял, — проговорил он, беря новую сосиску.

— Понятно, — кивнул я, в груди рождаясь новое, тёмное любопытство. — Надо бы и мне попробовать поохотиться. Хочу посмотреть, что это за кристалл такой.

— Ты только не вздумай его поглощать, — тут же предостерёг меня фамилиар, и в его голосе прозвучала несвойственная ему суровость. — А то, как в той игрушке "Ошибки Прошлого", заразишься инопланетным вирусом, и будем мы потом из тебя чужеродную сущность выковыривать.

— Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить, — по старой привычке сплюнул я через левое плечо и трижды постучал костяшками пальцев по древесному стволу, на котором сидел.

Мы посидели ещё немного, пока солнце окончательно не скрылось за горами. Затем я развернул волшебную палатку и расставил по периметру артефакты защиты — от диких тварей и от двуногих, дабы я мог выспаться, не думая о ночных «сюрпризах». Почему мне это пришлось делать, имея в спутниках такого мега убийцу и божественного Аэридана? Да потому что Перчик, не обременённый ложной стеснительностью, уже устроился на кровати и накрылся одеялом вгоняя меня этим в очередной диссонанс и моментально погрузился в сон. Пегарог же и вовсе буркнул, что в сторожа не нанимался, после чего растворился в ночной мгле без следа. Вот и пришлось мне, подобно старому доброму Бильбо, самому заботиться о безопасности нашего скромного лагеря.

***

Столица империи Феникса.

Небо над Адастрией заволокло, осыпая её снегом, и холодный ветер с реки Фениксиански завывал в щелях домов, словно предвещая беду. В доме Кайлоса что рядом с академией, в зале для собраний, царила гнетущая тишина, нарушаемая одним потрескиванием поленьев в камине. Рома и Майя, их лица были суровы и непроницаемы, собрали всех ключевых членов компании.

Именно они вынуждены были сообщить чёрную весть: Лари Флинт был найден мёртвым на илистом берегу Фениксиански. Убийца не пойман — стража не видела никого, следов не обнаружила. Ничего, кроме едкого, леденящего душу шлейфа магии смерти, не оставляющей сомнений: здесь поработал некромант.

В той же мере, что и от шока от гибели товарища, всех терзала и другая загадка: куда подевался сам Кайлос? Его отсутствие висело в воздухе неразрешённым вопросом, усугубляющим тревогу.

Отряд ОПК «Гурман», узнав о смерти друга, без промедления, с холодной яростью в глазах, приступил к расследованию, действуя по учебнику, что написал для них господин Версноксиум. Рома, на такой случай имевший чёткие инструкции, немедля отправил вестового к Вортису. Память народа Керона ещё хранила предания о том, что случается, когда двухстихийник выходит из берегов, обезумев от горя.

Не было времени на причитания и траур. Скорбь, замороженная стальной волей, преобразовалась в действие. Все были заняты делом: поиском невидимого врага, укреплением оборонительных рубежей, ведением неотложных дел. Кайлос за прошедшие годы сумел внушить им всем непоколебимую уверенность: возмездие неминуемо. Виновные понесут кару. «Вот когда это случится, — словно эхо его воли звучало в умах, — вот тогда мы, народ, и позволим себе оплакать павшего. А сейчас — работать».

Тело Лари Флинта было немедленно помещено в ледяной склеп. Многие не понимали — зачем? Этот странный приказ по компании был выпущен всего месяц назад. Сам Кайлос наказал: неважно, как умер человек, даже если налицо все доказательства и куча свидетелей. Если он заключил контракт с компанией, пока сам господин не узрит тело своими глазами, предавать его земле запрещено.

Итак, по распоряжению Майи и Ромы, все действовали как хорошо отлаженный механизм, движимый прописанной инструкцией. Охрана всех ключевых работников и объектов была увеличена втрое. Адастрия замерла в напряжённом ожидании, ощетинившись, как зверь, почуявший охотника в ночи.

Глава 14

Неприятности

Проснулся я на рассвете, когда солнце ещё только вступало в свои права, боль в районе груди. Я не сразу понял, в чём дело, только спустя минуту до меня дошло. Кто-то умер, кто-то из тех, кто давал клятву. Сердце сжалось от боли. Я впервые ощутил подобное, и, скажу я вам, это не из приятных ощущений. В голове зароились тысячи мыслей, кто умер и почему.

Вскочив и разбудив Перчика, я быстро собрал вещи, а после попросил Аэридана, чтобы он отвёз меня в эпицентр, но он отказал. Чему я был сильно удивлён.

— Кай, я не отказываюсь помочь. Дело в другом.

— В чём? — едва сдерживая ярость, потребовал я ответа.

— Первое: я знаю, кто умер. Второе: там в небе, — указал он рогом, — летает какая-то тварь, страшная до жути, и она обладает защитой от магии. Прикинь, сегодня ночью с ним столкнулся и не смог пробить ему шкуру. Только скрывшись в божественном плане, мне удалось свалить от него. Вообще, мне этот мир не нравится. Больно тут все сильные какие-то.

— Это он о небесном дьяволе голубозавре говорит, — зевая, бельчонок уселся на камень. — Самый опасный в нашем мире. С ним лучше не связываться. И пулемёт, что ты видел на Крылатском, не от земных тварей, а от него. Потому как голубозавр может сжечь поселение за пару заходов, магия его не берёт, только сталь, и то так себе.

Я от такой новости весь гнев растерял.

— Что еще за птица такая?

— Голубь, что превратился в тварь размерами с птеродактиля. Потому его так и прозвали — голубозавр. Особенно любит нападать на караваны.

— Так стоп. С этим потом. Ты сказал, знаешь, кто умер?

— Да. Ларри Флинт. Наши думают, его убил некромант.