Беспризорник - Александр Иванович Седых

слухом, — рассмеялся Хитрован Билл, похлопав Оружейника по плечу. — Ладно, пусть Василий балует на стрельбище, пока не начнутся главные торги. Кстати, скоро к нам в бухту пригонят «Моржа». Помнишь, как десяток лет назад мы помогали соседям брать эту торговую шхуну на абордаж?

— Шхуна уже тогда была рухлядью, а теперь, наверное, совсем в дырявую лохань превратилась, — недовольно скривился Олаф. — Зачем берёшь эдакий хлам?

— Зато хозяева отдают дёшево, — заступился за бросовый товар скупой Хитрован, понимая, что всё равно любое судно придётся перепродавать с убытком. — Я ещё четыре пушки в придачу возьму. Нам на этой посудине только бы до Нового Света добраться — один переход по океану старушка выдержит, не развалится.

— Ну, это если успеем уйти до осенних штормов, — с сомнением покачал головой Олаф.

— До конца лета нам надо, по-любому, сваливать с Архипелага, не то инквизиторы примучают, — вздохнув, поёжился Билл. — Вот распродадим имущество, вложим капитал в «солнечный камень», и сразу двинем за южный горизонт.

Хитрован Билл хоть и безмерно доверял проверенному старому соратнику, но всеми планами не делился. Про сундук с «солнечным камнем», который усердно намывали пленённые индские матросы, он, естественно, не упоминал в разговорах ни с кем. На добычу сокровищ уйдёт, если Василий не соврал, дней тридцать. Придётся ждать, ибо без драгоценного сундука авантюрная операция теряла весь коммерческий смысл, и для Хитрована Билла, и для Сахила-морехода.

В суете хозяйственных дел и учебных тренировках время пролетело для Василиска незаметно. Перед отправкой в Новый Свет он в последний раз взошёл на вершину утёса, тёмной громадой нависающего над гаванью. С высоты маленькая торговая шхуна казалась деревянной игрушкой, забытой ребёнком в дождевой луже.

— Какое утлое судёнышко, — тоже разглядывая с высоты утёса крохотную шхуну, посетовала Марта, прижавшись к плечу «просто друга». — Василий, тебя беспокоит плачевное состояние старой шхуны?

— Капитан Билл уверяет, что один переход посудина выдержит, — пожал плечами юноша. — И он, в самом деле, так думает.

Марта сжала пальцами ладонь парня и пытливо заглянула ему в глаза:

— А как думаешь ты?

— Весь мой опыт мореплавания основан на воспоминаниях капитана и членов команды. — Василиск немного помолчал, а затем честно признался подруге: — И меня очень пугает буйство водной стихии.

— Вот уж никогда бы не подумала, что тебя что-то может испугать. Матросы промеж собой говорят, что ты бесстрашный берсерк — не боишься ни острых клинков, ни роя жужжащих над головой пуль.

— От сабель и пуль ещё можно уклониться, а от штормовых волн не увернёшься, — тяжело вздохнув, Василиск попытался развеять возникшие перед мысленным взором жуткие картины кораблекрушений, которые уже когда-то пережили матросы из его команды.

— Но ведь многим же удавалось спастись даже с тонущих кораблей, — попыталась успокоить его Марта.

— Только потому, что рядом находились острова, — указал Василиск на основной фактор. — Но если ураган застанет нас вдали от берегов, в открытом океане, то надеяться можно лишь на крепкий корпус судна, умелые действия капитана и сплочённую команду.

— Хитрован Билл — опытный капитан, и дядька Олаф заверил меня, что матросов вы набрали в экипаж бывалых, — обнадёжила Марта. — Он считает, что двух десятков хватит для управления парусным оснащением торговой шхуны. А ведь вы ещё сколько — то взяли на борт индских мореходов?

— Дюжину, но они в управлении судном не помощники, — отмахнулся Василиск. — Да и, честно сказать, остальной экипаж будет нужен лишь для того, чтобы успеть вовремя свернуть паруса, оставив для управления только штормовые. Меня беспокоит не команда и даже не ветхость старой шхуны, а то, что я сам никак не могу противиться воли стихии. Всё моё мастерство бессильно против бездушного океана. Остаётся только вместе с командой затыкать течи в обшивке корпуса шхуны да вычерпывать просочившуюся воду.

— Короткое северное лето на исходе, поэтому Билл и торопится убраться из опасных высоких широт, — вздохнув, крепче прижалась к парню Марта. — Жаль, что времени больше не осталось. Теперь уж, наверное, и не свидимся никогда.

— Может, вернёшься с нами в Новый Свет? — обнял девушку Василиск. — Я могу уговорить Билла взять тебя помощницей кока.

— Женщина на корабле — к несчастью, — покачала головой Марта, не желая становиться обузой для своего «просто друга». — Да и что мне делать в чужом краю? Тебя впереди ждут приключения, сражения и великие открытия, а я уж как-нибудь обустрою свою тихую семейную жизнь на Пустом острове. Ты уж прости, дружок, но завтра утром я не приду на причал провожать, не хочу давать лишнего повода для людских пересудов. Помашу платочком с вершины нашего утёса.

— Да, наверное, так будет правильно, — нежно пожал ладонь милой девушки Василиск. — Я искренне желаю тебе счастья, а рядом с преследуемым инквизицией колдуном покоя не обретёшь. Подозреваю, что враги погонятся за мятежником даже на край света.

— Значит, скройся за краем света, — положив голову на плечо изгою, улыбнулась Марта. — В Диких Землях у инквизиции власти нет. А от злых духов я тебе оберег дам.

Марта отстранилась от Василиска и сняла со своей шеи медный нательный крестик:

— Вот, возьми. Он и тебя защитит, и обо мне память останется. Ты же говорил, чтобы отыскать отражение человека в астральном поле, необходим маячок. Я больше никогда уже тебя не увижу, но ты сможешь хоть иногда заглядывать на страницы моей Книги Судьбы.

— Но ведь я не верю в вашего бога, — неуверенно взял крестик из ладони Марты Василиск. — Потому вряд ли он станет защищать чужого изгоя.

— Мысли бога я, конечно же, читать не могу, — звонко рассмеявшись, Марта взяла шнурок и решительно надела свой оберег на шею смущённого паренька. — Но уж от чужого сглаза религиозный атрибут тебя укроет, а то ходишь, как дикарь-безбожник, и любой соглядатай может указать на тебя местному инквизитору. Кстати, такие белобрысые пареньки в Новом Свете тоже большая редкость. Не зря твой похититель тогда перекрасил тебе волосы в чёрный цвет.

— Что же мне теперь, налысо обриться? — недовольно скривился юноша.

— Чтобы стать менее приметным, можно просто перекрасить волосы, — взъерошила ему уже изрядно отросшую шевелюру Марта. — Я от бабушки знаю хороший рецептик, чтобы закрасить седину. Правда, потом придётся всё время подкрашиваться. И не смущайся так, Хитрован Билл и его ребята только одобрят такую маскировку — в Новом Свете им яркий маяк для инквизиторских ищеек ни к чему.

— Ладно, за крестик спасибо, — безбожник зажал надетый талисман в ладони. — А насчёт перекраски волос решу в Новом Свете. Рецепт я уже знаю.

— Ах ты, противный колдун! — нахмурила бровки красотка и шутливо стукнула парня в грудь кулачком.

— Ты