Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Вампир слегка прищурился.

— Ты говоришь про аудиенцию у Праотца? Это… смело. Малакор сейчас в Люмене.

— Пусть приезжает, — пожал я плечами. — Встретимся — обсудим.

Цю замер. Его пальцы на пиале на мгновение побелели.

Он задумчиво сделал ещё один глоток.

— В Башне Созерцания у магов есть один артефакт, «Великое Зеркало», — проговорил он. — Через него вам можно будет поговорить без необходимости далеко ездить. Правда, для активации оно требует некоторого количества крови смертных. Троих будет достаточно.

Я поднялся.

— Завтра, Цю. У меня в темнице есть ещё мародёры, которых не успели казнить. Думаю, их должно хватить для ритуала. Я приду в Башню Созерцания к полудню. И играть со мной в игры не рекомендую. Ты видишь, из чего сделаны мои доспехи?

— Вижу, император! — вампир тоже медленно встал, не делая резких движений. — Игр не будет.

Я положил на стойку хозяина заведения письмо от Мэйлинь для её гвардейцев, и мы с Мархуном вышли из таверны. Он постоянно контролировал тыл, чтобы исключить возможное нападение со спины. Но я почему-то был уверен, что никакого нападения не будет. Я знал, что иду на риск, который может стоить мне жизни и всей моей империи. Но если есть хоть малейший шанс увидеть истинные намерения Санти-Дай до того, как легионы Феррума по приказу вампиров пересекут границы теперь уже моих земель, я обязан им воспользоваться.

* * *

У ворот во Внутренний город творилось что-то громкое и отчётливо напоминающее бой. Лязгали мечи, ржали кони, орали люди и орки.

Мы подъехали как раз вовремя, чтобы попытаться предотвратить намечающееся кровопролитие. Вокруг кареты, запряжённой двумя лошадьми, стояли, ощетинившись копьями наружу, легионеры Феррума. На чёрном жеребце рядом с каретой гарцевал Юлий Корнелиус, посол Железной Империи, и что-то орал моим оркам, которые заперли имперцев и не пускали в ворота. Мы подъехали чуть ближе, и я наконец-то расслышал:

— Пошли прочь, ублюдки! Если через минуту ворота не будут открыты, я прикажу стрелять из арбалетов! — надрывался Юлий.

— Прекратить! — рявкнул Мархун, подъезжая на варге к возбуждённому строю орков, которые уже были на грани начала кровавого месива, поигрывая топорами и скаля зубы.

— Что происходит? — спросил я, останавливая Арлана у кареты и не обращая внимания на обращённые в мою сторону наконечники копий.

— Эти зелёные твари не выпускают карету леди Лауры! — Корнелиус уже брызгал слюной в состоянии крайнего возбуждения. — Это ты приказал?

— Я, — не стал я отнекиваться. — Завтра свадьба, а нам надо ещё к ней подготовиться.

— А ты меня спросил? — раздался из кареты недовольный голос. — С чего ты вообще взял, что я выйду за тебя замуж? Мой отец…

— Твой отец, скорее всего, уже мёртв, — тихо проговорил я, но так, чтобы она услышала. Юлий тоже услышал и вскинулся в седле, чуть не упав с коня.

— Откуда ты знаешь? — уже спокойнее проговорил он.

— Разворачивайте карету. Во дворце спокойно поговорим, — я повернул Арлана в сторону дворца и медленно поехал вперёд.

Посол переглянулся с бледной Лаурой, которая выглянула из окна, и кивнул. По моему внешнему виду и выражению лица они оба уже поняли, что мне вовсе не до шуток.

— Возвращаемся! — скомандовал он своим легионерам.

* * *

— Почему ты сказал про смерть отца? — Лаура влетела в мои покои, едва стражи на входе распахнули перед ней двери. На глазах слёзы, бледная… Почти вампирша. — Ты что-то знаешь?

Корнелиус вошёл вслед за ней и тоже без поклонов и прочих дворцовых этикетов вопросительно уставился на меня.

— Весь Сенат Феррума вампиры обратили в низших. Севериан Флакк либо стал одним из них, либо вампиры его просто устранили, чтобы не мешал принимать нужные для них решения. И они их уже приняли.

— Какая чушь! — усмехнулся посол. — Лаура, ты же видишь, этот эльф готов рассказывать любые сказки, лишь бы ты быстрее стала его женой и у легионов Феррума пропал формальный повод перейти границу с Дайцин. Это же очевидно! Он просто боится вторжения, потому что его армия пока к нему не готова!

Бледная девушка закусила нижнюю губу, сжала руки и пристально смотрела мне в глаза, будто не слыша слов своего посла.

— Тебе Мэйлинь об этом сказала? — спросила она с такой тревогой в голосе, что врать мне совсем расхотелось.

— Когда я задал ей вопрос, не обратили ли они весь Сенат Железной Империи в низших, она проговорилась, что их Праотец Малакор сделал это, чтобы объединить две ваши империи. Так что… сама понимаешь!

— Я не верю! — прошептала она. Она закрыла ладонями лицо и заревела.

Корнелиус поражённо смотрел на неё, будто не веря собственным глазам. Ещё недавно она грозно размахивала кинжалом, не боясь толпы разъярённых горожан, а теперь рыдала навзрыд, как маленькая девочка.

А потом до него всё-таки дошёл весь ужас сказанного, и он встряхнул головой.

— Это просто слова пленной вампирши! Она могла просто соврать.

— Не думаю! — проговорил я, качая головой.

А потом я вдруг подумал: а почему бы и нет.

— Завтра утром я пойду на переговоры с этим их Малакором. Вы можете пойти со мной и сами во всём убедиться.

* * *

Глава 22

Подземелье под Башней Созерцания выглядело гораздо старше, чем сама башня. Если маги в силу имперской традиции в архитектуре наполнили верхние этажи разными искусными барельефами и статуями, то подвалы тут были выбиты в камне и никаких украшений не предусматривали. У меня даже сложилось впечатление, что сюда не так часто люди ходят, судя по паутине на дверях и натужному скрипу петель.

Имперские маги на входе в Башню ринулись было сопроводить нашу процессию, но Мархун весьма убедительно покачал перед ними копьём, и у волшебников сразу же появились какие-то другие важные дела.

Зал с «Великим Зеркалом» оказался достаточно большим помещением глубоко под Башней, с высокими потолками и тускло подсвеченным несколькими факелами на стенах.

Цю поджидал меня уже в нём, сидя на каменном постаменте перед зеркалом. Оно и правда впечатляло. Не только размерами, но и матовой глубиной без отражения. Каменная рама была усыпана какими-то рунами и непонятными символами, создающими сильное впечатление глубокой древности этого артефакта.

Два десятка орков распределились по