Смотритель Маяка 3 - Артём Град

Перекатывая в руках два белых камня, с хорошим настроением я пошел проведать свои посевы.

— Ай, красота! — лимонная косточка проросла стебельком в пару сантиметров. — Скоро будем лимоны собирать.

Из десяти семян, брошенных в лунки, вылезли только четыре, но это тоже результат.

— Надо бы их подкормить, пожалуй, возьму немного китового концентрата.

В нескольких метрах от грядок находился погреб. Откинув парусину, выполняющую функцию крышки, на первый взгляд я не заметил ничего необычного, магия синих кристаллов стабильно держала температуру ниже нуля по всему периметру.

— Или не по всему? — мелькнула мысль, когда я наступил на край ямы.

Мягкий. Присел и взял горсть чернозема. Холодный и влажный грунт там, еще на днях лежала толстая ледяная корка.

— Все-таки тает, — мои брови сдвинулись к переносице. — Затянул я с дверью, надо исправлять, пока не потерял продукты.

Вернулся на морской маяк, взял пилу и доски от обшивки корабля, которые выбросило приливом, толстые и хорошо просмоленные. Такие не сгниют, выдержали солёную воду, выдержат и дождь, даже накрывать их парусиной не придется. Напилив доски нужного размера, скрепил их кованными скобам.

— Ну, вроде, выглядит добротно, но это лишь полдела.

Основной враг погреба — теплый воздух, просачивающийся через щели, нужно найти, чем их заткнуть. В кабинете стояли сундуки с кучей вещей. Порывшись в них, нашел несколько толстых штанов рубах и войлочную телогрейку.

Нарезал полосками и обил будущую дверь.

— Края-то защитил, а середину?

Лучшим кандидат для этого, конечно, мох, он отличный природный теплоизолятор. Я сбегал за маяк ближе к воде и набрал его целую охапку.

— Мирель! — русалка уже плескалась в воде но, по-прежнему возле берега. — Держи, у меня теперь есть свой.

Рукой, измазанной в земле и мхе, я протянул девушке кулон. Она брезгливо взяла, ополоснула его и надела на себя.

— Это что еще за манерность⁈ — я поднял бровь. — Разве ты не лежишь прямо на камнях или на илистом дне?

— Чего? — в недоумении ответила Мирель. — Посмотри на мои камни, — она указала на своё лежбище рукой. Все поверхности, где она отдыхала, блистали чистотой.

Я аж поперхнулся.

— Ты их моешь что ли?

— Конечно! Это же гигиена! — ответы русалки были для меня не логичны.

— Во дела, никогда не замечал. Слушай, вечером у Каспара на корабле праздник, они уплывают на сезон, а может, больше. Пойдем вместе?

— Не хочу, что мне там делать? — нахмурилась Мирель

— Будет много вкусной еды и рыба, конечно, тоже.

Мирель определённо польстилась на угощенье, но потом, дернув головой, отказалась.

— Ну, дело твое, но если что, Инесс будет тебе рада.

Я уже уходил, когда услышал позади.

— Ты добыл еще кристалл?

— Да! Можно сказать, отвоевал у какого-то чудака.

— Он тоже смотритель?

— Не, точно нет, слишком молод! — ответил ей, удаляясь.

Я перенес новую крышу, мох и инструменты наверх, взял лопату и окопал края погреба, которые растаяли.

— Да чтоб тебя! — земля насыпалась в погреб, разлетевшись по свежим рыбным кубам.

Вздохнул и полез вычищать яму. Закончив, поместил в сформированные бортики раму для крышки и прикрепил длинными корабельными гвоздями к земле.

— Вот и парусина пригодилась. — буркнул я, отрезал кусок ткани размером с крышку и прибил ткань на дверь.

В образовавшийся карман между тканью и деревом напихал мха. Крышка погреба выглядела добротно. Установил ее на раму, а вместо петель, коих здесь днем с огнем не сыщешь, использовал куски кожи от своего прежнего сапога.

— Эх, хорошие были сапоги, крепкие, удобные.

Мой траур по утраченному имуществу был недолгим.

Дверь села мягко на войлочных прокладках, но, любуясь, как идеально подогнаны размеры, и как плотно вошла крышка в посадочное место, я вдруг понял, что забыл сделать ручку, и теперь не мог открыть погреб.

— Есть проблема — есть и решение! — покромсал бедный сапог снова, отрезал длинный лоскут и прибил поверх крышки. — А что, мягко, надежно, долговечно!

В моем мире такой крышки было бы недостаточно, желателен еще тамбур, который компенсирует разницу температур, но силы синего кристалла, вроде, хватало. Понаблюдаю.

Над облачным маяком сгущались тучи, дело шло к дождю.

— Вот и славно, заодно огород польет.

До вечера еще оставалось время, я перекусывал и обдумывал дальнейший план.

Почему мне надо плыть на поиски зеленых кристаллов? Зачем защищаться от тумана, ведь при наличии защитного контура он и так мне не докучал. Размышления неизбежно подводили к выводу, что туман ищет бессмертия. Выходило так, что для бессмертной твари контур уже не преграда, а значит, моя миссия предопределена.

Тогда вставал вопрос об отплытии. Физически я не мог покидать маяк надолго, даже появившийся «костыль» в виде системы в глазах предназначался скорее для исследования территории и добычи кристаллов на дне, когда отсчитывать километры от маяке уже не получится. Если энергия упадет, когда буду на другом конце мира спасать какого-то бедолагу, я умру быстрее, чем запрыгну на корабль и тронусь в обратный путь. Вердикт ясный: не вариант.

Кстати, а какой маяк был у того смотрителя? Он не оставил координаты, мне что перебирать каждый из одиннадцати?

На ум пришел журнал капитана пиратов с детальным планом нападений на маяки, к счастью, они успели обнести лишь два.

«К счастью»? Вот так сказанул! Впрочем, это сухая статистика, и она сужала круг поисков.

Черная книжка лежала на столе в кабинете, я поднимался туда по редким случаям. Закладка на схеме с захватом маяков.

Первый маяк находился на севере от меня, до него почти месяц пути. Безумие! Скорее всего, там уже появился новый смотритель, человек из нашего времени.

Второй значительно ближе, на западе, но и этот не в паре недель. Откуда пираты забрали смотрителя, непонятно, могли хоть откуда, но методом наименьшего сопротивления я выбрал тот, что ближе.

Маяк есть, а пути к нему нет. Поплыву — помру, останусь — помру чуть попозже.

Это дилемма сводила с ума, но решение точно есть, и я это знал.

Сегодняшний вечер опустился на остров без ярких красок заката, просто небо потемнело, и наступила ночь. Я спустился к берегу, где Мирель сидела на камнях, подобрав под себя ноги, и смотрела на бриг, покачивающийся на якоре. На нём уже зажглись огни, слышались голоса и смех.

— Там шумно, — сказал я, присаживаясь рядом. — Слишком много людей. Ты как?

— Нормально, — ответила она, но не обернулась. — Может, пойду с тобой.

— Я пойду один.

Она повернулась, посмотрела мне в глаза.

— Там матросы. Люди разные, я не хочу, чтобы кто-то сказал или сделал что-то, что заставит тебя пожалеть,