Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Лаура нахмурилась, встав рядом с Мархуном и с опаской поглядывая на него.

— Агрос — проконсул империи и наместник Сурана, — кивнула она. — Он недавно предлагал нашему Сенату заключить мирный договор с Санти-Дай. Вот Юлий и вспомнил про него, глядя на эту тварь у ворот.

А я вспомнил рассказ Марцеллы о её отце и удивлённо поднял брови.

— Но ведь Никоса Агроса убили год назад на перевале на границе с Дайцин.

— Он как-то выжил, — она пожала плечами.

Со слов Марцеллы, она точно видела, как её смертельно раненого отца сбросили в пропасть. Мог ли он выжить?

— А это точно был он? Его опознали?

— Конечно! — она удивлённо посмотрела на меня. — А в чём дело?

— Присядь! — я указал ей на кресло напротив. — Разговор, видимо, будет долгим.

Дождался, когда она сядет, и кивнул Мархуну. Тот почти молниеносным движением выхватил мой кинжал из звёздной стали и приложил его лезвием к руке девушки, едва не поранив ей кожу.

Та резко отшатнулась, вскрикнула, но орк уже убирал кинжал себе за пояс.

— Зачем это? — она смотрела на меня с вызовом. — Ты думал, я вампир? Зачем тогда впустил сюда?

— Я не думал, что ты одна из них, но проверить стоило. Я ведь не знаю, насколько Санти-Дай уже успели захватить вашу империю.

— Что ты имеешь в виду?

— Дело в том, что дочь Никоса Агроса, Марцелла, выжила в том бою на перевале. Она рассказала мне, что лично видела, как год назад её смертельно раненого отца сбросили в Пасть Бездны. И у меня нет причин ей не верить.

Возникла странная пауза. Лаура пыталась осмыслить мои слова, а я внимательно наблюдал за выражением её лица.

— Он не выглядел как вампир! — наконец произнесла Лаура. — Он был… обычным. Но теперь, когда я увидела Мэйлинь… я, кажется, начинаю понимать. Это могла быть маска? Личина? Агрос — вампир?

— Не обязательно, — покачал я головой. — Насколько мне известно от той же Мэйлинь, его могли обратить в низшего. Но вампиры уже давно научились подчинять себе смертных, заманивая их в свои сети обещаниями долгой жизни. Очень долгой жизни. И они действительно могут её делать такой. Их магия крови так работает. Они называют таких смертных ретейнерами.

Она удивлённо задумалась. И, похоже, её удивление было искренним. Во всяком случае, я никакой игры с её стороны не заметил.

— Так чего хотел этот Агрос от Сената? — вывел я её из раздумий.

— Отец говорил, что Агрос продвигал историю о том, что Санти-Дай нам больше не враги. Что это просто народ, который научился впитывать Эфир вместо пищи, а после гибели ядра мира и угасания ветров Эфира оказался на грани вымирания. Но теперь вроде как всё изменилось. Они научились жить без ветров Эфира и готовы теперь сотрудничать с нашей империей.

Я усмехнулся.

— Мэйлинь упоминала, что вампиры делали «Старшую кровь» из обычной крови смертных через специальный ритуал с помощью своих кровавых кристаллов. И, похоже, для возрождения своей империи им нужно очень много крови. Ведь в ней ещё содержатся частицы Эфира.

Теперь она с ужасом смотрела на меня.

— Что там ещё говорил этот Агрос? — снова спросил я её.

— Он ещё рассказывал про внешнюю угрозу от какого-то страшного Серебряного Вихря, для защиты от которого нам надо объединиться с Санти-Дай и Дайцин.

Она опустила глаза, понимая, что только что обозвала меня страшным.

— А тебя, значит, послали к Лун Вэю, чтобы заключить такой союз через брак с ним?

— Отец планировал выдать меня за императора Дайцин задолго до всего этого. Можно сказать, что я выросла для того, чтобы помочь ему через этот брак объединить наши империи, — она вздохнула.

— Боюсь, что тебя бы ждала роль низшей после того, как Мэйлинь обратила бы тебя. Она бы точно добровольно не выпустила из своих рук управление империей.

— А Лун Вэй? Он тоже…?

— Ну, вампиром он точно не был. Я уже встречал мёртвых вампиров. С них личина спадает в момент смерти, и там всё сразу очевидно. Мы можем выявлять вампиров через прикосновение звёздной стали, но как распознать ретейнеров? У них якобы какой-то запах другой, но не для наших носов. Поэтому риск для всех до сих пор остаётся большим.

— И что теперь делать? — она с тревогой посмотрела на меня. — Юлий Корнелиус, наш посол в Дайцин, настаивает, чтобы я немедленно возвращалась в Феррум. Отца же надо как-то предупредить! Он, может быть, единственный, кто ещё сопротивляется Агросу в Сенате. Если они проголосуют за союз с Санти-Дай…

— Тогда вашу империю уже ничего не спасёт, — подвёл я итог её размышлений.

* * *

За дверью послышался какой-то шум, и она приоткрылась ровно настолько, чтобы в щель просунулась голова одного из орков Мархуна.

— Повелитель, тут этот Сю просит срочно его принять.

Что могло там такого срочного произойти? Молоха я оставил за воротами города под охраной красной полутысячи. Троллей уже разместили. Варгов покормили. Нашли ещё вампиров?

— Впустите его, — велел я дежурному.

Церемониймейстер почти вбежал в покои в низком поклоне.

— Мой император! Беда! Я получил донесение из Феррума. Сенат утром проголосовал за их союз с Санти-Дай, и легионы Железной империи уже стягиваются к границе с Дайцин. Будет вторжение. Это война!

Я вспомнил, что Ли мне говорил про этого Сю. Главный церемониймейстер был по совместительству ещё и главой внешней разведки Дайцин. И было даже непонятно, какая из двух работ у него является основной.

— Сколько легионов Феррума стоит сейчас на границе? — спросил я у него.

— По нашим данным — три полных легиона и корпус инженеров, — ответил Сю. — Они ждали сигнала о начале свадьбы прекрасной Лауры и императора Лун Вэя, чтобы войти в Дайцин для усиления армии империи.

Я повернулся к Лауре.

— Твой почётный эскорт, который в один момент мог превратиться в оккупационную армию под управлением Санти-Дай, — я встал с дивана. — Сю! Пиши указ. От имени императора Эригона Первого: я подтверждаю мирный договор с Железной империей как правопреемник бывшей империи Дайцин.

Я на секунду завис, обдумывая пришедшую вдруг на ум безумную идею.

— И отправьте от меня ещё одно официальное послание в Феррум.