Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Но жужжерианцы — это иной уровень угрозы. Их флот едва ли не вдвое больше, корабли мощнее, а сами они… Бенджамин содрогнулся, вспомнив недавние флешбэки.

Размышления разорвал топот сапог по камням. На холм взбирался человек, которого не спутаешь ни с кем. Это был альбинос с пронзительными красными глазами и копной белых волос. Седовласый почтальон, чья репутация ходила впереди него по всему острову. За спиной старика покачивалась массивная клетка, закутанная в чёрный плед. Из-под ткани доносились приглушённые крики чаек — его крылатых помощниц, способных быстро доставить депешу.

— Срочное сообщение с северного мыса! — отрапортовал посыльный, не переводя дыхания после подъёма.

— Выкладывай! — ответил Бенджамин, чувствуя, как в животе скручивается холодный змей плохого предчувствия.

— Минутку, сэр. Птица уже летит.

Альбинос прикрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то недоступному другим. Его навыки позволяли чувствовать приручённых птиц на дальних расстояниях и ощущать их намерения, страхи, даже физическую боль.

Через минуту в небе появилась белая точка. Чайка снизилась стремительным пике и приземлилась на плечо хозяина. Птица была измотана полётом на пределе сил. Перья растрёпаны, клюв приоткрыт от одышки. Она оттопырила лапку, к которой была привязана бумажная трубка.

Почтальон бережно снял депешу, достал из кармана кусочек хлеба и покормил птицу, нашёптывая что-то ласковое. Его грубые пальцы нежно гладили спину питомца.

— Держите, командир, — седовласый протянул послание Бенджамину.

Пергамент развернулся с сухим шелестом. Буквы плясали перед глазами, но не от усталости, а от того, что написанное там не укладывалось в голове.

Северяне покинули остров при первых вестях о вторжении. Флот ушёл на восток в полном составе. Скорее всего, оставшееся население не предупредили. Паники не замечено.

Разведчик Адам Грей.

Лидер фракции перечитал сообщение ещё раз, не веря собственным глазам.

— Твари… — прошептал Бенджамин сквозь стиснутые зубы. — Они нас бросили. Сбежали!

Почтальон побледнел, хотя казалось, что бледнее он уже быть не может. Красные глаза расширились от ужаса.

— Но как… как они посмели? — голос лидера дрожал от возмущения. — После всего, что мы прошли…

Бенджамин скомкал депешу в кулаке. Бумага хрустнула, как ломающиеся кости. Он попытался активировать дар предвидения, заставить разум показать, что происходит в северных землях прямо сейчас. Но способность не подчинялась воле. Видения являлись сами, когда хотели, а не по команде. Сейчас в голове была только пустота и ярость.

Телохранители переглянулись. В их глазах читались те же мысли. Теперь силы южан заметно уменьшились. Шансы на победу упали с «маленьких» до «практически нулевых».

— Что будем делать, сэр? — хрипло спросил Абдулла.

Бенджамин поднял голову, и в его глазах плясали огоньки безумия. Предательство союзников больнее любого удара меча. Но отступать было некуда.

— Сражаться. Сражаться до победы! И пусть Северяне молятся, чтобы мы не выжили. Потому что, если я переживу эту бойню — найду каждого из них.

На холм взлетел ещё один посыльный, задыхающийся от бега и ужаса.

— Командир! — хрипло выдохнул он. — Вражеская армада… вошла в бухту Надежды!

Бенджамин припал к подзорной трубе. В двадцати пяти километрах от форта медленно, с пугающей неотвратимостью, приближался вражеский флот. Корабли чёрных и бурых цветов скользили по воде, оставляя за собой пенные борозды странного, маслянистого оттенка.

Но не краски ужасали больше всего. Поражал порядок, с которым они перемещались. Каждое судно знало своё место в боевой формации. Жужжерианцы, словно единый организм, двигались синхронно.

Впереди клином растянулась линия из пятидесяти кораблей пятого ранга. Их носовые части венчали чудовищные жвала, способные, казалось, перемолоть в щепки любое препятствие.

За ними в две линии следовали десять судов, похожих на гигантские гробы. Их палубы были наглухо запечатаны пластинами, не дававшими разглядеть, что скрывалось внутри. Бенджамин поёжился. Его воображение рисовало самые мрачные картины.

А потом он увидел флагман. Монстр третьего ранга, чья длина превышала сотню метров. По его палубе сновали многочисленные насекомые. Жужжерианцы метались туда-сюда, готовясь к битве. Даже на таком расстоянии можно было разглядеть блеск их панцирей в лучах Солариса и угрожающие силуэты.

По бокам от флагмана двигались два корабля четвёртого ранга, своими очертаниями напоминавшие гигантские наконечники стрел. Их орудия располагались не по бортам, а прямо в центре палуб, что выглядело странно.

В конце колонны двигался арьергард, защищавший тылы главных сил. Он состоял из восьмидесяти «гробов» и примерно ста кораблей пятого ранга с жвалами.

Бенджамин заметил, что вражеские суда не имели парусов. Они представляли собой живые создания — огромные существа из хитина и плоти. Мощные хвосты медленно изгибались в воде, продвигая эти конструкции вперёд.

— Господи всемогущий, — прошептал один из советников, тоже заглянувший в подзорную трубу. — Они же живые… все эти корабли живые…

Вестник сжал кулаки до хруста.

— Передать всем командирам, — проговорил Бенджамин. — Приготовиться к бою не на жизнь, а на смерть. Мы сражаемся не просто с врагами. Мы сражаемся с живыми кораблями, которые чувствуют боль, ярость и голод. И сдаётся мне, они очень, очень голодны. Приказываю победить и выжить, иначе люди окажутся истреблены!

Почтальон работал как одержимый. Его перо летало по бумаге, выводя стремительные строки. Пот капал на пергамент, но времени утирать лицо не было.

Три послания. Три птицы.

Первая взмыла в небо к командиру пехоты, вторая полетела к начальнику форта. Третья устремилась к Крису Якобсу.

Птицы исчезли в небе, унося на крыльях «вдохновляющее» послание от лидера. А на горизонте разворачивалась картина, от которой ком застревал в горле. Вражеский флот замер в десяти километрах от форта. Чёрная армада выстроилась вдоль южного побережья бухты.

Наблюдатели в форте замерли у подзорных труб. Один из них, молодой офицер с дрожащими руками, первым заметил движение.

— Они идут! — крикнул он. Голос сорвался от напряжения.

От основной армады отделился авангард. Пятьдесят кораблей со жвалами двигались в первых рядах. За ними следовали десять «гробов».

Контраст был поразительным. Корабли со жвалами мчались довольно уверенно. Прямоугольные суда же еле ползли по воде. Их массивные корпуса с трудом рассекали волны. Но в медлительности была своя угроза. Интуиция кричала, что внутри хитиновых коробок скрывается нечто ужасное.

Вскоре земля содрогнулась от грохота. Шестидесятифунтовые исполины форта ожили, сея смерть в море. Эти металлические чудовища были выкованы по чертежам, добытым ценой крови при охоте на смотрителя, и могли поражать цели на расстоянии пяти километров. Трёхметровые стволы весом в четыре тонны метали двадцатипятикилограммовые ядра с такой силой, что воздух свистел от их полёта.

Подобную