Лом 2 - Павел Казаков

— Иди, лейтенант. Увидимся через декаду, — спокойно сказала Алиина, никак не комментируя произошедшее.

Когда лейтенант вернулся на базу, то тщательно прослушал запись разговора с Алииной, особенно ту тихую часть, когда он был без сознания, но никаких подозрительных шумов не слышал. Конечно, ему могли сделать гипнотическое внушение, надев наушники, но… Уже не узнаешь. Как минимум, сама Алиина всё время, что находилась рядом с лейтенантом, молчала. Каких-то изменений в своём мышлении лейтенант не чувствовал. А вот изменения телесные ему предстояло как следует протестировать. Но первое, что он сделал, это направился в столовую. Тошнота уже прошла, а вот голод только усилился.

За дни, оставшиеся до следующего боя, лейтенант убедился, что Алиина действительно его усилила. Опять все показатели поднялись. Несмотря на изнуряющие тренировки, лейтенант набрал мышечной массы, при этом ничуть не потерял в скорости. Старшие офицеры с базы выделили лучших инструкторов рукопашного боя, и лейтенант Нгата старательно осваивал те навыки уничтожения противника без оружия, которые ещё не знал, а также отрабатывал старые. Так-то он уже был лучшим бойцом на базе.

С Алииной никто связаться не смог. Разведчик вызвал лейтенанта и сообщил, что люди, посланные наладить связь, наткнулись на бдительную охрану от клана. Хорошо, что их не вычислили, что они работают на имперцев. В общем, легально пообщаться с Алииной он мог только через травмпункт. А травмпункт ещё надо заслужить, но с этим, лейтенант чувствовал, проблем не будет.

После публичного объявления брачной сулы непонятно, как сложатся обстоятельства. Разведчик обещал подстраховать «невесту» лейтенанта, если вдруг её соберутся куда-то нелегально вывезти.

Через десять дней стоящий на помосте лейтенант Нгата выглядел более внушительно, но это если с ним прошлым сравнивать. А вот рядом с соперником терялся. Весовых категорий тут не было. Так что все бойцы тут были рослые. Но если лейтенант, даже набрав вес, ещё только приблизился к девяноста килограммам, то оппонент уверенно перевалил за центнер, при этом сохранил жилистое телосложение. Плюс все эти каспийские усилители в виде угловатостей и шипастости.

— Меня зовут Джузеппе Син и моя сула: стать чемпионом планеты! — объявил боец, а лейтенант на пару секунд приуныл. Стоящий в центре помоста боец по всем показателям был готов к чемпионству не только этого заведения, в котором бились весьма серьёзные бойцы, но и к намного более высоким титулам.

Пара секунд прошла, и лейтенант снова был собран и полностью готов к бою. Он солдат и повидал вещи намного более жестокие, чем мускулистый мужик в спортивных трусах.

— Моя сула такая: если я стану победителем в финале, то возьму в жёны каспийку Алиину Кин!

Начавшие было улюлюкать зрители осознали, что услышали и заткнулись, переваривая услышанное. Переварили и заулюлюкали сильнее. Никому не понравилось, что имперец собирается забрать себе их женщину. Лейтенант смотрел на Алиину, которая прошла на видное место. Все остальные, проследив за его взглядом, увидели невесту. Алиина сняла головной убор и маску, которые закрывали её лицо, оказавшись блондинкой с волосами до плеч и красивыми чертами лица. Девушка улыбнулась лейтенанту и поклонилась в пояс. Тао Нгата уже знал, что это означает согласие невесты с планами жениха.

Немногочисленные бойцы с базы поддержали лейтенанта криками и аплодисментами. Каспийцы же подняли шум, обсуждая произошедшее.

И только команда «бой!» вернула внимание к бойцам.

Лейтенант решил не спешить, прощупывая защиту соперника с дистанции и примеряясь к его скорости. Но пока было непонятно. Пробивая серии относительно слабых ударов по неспешащему нападать противнику, лейтенант постарался его настроить, что так и будет продолжаться дальше. А потом влупил лоукик, основательно в него вложившись и прицеливаясь в колено. Удар прошёл. Но мясо этого здоровяка к таким издевательствам было привычным, поэтому лейтенанту даже не удалось вызвать какие-то сильные эмоции у противника.

Джузеппе не спешил атаковать, тоже присматриваясь к ловкому лейтенанту, но долго это продолжаться не могло. Вскоре бойцы разошлись и начался обмен ударами, в котором лейтенант уверенно перестукивал противника за счёт скорости. Но Тао не расслаблялся. Он понимал, что пусть и выигрывает в скорости, но проигрывает в силе и массе, поэтому в скором времени надо ждать попытки перевода в партер.

И эта попытка последовала. Причём всё прошло неудачно для лейтенанта. Джузеппе банально подгадал время и провёл классический тейкдаун, вот только по приземлении оба уха Джузеппе были в руках лейтенанта и больше не были прикреплены к голове бойца. Кровь обильно потекла на помост, а Джузеппе, конечно же, разозлился. Но это и надо было лейтенанту. В борьбе намного легче сделать ошибку, если включились эмоции. Особенно в партере. Там нет точной стойки, которая тебя выручит, даже если ты пропустил удар. В борьбе умственный компьютер должен мгновенно обрабатывать огромное количество информации и выдавать верное решение.

Из-за неожиданной и болезненной раны Джузеппе взбесился и попробовал расплющить голову лейтенанта градом ударов, но из этого града выдал только один, а потом слишком сильно отклонился и полетел вперёд подкинутый мостиком лейтенанта. Лейтенант извернулся и бросился за ним. Если Джузеппе и знал основы борьбы, то этого было недостаточно, чтобы не попасть на болевой, после которого его правое запястье хрустнуло.

Лейтенант оттолкнул орущего соперника и вскочил. Долго пребывать в партере, где тебе могут выдавить глаза или разодрать горло, очень рискованно. Но последние дни отлично подготовленные борцы бросали лейтенанта на землю сотни раз и каждый раз он отрабатывал контрмеры против более массивного противника. Просто портить лицо соперника считалось некрасивым поведением бойца, но правилами не запрещалось. Когда медицина стала успешно отращивать даже выдавленные глаза, правила поединков упростили до «никаких правил». Так что лейтенант ничего не нарушил, просто до сих пор никто от него не видел такой жестокости.

А тут увидели. Сейчас из ран на голове Джузеппе лилась кровь, а его правая рука была неспособна на удары. Но он всё ещё был опасен, что и доказал, проведя настолько удачный прямой удар ногой, что лейтенант