Из золота в свинец - Сергей Витальевич Карелин

Последние два «лунных ингредиента», пепельник лунный и пыльца лунного мотылька, выбраны не случайно. Они хорошо справляются с темными эманациями магических энергий. То что надо для борьбы с Сумеречной немотой. Остальные три ингредиента работают непосредственно с организмом человека: улучшают проводимость нервных тканей, стимулируют нейронные связи и «пробуждают» заторможенные нервные пути.

Хорошо, что три из пяти ингредиентов оказались в запасах Исаева. За три дня собрать все пять я бы физически не успел. Если бы не создал своих копий, конечно, но это другое зелье, другие ингредиенты, которые тоже надо найти… Короче, мрак, а не задача.

Вот теперь можно начинать работу. С годами у меня выработалась привычка, что сперва я должен все подготовить для приготовления зелья или артефакта. Разложить и расставить именно в том порядке, в котором будут применяться ингредиенты и использоваться инструменты. И всегда шел, так же как при письме и чтении, слева направо. Шаг за шагом преодолевая расстояние до «конца» зелья. Очень удобно, наглядно и меньше ошибок.

Это, конечно, если не считать экстренных ситуаций, когда нужно действовать быстро. Но там и вероятность ошибки возрастает. Или внезапного подзатыльника от наставника.

Поставил разогреваться небольшой керамический тигель на водяной бане. Лучше бы, конечно, хрустальный, выдержанный трое суток в слюне василиска, но что, то есть. Параллельно взял высушенную и измельченную шляпку добытого гриба и смешал со слизью, приготовив темно-серую, слегка светящуюся кашицу.

В нагретый тигель добавил первые два ингредиента из списка и помешивал двадцать минут стеклянной палочкой по часовой стрелке. После пришлось несколько мгновений разминать затекшие с непривычки пальцы и кисть. Только после этого добавил кашицу из гриба и ссыпал с бумажки щепотку серебристого порошка Pulvis Lunaris.

Снова помешивать, постоянно проверяя температуру тигеля. Она должна колебаться в пределах не более десяти градусов от нужного значения.

— Ш-ш-ш! — зашипел я от боли.

Термометра у Исаева не нашел, так что использовал дедовский метод: прикасался тыльной стороной ладони и на глаз замерял размер покраснения кожи. Ручкой отметил границы и смотрел, не выползет ли красное пятно за их пределы. Больно, но главное, что работает.

Помешивал полчаса левой рукой против часовой стрелки, затем еще полчаса уже правой рукой по часовой стрелке. Каждый седьмой виток делал в противоположную сторону и снова возвращался к основному направлению. И на каждой тринадцатой минуте нужно было тринадцать раз постучать по тигелю палочкой.

— Раз, два, три… — постоянно считал вслух, чтобы не сбиться.

Через час таких манипуляций пришло время добавить последний ингредиент. Pulvis Nocturnae Lunaris светилась бледно-молочным светом внутри капиллярной трубки с резиновой грушей на конце. Капнул в тигель с почти готовым зельем ровно дюжину капель.

Дальше убавил огонь спиртовки под водяной баней, не забыв подлить немного воды. Снова помешивания, контроль температуры с помощью другого кружочка чернила на тыльной стороне ладони и прочие манипуляции.

К концу, когда погасил огонь спиртовки и дал тигелю остыть, у меня ныли плечи, жутко болела шея и почти не двигались пальцы рук. За работой не заметил, как весь вспотел от напряжения — даже губы стали солеными от стекших капель пота. Непослушными клешнями я снял тигель, поставил на стол и накрыл белой шелковой тканью.

Как говорил мой наставник, белый цвет при приготовлении Шепота символизирует свет луны. В первый раз, когда услышал такое объяснение, подумал, что старик бредит просто. А через полвека сам так говорил своим первым ученикам. Потому что проще так сказать, чем каждый раз объяснять, как именно вяжутся узлы Нитей. Никаких нервов не хватит. Понимание, что и как происходит с магией, приходит вместе с навыком и развитием дара.

Теперь зелью нужно простоять так час. Только после этого его можно слить во флакон, процедив через ту же ткань. Четверть из этого часа я просто разминался: хрустел шеей, пальцами, растирал затекшие и усталые мышцы. Принял душ и перекусил бутербродами. На большее времени не хватило.

Вскоре я держал в руке небольшую склянку, заткнутую пробкой. Внутри плескалось темно-фиолетовое, как майские грозовые тучи, зелье с золотыми прожилками. Они переливались и порой пускали лучи, точно внутри прятался источник света, скрытый плотными облаками. Часы показывали четверть шестого утра.

Пора выдвигаться в больницу к Листницкому.

* * *

Я спешил как мог. Такси застряло в утренних пробках за квартал до точки назначения. Заплатив таксисту, пешком — нет, почти бегом — поспешил в больницу. Лестницу преодолел, перепрыгивая по три ступеньки. И почти не запыхался! Без всяких вспомогательных зелий! Вот что значит молодость…

Открыл дверь отделения на нужном этаже, но не успел войти. Мимо меня прошли седой мужчина в белом халате и медсестра с ним. Хотя, точнее сказать, пролетели.

— Я не знаю, какого там врача-шарлатана ждет барон, но хочу, чтобы к утреннему обходу его и его дочери в отделении не было! У нас не ночлежка для бездомных! — яростно ругался врач. Видимо, главный в этой больнице. — Пусть едет в бесплатную клинику вместе со своей недвижимостью. А у нас хватает пациентов, которые платят!

М-да, ну и сволочь. Даже не знаю, кто больше виноват в коме дочери Листницкого: сама система или вот такой подход медицинского персонала?

Вдруг главврач остановился у дверей своего кабинета. Обернулся к медсестре, войдя уже наполовину.

— Вызовите охрану. И полицию на всякий случай. Пусть выставят барона силком. И поставьте кого-нибудь у дверей палаты. Хочу взглянуть, какого он там шарлатана все ждет.

А вот это уже плохо!

Я отступил обратно на лестничную площадку и закрыл дверь в коридор. Если посмотреть на меня со стороны, то я, одетый в рабочие рубашку, брюки и куртку, с кожаным несессером на плече, очень похож на чересчур молодого частного врача.

Один раз уже получилось сбежать из отделения полиции. Вряд ли во второй раз мне попадутся такие же идиоты, как Митрич и Иванов.

Но я должен передать барону зелье и рассказать, как его пить. Как это сделать, не попавшись полиции?

А что если… Что если это сделает полиция?

Я вытащил из кармана телефон и нажал кнопку вызова.

* * *

Роман собирался заняться учебой перед сменой, когда Исаев позвонил ему. Теперь он ехал на такси в больницу, где лежал барон Листницкий, смотрел в окно на медленно плетущиеся по пробкам другие машины, а в ушах еще звучал голос друга.

— Нужно, чтобы ты в форме проник в палату дочери Листницкого и дал ей выпить мое зелье. Сам я не