Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал - Денис Игоревич Камков

суровость, он заменил мне отца, и я был здорово благодарен ему за то, что ему было не все равно. За то, что ему было не наплевать на нас, детей тех родителей, которые погибли столь рано, что не смогли сами воспитать своё потомство. Любая дорога когда-то заканчивается, и моя прервалась неожиданным и злым, чужим окриком.

– Стоять, кто такой!? Выворачивай карманы, раз приперся!

Зрение моё уже восстановилось в достаточной мере, чтобы видеть, и я медленно, и без резких движений встал с гравицикла и повернулся к говорившему. На одном из сквозных проспектов города, местные бандиты устроили импровизированный пропускной пункт. Передо мной их стояло трое и ещё двое с чем-то чуть более дальнобойным, засели в руинах неподалёку.

Радиационный фон, здесь был вполне приемлимый, хоть и повышенный, и это не могло не сказаться на местных, которым приходилось много времени проводить на поверхности. Выглядела троица – дерьмово. Все характерные признаки лучевой болезни были на лицо, а точнее на лицах. Одеты они были так же плохо, как и выглядели, не одежда, а какое-то рванье, которое представляло из себя смесь искусственной кожи, резины, пластика и грязи. Длинные плащи и глубокие капюшоны скрывали их болезненные фигуры и только старший из них, одетый в такой же, как и у меня, только старый и неухоженный, экзо был более или менее опасен.

Мне до отвращения не хотел воевать, но все же я отдал мысленный приказ Микки пройтись по тылам и обезвредить снайперов. То ли ещё не развеянные мысли об отцах и детях, то ли ещё что-то повлияло на мои следующие слова.

– Ты охренел? – Тихо и угрожающе произнёс я. – Не узнал? Своего босса не узнал? Ты же понимаешь, кусок дерьма, что мой папаша вечно жить не будет? И кто тогда станет новым паханом?

– Я, я… не узнал вас сразу, молодой хозяин, простите! – Простонал, заикаясь доселе такой строгий и злобный бандит. Лицо его при этом побледнело ещё больше, и я отвёл глаза, прекращая воздействие.

– Крайний раз прощаю, – произнес я и сплюнул сквозь зубы, подражая когда-то просмотренному голофильму про преступников. – И раз тебе не повезло, что я с проверкой, давай посмотрим, как несёте дозор. Мне вот, например, кажется, что твои снайпера спят или пьяны в хлам.

Если человек, с уже и до этого побелевшим от страха лицом, может ещё побелеть, то это произошло. Пот с несчастного катился градом, хоть на улице было и прохладно, его трясло, но мне не было его жалко. Такие как этот проникали в мирные Общины и творили там бесчинства, грабежи и убийства. Я знал, что Микки не станет без нужды убивать людей. Дозу токсина он мог определять сам и поэтому просто парализовал своих жертв.

Я же собирался, как следует поиздеваться над этими бандитами, но самое главное, мне нужна была информация, и что-то мне подсказывало, что они расскажут мне всё. Так или иначе, но расскажут. Не хорошая, злая улыбка скользнула по моим губам.

Как и ожидалось, двое дозорных с импульсными винтовками, оборудованными прицелочными комплексами, были без сознания, и я ТАК без всякого внушения наорал на старшего, что подумал, что его хватит инфаркт. Но ничего, обошлось, инфаркта, к сожалению, не случилось, и я чуть сбавив тон произнёс:

– Пожрать есть что? – Старший бандит сообразил, что "гроза", кажется, уже закончилась, и повел меня в оборудованный подвал пропускного пункта.

– Рассказывай, – приказал я, когда мы расселись по табуретам и старший включил старый обогреватель и начал хлопотать к столу.

Когда бандит в старом экзо немного успокоился, рассказ его стал более связным и интересным. Стараясь угодить мне, и загладить свою вину, он начал рассказ с самого начала. То есть с периода около тридцати пяти лет тому назад, когда он уже был осмысленным подростком.

В те времена уже обозначилась одна, более других развитая община. Костяк её составляли бывшие военные и их семьи, неплохие техники и инженеры, а так же люди, нашедшие своё призвание в сфере услуг. Такая кастовая система осталась и сейчас. Жители других общин потихоньку влились в более большую и сильную общину. Таким образом, около двадцати лет назад, в Парке наступило единовластие. Разделение слоёв населения увеличивалось и если техники, ещё как-то выживали, то сфера услуг и вовсе стала сферой рабов и бесправных существ.

В фаворе были только военные, которые очень скоро, видимо по причине психической или какой-то другой деформации перестали защищать граждан, но стали сатрапами, убийцами и насильниками или попросту бандитами. У власти всегда стоял некий Полковник, но так звали всех вождей Парка, последние четыре десятка лет и к званию это слово не имело отношения.

Власть имущие не любили популярности, опасаясь за свои шкуры, и поэтому старший смены не знал, на самом деле есть ли у его, никогда не виданного им босса, сын или дочь или хоть кто-нибудь. Но внушение работало и ему пришлось поверить, что есть.

Парк, как и Саутбэй остались наиболее сохранными городами, и этот город жил разбоем, грабежом, террором и силой. В Саутбэй же происходило вообще что-то непонятное, и связь с ними прекратилась уже довольно давно. Посылали и разведчиков, но никто не вернулся.

Обо всем этом мне поведал старший и в принципе самое важное мне стало ясно. Затребовав провожатого, я двинулся дальше, в центр. Уже начиналось утро, и улицы были ещё совершенно пусты, везде чувствовалось разорение и упадок. Парк был низкоэтажным, утопающим в зелени городом, построенным из натуральных материалов. Его дома напоминали большие коттеджи, когда-то бывшие совершенно автономными и включающими в себя все необходимое для отдыха и уединения.

Архитектура самого города была характерной, и напоминало звезду, как рисуют её дети, с лучами-проспектами, отходящими от неё на все восемь сторон. Катакомбы этого города носили сугубо инженерный характер и не были развиты, как например в Кроссборне. Важным и потайным узлом, о котором, наверно, сейчас знала только наша группа, был пилон и именно туда я сейчас и направлялся. Мой провожатый шёл впереди меня, я же, слегка расхлябанной походкой папинькиного сынка, шел следом, а байк парил ещё чуть позади меня на автопилоте. Микки же убежал куда-то вперёд, и я чувствовал, что он не теряет времени даром. Недели через три здесь появятся новые умненькие крысята. Это знание не могло не вызвать улыбку на моем лице и именно она спасла меня в следующее мгновение.

Улыбка моя сошла за самоуверенную, и это задержало палец на курке обдолбанного идиота с импульсником,