Охотник с Земли. Том 1 - Алексей Губарев

И заметил его. В этот раз мозголом применил какую-то способность, позволившую ему замаскироваться под окружающую среду. Словно гигантский хамелеон, он медленно подкрадывался к наставнику, который продолжал неспешно двигаться к трупу прыгуна, уже подготовив у щуп для изъятия мутагена.

Это что же получается, зараженный может не только подчинять разум, но и действовать более тонко — подталкивать жертву к определенным действиям, подменяя важное на второстепенное? Да он умнее многих людей! Вот только мозголому не повезло, нарвался на параноика в моём лице.

— Ты чего оружие достал? — произнёс Нелюдь, поворачиваясь ко мне. В этот же момент размытый силуэт зараженного замер, всего в трёх метрах от наставника. — Угрозы больше нет.

— Рост, он шевелится. — тут же придумал я отговорку, указав стволом на труп прыгуна. И двинулся в обход зверя, стараясь сместиться так, чтобы наставник не стоял на линии огня.

— В голову ему выстрели, для верности. — посоветовал товарищ, и отвернулся.

— Хорошо. — ответил я, и начал стрелять с обеих рук, целясь по ногам мозголома.

По ушам ударил уже привычный мне визг, от которого перед глазами начала появляться багровая пелена. Однако в этот раз я даже не пошатнулся, и продолжил стрелять. А в тот момент, когда визг оборвался, резко перенёс огонь на голову твари, когда-то бывшей человеком.

Мозголом издал хрипящий звук, пошатнулся, и попытался прикрыть голову верхними конечностями. Однако мне, похоже, удалось сильно повредить его левую ногу, из-за чего тварь мотнуло в сторону. Я тут же среагировал, и высадил в открывшуюся морду последние пули.

Отбросив ставшие ненужными пистолеты, сдёрнул из креплений на спине винтовку и, молясь всем богам, чтобы оружие не повредилось от удара прыгуна, вжал приклад в плечо. Краем глаза отметил, что Нелюдь вновь решил поиграть в спящего охотника. Да уж, охрененный наставник, ничего не скажешь.

Продолжая кружить вокруг раненого, пытающегося отползти мозголома, я расстрелял весь магазин винтовки, и замер, не зная, как поступить дальше. Мое оружие явно не причиняло большого вреда твари, разве что не давало ему пойти в наступление. А ведь так долго не продлится, ещё минута и тварь начнет регенерировать.

— Рост, проснись! — заорал я, быстро перезарядив оружие. В этот раз поставил магазин с крафтовыми пулями, и вновь открыл огонь. Только теперь двинулся вперёд, на сближение. Сколько у меня имеется времени — три секунды? Должен успеть.

В момент, когда пули закончились, я уже был в четырёх шагах от противника, в которого всадил без малого две сотни пуль, а то и больше. Отбросив винтовку, рванул из крепления топор, перехватил поудобнее, и прыгнул.

Удар, хруст, и вой боли. Меня швырнуло в сторону, топор полетел в другую. Приземление вышло жестким, но я уже, кажется, привык к боли и отсутствию кислорода в лёгких. Поднялся, с хрипом втянул в себя живительный воздух, и дернул из ножен клинок. Сука, да что ж ты никак не сдохнешь?

— Рост! Очнись, охотник!

— Р-ра-а-а! — прозвучал в ответ рёв раненого мозголома. Левая верхняя конечность у него оказалась сломана, из раны торчал обломок черной кости, а на лоскутьях черной шкуры болталась когтистая лапа. Левая нижняя конечность зараженного тоже выгнулась под неестественным углом — похоже закрытый перелом. С такими ранами обычно не особо хочется двигаться, там боль просто зашкаливающая. Однако противник развернулся в мою сторону, и пополз вперёд, клацая челюстями.

Я ждал. Нож в левой руке, взгляд направлен прямо в залитые чернотой глаза твари, дыхание ровное. Ну же, давай! Метр, ещё один… Пора!

Перехватив оружие за клинок, я с силой метнул его в голову мозголому. Тварь успела извернуться немыслимым образом, прикрыться здоровой конечностью, и тем самым совершила ошибку. Нож ударил в черное предплечье и улетел куда-то в сторону. Зараженный взревел — яростно, с предвкушением, что сейчас он доберётся до наглого человека и прикончит его одним ударом.

— Бах-бах-бах!

Пистолет Макарова, который я берег на самый последний случай, не подвёл. Все три пули угодили точно в распахнутую пасть монстра, и похоже добрались до мозга. Мозголом захрипел, забился в агонии, за секунду подняв вокруг себя целое облако пыли. Затем его движения замедлились и тварь наконец затихла.

Неожиданно меня окатило волной радости, восторга и чего-то такого, с чем ещё не сталкивался. Мозг подкинул ассоциацию — словно я занял первое место в особо опасном виде спорта. Ликование, радость — всё навалилось разом. Только невероятным усилием воли сдержался, чтобы не взреветь, как зверь, только что защитивший свою территорию от заклятого врага.

— Ещё ничего не закончено. — произнёс я, и отправился на поиски топора.

* * *

Нелюдь пришел в себя только через час. К этому времени я уже собрал весь мутаген, в том числе и из мозголома. Тварь поделилась аж четырьмя полными ампулами черной субстанции. С прыгунов взял еще две — красного цвета.

Так же подобрал и привел в порядок оружие, перезарядив его. Всё это время пытался разбудить наставника. В этот раз ни вода, ни пощечины, ни инъекции боевого стимулятора не дали никакого эффекта. Очнулся он сам, когда я уже закончил все дела, даже успел перекусить, и сейчас изучал информацию по хищникам.

— Где я? — были первые слова Нелюдя. Голос слабый, растерянный. Я тут же отдал искину мысленную команду, чтобы он убрал текст с описанием зверей девятого ранга опасности, и придвинулся к наставнику.

— Привет Рост. Что помнишь последнее?

— Ты кто?

— Та-ак… Это не смешная шутка, Рост. Скажи мне, что ты последнее помнишь?

— Э-э-э… Ничего не помню. Мужик, ты кто такой? Почему я не чувствую ног?

— Ну вот, приехали. — пробормотал я, а затем приказал Росту: — Руки можешь поднять? Головой пошевели из стороны в сторону. Что чувствуешь из своего тела?

Методом проб мы выяснили, что Нелюдь не чувствует своё тело ниже пояса. И с памятью полный ноль. Нет, он знал язык, помнил как называются различные предметы, мог рассказать мне о зверях Антиматы и устройстве наруча, своей винтовки, если я спрашивал его. Но у него не осталось ни крупицы памяти о своей жизни. Как зовут, кто родители, где вырос и чем занимался по жизни.

Наблюдая за растущим ужасом в глазах наставника, я пытался решить, как мне поступить. В целом, моя персона