Огни Авалона - Дмитрий Чайка

— Глазам своим не верю! — прошептала Карина. — Вольт здесь? Но как?

Чудовищно огромная птица пикировала с небес прямо в центр замка, а на ее спине сидел знакомый парень-снага, поливающий из автомата эльфов, охранявших ворота. И он орал что-то непонятное. До девушки донеслось:

— Банза-а-а-ай!

Глава 17

Зяблик сделал круг почета по замку, пока я короткими очередями палил во все, что видел. Пару раз я вроде бы даже в кого-то попал, но это неточно. То ли эльфы падали сами, уходя от выстрелов, то ли их сразил героический я, сие науке неизвестно. Важно было то, что соображали эти ребята вполне здраво, а потому выстрелы захлопали все чаще и чаще. Видимо, они были готовы к такому развитию событий. Пистолетные пули не брали перья хтонической птички совершенно, а потому один пулеметный расчет зяблик разорвал в клочья и сбросил со стены. На этом мое везение закончилось, и я всем телом ощутил смертельную дрожь птицы, которая билась со мной до самого конца. Ее все-таки достали пулеметной очередью. Я мысленно задал направление, и зяблик тяжело спикировал на балкон второго этажа, проломив своим телом оконную раму. Так мы ввалились прямо во дворец лорда эльдаров Лаэрона, пропади он пропадом.

— Прощай, друг, — я похлопал птицу по каменной чешуе, заменявшей ей оперение, и она истаяла дымкой, не оставив даже следа. И тут послышался голос, читавший нараспев непонятные слова.

— Та-ак! — оглянулся я по сторонам. — Что ты там бормочешь, гад!

Я выстрелил одиночным, сняв нарядно одетого мужика с высокомерным лицом, который пытался делать свои пассы. Он урожденный маг, все его рефлексы заточены на то, чтобы биться с помощью колдовства. Но сейчас он находится в состоянии шока. Находился, если быть точным…

— Налево или направо? — задумался я. — У самурая нет цели, у него есть лишь путь. Если я все равно уже умер, то не все ли равно, куда идти? Надо идти куда-нибудь, и тогда обязательно куда-нибудь придешь.

Я, как и свойственно большинству мужиков, пошел налево, заглядывая во все двери и паля по мечущимся эльфам, которые, лишившись привычных сил, совершенно ополоумели от ужаса. Где-то я все это уже видел, а где, вспомнить никак не мог…

— Большие города-а! — пел я, методично расстреляв целую толпу ушастых красавцев, которые пытались пробиться через узкую дверь. — Пустые поезда! Да где же я это все видел? Это все неправда… Это мне снится… Это просто прорыв Хтони, и я стреляю по нечисти… Эти существа — нечисть… Они хуже нечисти…

Я подошел к одному из раненых, стонавших на полу, и перевернул его ударом ноги. Эльф смотрел на меня с ужасом и отвращением. На его холеном лице медленно проступала растерянность. Его картина мира рухнула. Ильмарин, абсолютная твердыня, насквозь пропитанная магией, обесточен, как деревенский коттедж. Так не бывает. Такого не может быть, потому что не может быть никогда.

— Где держат девушек, из которых пьют жизнь? — спросил я.

— Пошел ты, червь! — выплюнул он, тщетно пытаясь выбросить в мою сторону какое-то заклинание.

— Раз! Два! — я навел автомат.

— В подвале! В подвале! — заорал тот. — Увядших лилий держат в подвале!

— Три, — ответил я, проделав дырку в аристократическом лбу. — Ты не успел.

Я нашел лестницу и пошел на первый этаж, понимая, что у меня остались считаные минуты жизни. Совсем скоро меня прижмут в каком-нибудь углу и расстреляют. Бросать гранаты не станут точно, пожалеют картины. Тут же все стены подлинниками завешаны. Им цены нет. За каждое из полотен, где изображены величественные и прекрасные создания, можно купить дивизию зеленых ребят типа меня.

— Ни берега, ни дна. Все начинать сначала, — мурлыкал я, ранив какого-то человека. Это явно не эльф. Скорее всего, это кто-то из наших, предателей.

— Кто такой? — рявкнул я.

— Я граф Оссолинский, — простонал тот, зажимая кровоточащий бок. — Ты не имеешь права так со мной обращаться! Пся крев! Матка боска! Больно-то как!

— Сколько сеансов прошел? — рявкнул я наугад, не имея о процедуре омоложения ни малейшего представления.

— Один! Только один! — заверещал тот, закрывая голову руками. — Не убивай! Я тебя озолочу!

— Да мне деньги без надобности, — с сожалением ответил я, нажимая на спусковой крючок. — Я ведь уже умер, одна видимость, что живой. Минут через десять это исправят. Нужно только негатор спрятать как следует.

— Вольт! — услышал я до боли знакомый голос.

— Карина? — удивился я, в упор разглядывая девушку. Она смотрела на меня, как на привидение. — Нет, ну я, конечно, знал, что ты здесь. Но на такую быструю встречу не рассчитывал. Значит так! У меня две задачи. Первая: нужно такое место, где можно спрятать маленькую коробочку. И второе: надо найти девчонок.

— Ах, вот ты где, негодная девка! А ну, пошли назад! Да как ты посмела удрать, зеленая тварь!

Карину догнал и схватил за руку знакомый эльф с чудным именем. Как его? Эммануэль? Нет, это легкая эротика для пионеров восьмидесятых. Паганель? Тоже нет, это имя чудака-географа из Жюля Верна. Колонель? А это вообще военное звание. И отчество у него дурацкое. Я его тоже забыл.

— Эй ты! — навел я ствол. — Охерель Баранович! Отпустил девушку и отошел на два шага. Руки на затылок. Дышать по команде. Я парень из сервитута, внезапный, как сочинский понос. Дернешься, завалю на месте. Мне это как два пальца. Ферштейн, угребище тоскливое?

— Яволь, — почему-то ответил он и сделал два шажка назад, соорудив умильную мордашку. — Я могу помочь, сударь. Вы же, наверное, за девушками пришли. Так я вас провожу.

— Врет! — свела бровки Карина и нервно затараторила. — Он такой гад, оказывается! Он нас сюда на верную смерть вез! Он…

— Да знаю я всё, — нетерпеливо прервал ее я. — Веди, Сусанин. Если сделаешь резкое движение, я тебя убью. Попробуешь убежать, я тебя убью. Решишь меня обмануть… Ну, ты понял. У меня с фантазией плохо, а тебе сегодня нужно будет очень сильно постараться, чтобы просто остаться в живых. Пошел!

— Пулеметы! — испуганно вздрогнула Карина, услышав грохот за окном. — В кого они стреляют?

— Летят журавли, Карина, — улыбнулся я. — Сюда летят