Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

class="p1">Я мельком глянул на солнце и мотнул головой, а миг спустя закрутившееся по небосводу светило распалось на тринадцать своих неподвижно замерших подобий. Но теплее из-за этого не стало, скорее уж наоборот — всего так и проморозило. Тело словно задеревенело, и сама мысль о необходимости шагнуть в сторону показалась откровенно абсурдной.

Я — центр мироздания! Я — та ось, вокруг которой вертится вселенная!

Какого тогда лешего…

Но дальше сработали вбитые на тренировках инстинкты: пусть и в самый последний момент, всё же сумел уклониться от летевшего прямо в грудь сгустка сверхсилы. Сразу качнулся в другую сторону и немедленно ощутил сильный толчок меж лопаток, едва на землю не полетел. Уловить опасность успел, а пригнуться — уже нет.

Удержать себя в состоянии резонанса получилось лишь каким-то запредельным усилием воли — не иначе злость помогла, — и я закрутил внутренний волчок, упорядочил токи энергии и смог отвлечься от управления ею, начал уворачиваться от атак пирокинетиков, ориентируясь на вспышки предвидения.

Поначалу всё шло неплохо, но давление переполнявшей меня сверхсилы беспрестанно увеличивалось, с такой нагрузкой и просто дышать получалось через раз, а уж скакать по траве стало и вовсе невмоготу. Что спасало — так это резко обострившееся ясновидение. Я начал предугадывать броски и смещаться с траектории воздействия заранее, вот только по мере набора потенциала стало проявляться притяжение обычной сверхсилы к сверхсиле в противофазе. Мало того что энергия рвалась изнутри и рвала меня самого, так ещё и атаки пирокинетиков в определённой степени стали самонаводящимися.

В какой-то момент я оказался поставлен перед выбором: уклониться или удержать под контролем внутренний потенциал. Спонтанный выплеск грозил несравненно более серьёзными неприятностями, так что принял удар на грудь и будто между молотом и наковальней оказался. Шибануло знатно, каким чудом устоял на ногах, не понял и сам. Но — устоял, пусть и ненадолго. Продолжал оставаться в вертикальном положении я едва ли секунду, а затем полетел на землю, пропустив очередную атаку, на этот раз сдвоенную.

Из резонанса меня вышибло ещё в падении, ладно хоть удержал в себе потенциал, не позволил выплеснутся четырём десяткам мегаджоулей сверхсилы, пусть даже небо так и завертелось перед глазами. Понемногу головокружение унялось, и я запустил алхимическую печь, принялся упорядочивать внутренние токи энергии и выравнивать резерв, попутно снимая боль в потянутых мышцах, ускоряя рассасывание гематом и заживление ссадин.

Поднялся с земли только минут через пять, потряс головой, как после пропущенного прямого в челюсть, и спросил:

— Ну и к чему это всё было?

Я желал получить чёткий ответ на свой вопрос, и в кои-то веки я его получил. Причём ответил мне отнюдь не Герасим, а Василий Архипович.

— Ты практик, — заявил он, затаптывая кинутый под ноги окурок. — Точнее — должен им стать. Тебя к этому готовят. А практик не может позволить себе изображать во время резонанса неподвижную мишень.

— Мой недочёт, — повинился Сутолока. — Не учёл, что все тренировки по развитию способностей предполагают полную неподвижность.

— Не учёл, — кивнул комиссар. — И у Петра сложилась неправильная модель поведения. Поработай с этим.

— Хорошо, — покладисто согласился Герасим, который в присутствии Василия Архиповича позабыл о своей эксцентричности и враз сделался ответственным молодым специалистом. — Дадите полчаса? Я бы ещё своих погонял.

— Занимайтесь, — разрешил комиссар, а когда мы остались у вездехода с ним вдвоём, заявил: — Практику нельзя стоять во время резонанса столбом, наоборот — приток сверхсилы должен увеличивать скорость реакции. При определённой плотности внутреннего потенциала можно добиться того, что импульсы от головного мозга начнут проходить, минуя нервную систему, напрямую через сверхэнергию.

Я поморщился из-за боли в потянутых мышцах и тяжко вздохнул.

— Мне бы основные техники до ума довести.

— Базу надо сразу закладывать, переучиваться куда сложнее будет. Семь потов сойдёт, пока от прежнего модус операнди избавишься, — заявил в ответ Василий Архипович, взглянул на часы и потребовал: — Ладно, скидывай потенциал. Сейчас поедем уже.

Стравливать в пространство сверхэнергию нисколько не хотелось, но деваться было некуда — обнулил заряд, а там и Герасим закончил пирокинетиков гонять, забрался вместе с раскрасневшимися и вспотевшими операторами в вездеход.

Я направил автомобиль обратно к городу, и мы затряслись на разбитой колёсами грузовиков и гусеницами танков грунтовке, петлявшей по заросшему высоченной травой полю между пологими холмами и редкими рощицами. Сильно парило, но небо оставалось чистым, лишь на горизонте начинала клубиться едва различимая глазом сизая дымка.

Приходилось то и дело объезжать ямы и рытвины, и к разговору пирокинетиков я не прислушивался, заинтересовался им, лишь когда один из студентов в сердцах выругался.

— Да чёрта с два нам повезло! Повезло тем, кого на кафедру сверхточной обработки металлов взяли!

— Сергей, ну ты чего? Мёдом там тебе намазано, что ли?

— Мёдом! Оттуда контракт на Новинский механический завод отрабатывать идут, а там не у инженера даже, у слесаря высшей категории со спецдопуском один только оклад семьсот рублей! И на Зимском тяжмаше зарплаты не меньше, об авиационном и не говорю!

— Ерунда! Кто бы стал простым работягам такие деньги платить?

— Если не простым, то платят, — включился в разговор Герасим Сутолока. — Мы лицензии на производство двигателей за океаном купили, а имеющиеся станки нужных допусков выдержать не могут, вот и приходится часть деталей вручную изготавливать.

В этот момент сидевший на пассажирском месте рядом со мной Василий Архипович негромко бросил:

— Блики на два часа. — И сразу предупредил: — Не дёргайся! Едь, как ехал!

Я стрельнул глазами на поросший кустарником взгорок метрах в трёхстах по ходу движения, заметил игру солнечных лучей на стекле бинокля, а то и оптического прицела, и судорожным вдохом потянул в себя сверхсилу, потом только спросил:

— Может, наши?

Комиссар взвёл мой автомат, который упирал меж коленей, и поморщился.

— Скорее всего. Всё же до границы две сотни вёрст… — произнёс он и, противореча сам себе, повысил голос: — Герасим, командуй!

— Линь, обеспечь защиту от пуль! — без промедления выдал Сутолока. — Остальные — в резонанс!

Обеспечить защиту от пуль? Я едва не выругался в ответ, но сразу взял себя в руки и принялся направлять часть входящего потока на создание облака рассеянной в пространстве сверхсилы. Всё бы ничего, да только при движении в автомобиле неструктурированная энергия моментально оставалась позади, её расход оказался неоправданно высок, скорость набора внутреннего потенциала просела самым серьёзным образом.

Дерьмо!

Пришлось воспользоваться старой схемой, только на сей раз я даже не попытался сотворить полноценный цилиндр, усилием воли крутанул истекавшую из меня сверхэнергию, придал той ускорение, заставил обернуться незримым вихрем. Если даже превратимся для