Товарищи женщины! - Константин Владимирович Денисов

выставляя в сторону Геннадия ладонь, — успеешь ещё пообедать! — и уже громче добавил, обращаясь к парню, — я не слышу объяснений! Не знаю, закончилась ли минута, которую я вам дал, но вот терпение у меня точно закончилось! Последний раз спрашиваю, есть что сказать?

Сказать им было нечего, и они решили перейти к активным действиям, наивно полагая, что делают это внезапно. Но именно чего-то такого я всё время и ждал.

— Ап! — крикнул стоящий впереди парень, щиты стали раздвигаться, и в это мгновение ребята вдруг остались без маны!

Однако, как оказалось, использовать они собирались не магические способности, а боевые артефакты и отсутствие маны им сделать это не помешало, хотя и резко деморализовало. Возмущённые и непонимающие крики раздались практически хором.

В образовавшиеся просветы между щитами выставили несколько широких трубок и из них тут же выстрелили сетями. Метили именно в нашу, стоящую впереди, тройку.

Накрыло нас хорошо, сети широко развернулись в полёте, и даже Гена оказался укрыт целиком. И эти штуки имели своей целью не спеленать нас физически, а должны были произвести какой-то магический эффект.

Но у нас, у всех троих, была защита. У меня и Кристины артефакты, а у Гены, судя по всему, встроенная. Когда я с ним схватился при знакомстве, мои магические удары от него тоже отскакивали только в путь.

В общем, мы окутались золотым свечением и сети стали как будто искрить от этого свечения и подпрыгивать на нём, но не могли даже полностью на нас опуститься.

— Проклятье! — воскликнул главный парень.

— Ага! — спокойно сказал я, отбрасывая клюшкой для гольфа в сторону свою сеть. Потом помог избавиться от них Геннадию, а Кристина к этому времени справилась сама.

— Да, вы сильны! — злобно сказал парень, — но это ещё не конец!

И выхватив откуда-то небольшой топорик, который весь сиял и переливался голубыми искрами, бросился на меня, издав воинственный боевой клич, и его тут же подхватили его товарищи. При этом парень не забывал прикрываться щитом.

— Ошибаешься, это конец! — сказал я, быстро достал из-за пояса пистолет и выстрели ему прямо в торчащую над щитом голову.

18. Долгий путь

На этом атака нападающих практически сразу захлебнулась. И причина тут была уже даже не во мне. Просто Гена, видимо, решив, что уже можно, после моего выстрела резко прыгнул вперёд, сразу снеся несколько человек и нарушив строй атакующих.

Лишённые маны бойцы уже мало что могли сделать. У каждого из них были магические артефакты, но у Гены была защита. Так что, здесь уже можно было практически не вмешиваться. Глядя, как этот воспитанный, но в то же время жестокий крокодил крушит противников, у меня в голове родилось для него название: «биологический танк». Потому что только в этот момент я по-настоящему осознал, какую он представляет мощь!

Добивая тех, кто ускользнул от Гены, я примечал все артефакты, которые у них были. Это добро нужно было собрать и отвезти на базу. Пусть наш крафтер имеет побольше материалов для работы. Глядишь, научится копировать эти штуки и будет постепенно вооружать нашу компанию.

Многие щиты пострадали, но и их я собирался забрать с собой. Пусть они были теперь мятыми, однако магических… а точнее антимагических, свойств не утратили.

— Я отойду ненадолго! — раздался у меня в голове голос Гены, который, подхватив зубами труп одного из нападавших, направлялся к ближайшему зданию, чтобы там укрыться. Мои наставления не принимать пищу при детях, да и вообще при других людях, не прошли напрасно, Геннадий всё понял.

Я не стал ему мешать, пусть делает, что считает нужным. При таком обилии всякого сброда в городе голодать ему точно не придётся… хотя сам процесс мне и не очень нравился. Но с другой стороны, чем его тогда кормить?

Спасённые нами девушки стояли, сбившись в кучку, и не вмешивались. Понимали, что когда будет нужно, их позовут.

А я не спешил. Попросив Кристину помочь, собирал боевые артефакты и складывал их в повозку.

— Алик! — не выдержала, наконец, Альбина.

— Что? — обернулся я к девочкам.

— Прости нас, мы ошиблись! — сказала Альбина.

— Хорошо, — кивнул я и наклонился за очередным щитом, — вы прощены, — через плечо бросил я.

— И что, всё? Так вот, просто? — удивилась одна из девочек.

— А ты хочешь сложно? — спросил я, неся к повозке сразу четыре щита, — нужен какой-то ритуал?

— И мы теперь можем пойти с вами? — спросила Альбина.

— А, в этом смысле, — сказал я, останавливаясь, — нет, конечно!

— Почему? — спросила одна из девочек.

— Угадай! — усмехнулся я.

— Потому что мы не пошли с тобой сразу? — сказала она же.

— Идти или не идти, это личное дело каждого. А вот пытаться убить того, кто вас освободил, это уже совсем другая история. Получается, что вы ударили меня в спину. Предали. Я вам доверял, а вы попытались от меня избавиться. За то, что вы сделали, я вас простил, потому что могу понять, насколько вы были напуганы и всё такое… но вот взять с собой людей, способных на предательство я не могу, — сказал я.

— Большинство были против! — с отчаянием в голосе сказала одна из девушек.

— Однако же не помешали это сделать тем, кто был за. И ушли вместе с ними. Теперь можно говорить всё что угодно, но я даже с большей симпатией отношусь к тем, кто прямо пытался меня убить. Их позиция хотя бы ясна и прозрачна. А вот версия: мы были против, но они это сделали, мы пошли с ними, но в душе-то были на твоей стороне… бред! Лицемерие и ложь! Если уж вы согласились с решением меня убить, не нужно говорить теперь, что вы были против, меня от такого тошнит. Имейте мужество до конца нести ответственность за свои поступки, — сказал я.

— И что дальше? — спросила ещё одна из девушек.

— Дальше? Мы вас спасли, можете идти туда, куда пожелаете, — ответил я, — куда-то же ведь вы собирались, когда замуровывали нас в бетонном колодце?

— Нам некуда идти, — сказал Альбина, — мы осознали свою ошибку и просим взять нас с собой.

— Надо было сразу соглашаться на моё предложение, — сказал я, — хотя нет, даже это было не обязательно. Ещё раз повторяю, вы могли просто уйти, никто силой бы вас удерживать не стал. Но то, что вы сделали, всё меняет. Так что, прощайте! Очень жаль, конечно, что всё сложилось именно так. И дары у вас есть интересные! Но я не могу взять с собой людей, которым не могу доверять. А глядя на