Темный Лекарь 18 - Вай Нот

также, как и в вашем, — начал он. — Сначала редкие очаги. Странные аномалии, которые учёные пытались изучить. Потом их становилось всё больше и больше.

Картинка вокруг нас начала меняться.

Небо потемнело. На горизонте появилось зловещее красное свечение. Люди на улицах забеспокоились, начали указывать на небо, разговаривать между собой с явной тревогой.

— Конечно, всех обеспокоило их появление, — продолжал Патриарх. — Но так уж сложилось, что большинство магов этого мира были некромантами.

Он остановился и повернулся к нам.

— А что такое некромантия? — спросил он риторически. — Некромантия — это, на первый взгляд, магия контроля над мёртвыми. Но её также можно назвать и просто магией пограничных энергий. Жизнь и Смерть. Свет и Тень. И скверна тоже существует на границе между истинным и искажённым миром. Некроманты по природе своей магии могут взаимодействовать с пограничными энергиями.

Сцена снова изменилась. Теперь мы стояли у края очага, практически такого же, к каким привыкли мы. Искажённый мутировавший лес.

Группа некромантов в военной форме окружила очаг. Они двигались синхронно, их руки вычерчивали сложные узоры в воздухе. Энергия скверны начала стягиваться к ним, поглощаться, растворяться.

Очаг медленно начал уменьшаться, пока энергия скверны не исчезла полностью.

— Мы быстро научились её поглощать, — сказал Патриарх. — Поэтому не слишком паниковали по этому поводу. Были уверены, что что бы это ни было, мы сумеем с этим справиться.

Картинка ускорилась. Дни и ночи сменяли друг друга в быстром калейдоскопе. Мы видели, как некроманты закрывают очаг за очагом. Как празднуют победы. Как уверенно продолжают жить своей жизнью.

— Однако, — голос Патриарха стал мрачнее, — сколько бы мы ни пытались противостоять скверне, сколько бы очагов ни закрывали, сколько бы раз ни уничтожали полностью заразу в мире, она всегда возвращалась.

Очаги появлялись снова. И снова. И снова.

— И с каждым таким возвращением скверна становилась всё сильнее.

Сцена изменилась. Теперь очагов было больше. Они открывались чаще. Некроманты работали без устали, но их лица стали напряжёнными, усталыми.

— А через несколько сотен лет в нашем мире появилась не только скверна, — продолжал Патриарх, — но и Тени.

Картинка замерла. Потом медленно начала темнеть.

Из одного из очагов вышла фигура. Высокая, искажённая, окутанная тьмой. За ней последовала вторая. Третья. Десятая.

Существа из кошмаров, воплощение скверны, принявшее форму. Так похожие на тех, кого я уже видел сам.

— Но и тогда некроманты дали им бой, — голос Патриарха наполнился гордостью.

Сцена ожила. Битва развернулась прямо перед нашими глазами.

Некроманты вызывали мёртвых. Армии химер и умертвий сталкивались с осквернёнными мутантами и Тенями, которые ими управляли.

Магия разрывала воздух. Земля дрожала от мощи выпущенных заклинаний.

И некроманты побеждали.

Тени отступали. Падали. Растворялись.

— Мы отчаянно сражались, — продолжал Патриарх. — И даже одерживали победы.

Мы видели триумф. Видели, как некроманты стояли над телами поверженных врагов. Как праздновали. Как были уверены в своей силе.

— Но когда Тени потеряли слишком многих своих…

Картинка резко изменилась.

Небо над городом разорвалось.

Не один портал. Не десять.

Сотни.

Тысячи кристаллов скверны вспыхнули одновременно, покрывая небосвод, словно злые звёзды. Из каждого хлынул поток существ.

— Тогда они начали играть по-крупному, — голос Патриарха был тих, почти безэмоционален. — Тени почувствовали угрозу. Не только для своих планов на этот мир, но и для самого их существования. Возможно, они впервые встретили тех, кто мог дать им настоящий отпор.

Сцена была ужасающей.

Тени падали с неба, как чёрный дождь. Они покрывали город, заливали улицы, врывались в здания. Некроманты сражались. Отчаянно. Яростно. Но их было слишком мало.

А врагов — слишком много.

— Очаги-порталы открывались один за одним, — продолжал Патриарх. — Волна за волной. Без конца. Без остановки.

Я смотрел на терпящий поражение город. На гибнущих людей. На разрушение цивилизации, которая только что казалась такой живой и прекрасной.

— Их было слишком много, — прошептал Патриарх. — И наш мир пал.

Картинка медленно погасла. Город снова превратился в руины. Небо стало лиловым и мёртвым. Тишина вернулась.

Мы стояли молча, переваривая увиденное.

Патриарх повернулся к нам, его призрачная фигура казалась бесконечно усталой.

— Теперь вы знаете, — сказал он тихо. — Теперь вы понимаете, откуда вы пришли. И что случилось с вашим настоящим домом.

Тишина затянулась. Я смотрел на руины вокруг нас, пытаясь осмыслить масштаб катастрофы.

— Погоди, — наконец произнесла Ольга. — Если этот мир потерпел поражение, то как выжили мы? Ваши потомки, по твоим словам?

Патриарх медленно повернулся к ней.

— Хороший вопрос, — сказал он. — И ответ на него требует ещё одной истории.

Он снова взмахнул рукой, и мир вокруг нас изменился.

Руины исчезли. Вместо них мы оказались в огромном зале с высокими сводчатыми потолками. Стены были покрыты рунами, не простыми символами, а живыми узорами, пульсирующими магией.

В центре зала стоял массивный стол. Магическая конструкция, над которой висела трёхмерная карта.

Но не карта одного мира.

Множество сфер парили в воздухе, связанные тонкими нитями света. Каждая сфера представляла собой целый мир, вращающийся в собственном ритме.

Вокруг стола стояли фигуры.

Девять человек в длинных одеяниях. Старые, мудрые, излучающие огромную силу. Я узнал одного из них, того же Патриарха, что сейчас вёл нас по мёртвому городу. Только здесь он был живым, плотным, реальным.

— Совет Патриархов, — объяснил наш проводник. — Когда стало ясно, что мир обречён, мы собрались, чтобы решить, что делать дальше.

Фигуры заговорили. Я не слышал их слов напрямую, но понимал суть разговора через ту же связь, что и раньше.

Один из патриархов, высокий мужчина с седой бородой, ударил кулаком по столу.

— Мы должны сражаться! — его голос был полон ярости. — Собрать всех, кого можем. Создать армию, которая сокрушит этих тварей!

— Армию из чего? — возразил другой, женщина с острыми чертами лица. — Из мёртвых? Мы пробовали. Их слишком много.

— Тогда мы должны найти способ стать сильнее, — вмешался третий. — Новую магию. Новое оружие.

Живой Патриарх молчал, наблюдая за спором.

— А может, стоит уйти? — наконец произнёс он тихо.

Все повернулись к нему.

— Что? — переспросил седобородый патриарх.

— Уйти, — повторил живой Патриарх, указывая на карту миров. — Здесь мы проиграли. Но есть другие миры. Миры, которые Тени ещё не нашли. С природной магией, где мы можем выжить.

— Ты предлагаешь бежать? — голос женщины был полон презрения.

— Я предлагаю выжить, — спокойно ответил Патриарх. — Сохранить наш народ. Наши знания. Переждать, набраться сил, подготовиться.

— Трус, — бросил седобородый. — Ты трус, готовый бросить наш дом.

— Наш дом уже мёртв, — возразил Патриарх. — Или ты этого не видишь? Каждый день открываются новые порталы. Каждый день гибнут тысячи. Сражаться здесь — значит умереть здесь.

— Лучше умереть с честью, чем бежать как