"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

для неё лишь несколько минут жизни, чтобы она попрощалась с родителями, а Мелаю он дал шанс посмотреть на своих детей. Вы оба были в корзинке, и если бы Мелай принял предложение, то вся правда раскрылась бы уже тогда. Будучи более сентиментальным и к тому же отцом, Гипнос искренне хотел дать ему шанс. Но Мелай не просто не взглянул, он заявил, что вы ему не нужны. Мой брат, безумно любящий своих детей, был разгневан и разочарован решением принца Металлов.

Сердце подскочило, когда карета случайно наехала на камень. Рассказ Мороса гипнотизировал, из-за чего пейзаж за окном перестал меня интересовать.

– Твой брат имеет нить судьбы, но мойры не могли его найти, потому что я отобрал ваши воспоминания и личности. А твоё существование нам полностью удалось сохранить в тайне. Хоть ты и живёшь, но пророчицы – сивиллы – не видят твой образ чётко, а мойры не хранят твою нить. Её незачем было плести, так как твоя судьба – родиться мёртвой. Поэтому мойры, не зная о твоём пребывании в мире живых, разыскивать тебя не стали. Ты была в безопасности.

Мне не требовалось спрашивать, чтобы догадаться, что мойры не в восторге от этого.

– Что произошло на встрече после смерти Лахесис? Вы убили кого-то ещё? – перевела я тему.

Предчувствие, что Морос и Гипнос сами приготовили мне какую-то судьбу, зудело, но я не была готова слышать, как мной снова намерены двигать на игровой доске. Требовалось хоть немного времени, чтобы переварить услышанное.

– Нет, мы продемонстрировали, что больше не намерены стоять в стороне. Убедили их в серьёзности своего предупреждения…

– Убив свою сестру, – встряла я, пока он преподносил содеянное более красиво, но Морос продолжил, не моргнув и глазом:

– …и ушли, забрав всех подданных с собой, чтобы цари и мойры не убили невинных.

В горле встал ком, я уставилась в окно, концентрируясь на пейзаже, а не на воспоминаниях.

– Что стало с людьми, которых ты привёл как Дардан? Теперь они знают, кто ты?

– Мы вернули их домой в целости и сохранности. И нет, они не знают. Я забрал их воспоминания. Нам не нужно, чтобы в конфликт между Палагедой и Даорией ещё и люди вмешивались.

– Почему ты прикидываешься Дарданом Хиллом? Где настоящий наследник корпорации?

Улыбка Мороса стала хищной. Несмотря на его привлекательную внешность, из-за холодного взгляда любая ухмылка Жнеца выглядела угрожающей.

– Не прикидываюсь. Я и есть Дардан Хилл, – заявил он. – Я также был Итаном Хиллом – отцом Дардана. Был Артуром Хиллом и Джоном Хиллом до него. Я основал фирму более пяти сотен лет назад и продолжал её развивать. Невзирая на публичность и известность, я держал личную жизнь в секрете, столетиями храня тайну.

– Но зачем? – с трудом выдавила я, шокированная масштабным обманом.

Хиллы были основой нашей взаимосвязи с Палагедой и Даорией. Компания «Меридий» занималась буквально всей исследовательской деятельностью, поэтому бизнесмены Хиллы довольно быстро стали представителями от людей наравне с высокопоставленными чиновниками от правительства.

Но не было никакой семьи Хилл. Всё это время существовал один только Морос, сменяющий личины.

– Я «подводящий к гибели», Кассия, – снисходительно напомнил он. – Я нашёл идеальное место для контроля взаимоотношений трёх миров. На меня работают палагейцы, даории и люди, позволяя мне быть в курсе всех проблем.

Проклятье. Он ведь может как помогать, так и намеренно подводить к конфликтам. Карета дёрнулась, затормозив. Движение вышло резче, чем я ожидала, и мне лишь чудом удалось схватиться за сиденье.

– Поэтому лучше занимать место по ходу движения, а не против, – насмешливо заметил Морос.

– Этот совет пригодился бы в начале поездки, – отрезала я, не торопясь пересаживаться: хотелось сохранять максимально возможное расстояние между мной и Моросом. Его лицо Жнеца внушало старые опасения. – Вы дали людям зарево, но сами ездите на лошадях. Разве это логично?

– Вполне. Ты здесь пятнадцать минут, но уже думаешь, что всё поняла?

Я сжала губы, чтобы не ответить резкостью на провокацию.

– Ты не человек, Кассия. Ты принадлежишь Палагеде и Даории. Поэтому учись, задавай вопросы прежде, чем выносить суждения. Иначе твои выводы – не более чем бесполезные или даже оскорбительные домыслы, – строже отчитал Морос.

Мои щёки обожгло от стыда. Он прав, я изучала палагейцев и даориев, не бывая в их мирах. Это как зубрить чужой язык в вакууме, дистанцируясь от носителей.

– Здесь есть другие транспортные средства? – переборов упрямство, примирительно поинтересовалась я.

Морос удовлетворённо кивнул, сложив руки на груди.

– Есть. Между городами курсируют поезда и машины на зареве. Их можно использовать как в качестве общественного транспорта, так и для доставки товаров, но заезжать на территорию городов им запрещено. Палагейцам не нравится создаваемый шум, поэтому все товары доставляются на специальные склады за пределами города, а после развозятся повозками. Конечная же станция поезда близка к центру города, но в достаточном отдалении от акрополя.

– Разве не было бы удобнее иметь машины в городе? Или какой-то более быстрый общественный транспорт?

– Возможно, но пока он не нужен. Палагейцы не столь плодовиты, население в десятки, если не в сотни раз меньше, чем в мире людей. Для машин потребуется перестроить большинство дорог. На данный момент лошадей вполне достаточно. Нет смысла ломать структуру города без острой нужды. Устойчивость древних традиций особенно заметна в Пелесе, потому что столица – колыбель нашей культуры.

– Что насчёт водопровода и канализации?

– Есть и то и другое.

– Оружие?

– Если ты про огнестрельное, то сама знаешь ответ, – нахмурился Морос. – Оно запрещено. Не подумай, что палагейцы отсталые. Был придуман порох, ружья и взрывчатые вещества, но после трагедии на Переправе нами было поставлено условие полного прекращения опасного производства. Мойры поддержали это решение. Поэтому Палагеда и Даория лишились подобных разработок.

– Но как раз мойры виноваты во взрыве.

– Да, и это усугубляет их вину. Однако масштабы разрушений напугали даже сестёр.

– Интернет?

– Нет.

Мои брови