Чужие степи. Часть 10 - Клим Ветров

— Мы остаёмся, — сказал он просто.

— Что? — я не поверил. — Как это — остаётесь? Мы же вместе…

— Вместе, — перебил он. — Но ты едешь назад, к своим. А мы… — он кивнул на танки, на могилу, на выжженную землю вокруг. — Мы здесь останемся.

— Не глупи, — я шагнул к нему. — Здесь радиация, жрать нечего, воды нет. Вы погибнете.

— Мы уже погибли, — усмехнулся ротмистр.

Молодой стоял рядом, молчал, но в глазах его читалась та же решимость. Они не шутили.

— Я не могу вас бросить, — сказал я.

Ротмистр посмотрел на меня долгим взглядом.

— Мы договаривались, Вася, — сказал он спокойно. — Мы помогаем тебе, а ты возвращаешь нас в наш мир. Ты сдержал слово. Мы здесь. В расчёте.

— Но…

— Никаких «но», — перебил он. — Мы остаемся.

Он посмотрел на могилу, на танки, на выжженную землю. Молодой стоял рядом, опустив голову.

Я понял: спорить бесполезно. Эти двое приняли решение, и никакие уговоры не заставят их передумать.

Мы молча принялись за работу. Молодой вытаскивал снаряды из люка, ротмистр тащил к машине, я укладывал в освобождённый салон. Тяжёлые болванки ложились одна к одной. Я считал про себя: шесть, двенадцать, восемнадцать…

Когда двадцатый снаряд занял своё место, салон был забит под завязку. УАЗ просел на рессорах так, что колёса почти касались арок. Ещё немного — и резина начнёт тереться о крылья.

— Хватит, — сказал ротмистр, закрывая дверцу. — Больше не влезет. Да и не выдержит.

Я обошёл машину, проверил — вроде держится.

— Воды у вас нет, — сказал я, глядя на них. — Еды.

— Найдём, — усмехнулся ротмистр. — Не впервой.

Молодой подошёл к могиле, положил руку на камень. Потом повернулся и, не глядя на меня, пошёл в сторону холмов по следам танков. Ротмистр задержался на секунду, посмотрел мне в глаза, развернулся и зашагал за молодым, не прощаясь.

Постояв немного, — наверное ещё надеясь что они передумают, я сел за руль, выжал сцепление и тронулся. УАЗ жалобно скрипел, перегруженный до предела, но ехал. В зеркало заднего вида я видел, как две фигуры удаляются в сторону холмов, не оглядываясь. Солдаты, выбравшие свой путь.

Дорога обратно давалась тяжелее. Машина шла медленно, тяжело ухая от каждой кочки, пепел вздымался за кормой серым шлейфом. Я сжимал руль, и думал, глядя на бесконечную серую равнину.

Посадить деда за рычаги? Он справится, ничего сложного там нет. А вот сам я? Смогу ли управиться с этой махиной в бою? Рулить это одно, а вот стрелять из пушки, а главное наводить — нужен опыт которого у меня нет.

Или попробовать всё же перегнать танк в станицу? Но как сообщить своим, что это я в танке, а не те же фрицы? Эмблема эта с черепом… Нет, так его точно подобьют. Как минимум гусеницу собьют, не успею я приблизиться и на километр. Наши на нервах, палить будут по всему, что движется. А если доедет до окопов — сожгут как пить дать. Гранатами забросают, коктейлями. И не факт, что немцев там нет. Судя по тому, что я видел и слышал, станицу обложили, подтягивают подкрепления для штурма.

Я крутанул рулем, объезжая очередную ямку, и вдруг меня осенило. Мысль пришла неожиданно, но чем больше я о ней думал, тем более правильной она казалась.

А что, если открыть портал прямо в станице?

Принцип смещения работал: двадцать метров в болотном мире — в несколько раз больше в Степи. Значит, двигая портал здесь, я могу «прощупывать» пространство вокруг станицы.

Я даже присвистнул от открывшихся перспектив.

Ведь если получится, я смогу не просто вернуться сам — я смогу привести с собой людей. Тех кто умеет с техникой обращаться. В станице трактористов полно, а танк от трактора не так уж сильно отличается. С пушкой тоже разберутся, вообще не проблема.

А дальше — больше. Здесь же, в мире ротмистра, остались два целых танка. Стоят, ждут. Если притащить солярку, заправить их, перегнать… А может, и не только эти два. Ведь в той колонне что шла за «Ударником», было больше машин. Наверняка там ещё танки стоят, брошенные?

Я представил себе эту картину: десяток таких махин, как «Ударник», выходят из портала и просто раскатывают немчуру в тонкий блин. Фрицы с ума сойдут, решат, что на них целая танковая армия с неба свалилась.

От таких перспектив просто дух захватывало. Я даже заулыбался, заезжая в портал, радуясь, что теперь у меня был план. Настоящий план.

* * *

Вынырнув в болотном мире, я вылез из кабины и выключил прибор. Дед уже ковылял навстречу, размахивая палкой.

— Ну как? — спросил он. — Где мужики? Я их что-то не вижу.

— Остались они, — ответил я. — Но не страшно, я знаю, что делать!

Дед молча приподнял бровь. Я быстро пересказал ему свою идею — про станицу, про поиск нужной точки, про то, что можно будет набрать экипажи, а потом вернуться за остальными машинами.

— Представляешь? — говорил я, размахивая руками. — Мы сможем перегнать сюда те два танка, а может, и ещё найдём. Сделаем из немцев отбивную!

Дед слушал, кивал, но в глазах его читалось сомнение.

— Не знаю, Вася, — сказал он, когда я закончил. — Звучит хорошо, но… Ты уверен, что это сработает? Что портал можно открыть где угодно?

— А почему нет? — удивился я. — Принцип же верный. Смещение — двадцать метров здесь, там гораздо больше. Значит, если мы оттащим прибор на нужное расстояние, портал откроется в нужном месте.

— Ну, попробуй, — пожал плечами дед. — Только я бы на твоём месте не загадывал.

Но меня уже было не остановить. Я довел УАЗ до танка, дождался деда — он шел пешком, и подхватив аппаратуру, мы потащились искать станицу.

Я прикинул: место, где я впервые попал в болотный мир, было где-то в семи километрах от периметра. Значит, чтобы попасть в станицу, надо двигаться в противоположную от свалки сторону метров на четыреста, не меньше.

Шли долго. Генератор был тяжёлым, я пыхтел, дед кряхтел, хоть и налегке, но мы дошли. Остановились, установили прибор, подключили. Я завел генератор, подал питание, выбрал нужную частоту, нажал «Set».

Прибор загудел, экран засветился… и ничего. Тишина. Ни марева, ни дрожания воздуха.

— Не работает, — сказал я растерянно.

— Может, ближе надо? — предположил дед.

Я оттащил оборудование метров на сто обратно, в сторону свалки. Снова включил. Снова ничего.

Паника начала закрадываться в душу. Неужели сломалось?

Схватив прибор, я потащил его обратно, к танку. Подключил, включил