Просто космос - Дина Зарубина

чипом и нейроконтроллером. Чтоб не думали лишнего и глупостей не творили. К сожалению, от этого у них думалка и инициатива напрочь отключается. Все надо указать, во все ткнуть носом! Чулки белые! Сапоги белые… или ботинки? — задумалась Иншицу. — Неси и то, и другое!

— Сию минуту, госпожа! — Пискнула служанка, рысью уносясь в коридор.

— Так, макияжа минимум, розовый блеск, матовая пудра, все долго выглядеть, будто это невинный цветочек!

— Госпожа, присядьте! — меня увлекли на кресло и нацепили на голову парикмахерский шлем, подсоединенный к боту-стилисту. Кожу головы обдуло теплым ветром, затем защипало, а затем невыносимо зажгло. Я зашипела. Шлем сполз с головы и в зеркале я увидела Инни Шин, какой она была всю жизнь. Натуральная блондинка. Чуть влажные волосы слегка завивались, локоны блестели от бальзама.

— Изумительно! — Ожила Иншицу. — Только голубой! Живо надевай! — Они кинула мне боди.

Я выразительно позвенела цепочкой наручников.

— Ладно, — решилась Инцу. — Сниму браслетики. Человечки такие добрые! Хоть шаг в сторону сделаешь, я прожгу лазером лишние дыры вот в этой кукле. Или вон в той.

Я тоскливо вздохнула. Боди оказалось с утяжкой, талия смотрелась не просто стройной, а прямо-таки тонюсенькой. Грудь высоко вздымалась из выреза, обещая объем, которого там никогда не было. Белые сетчатые чулки и белые ботинки на высоченном каблуке делали из меня какую-то снежную деву, персонажа сказок. Только не детских, а мужских.

— Сюда нужны длинные перчатки, — распорядилась Инщицу. — Белые!

Я выглядела хрупкой статуэткой изо льда. Скромной, целомудренной и просто до ужаса соблазнительной. Никогда не выглядела лучше. А вот ситуация была хуже некуда.

— Иншицу, у вас талант. — Признала я. — Вам бы костюмером работать на синостудии, а не половником крутить в кастрюле! У вас поразительное чутье стиля и материала!

Инцу подозрительно прищурилась. Но ничего не ответила. Быстро снова нацепила наручники и вышла. Служанки проворно выкатили вешалку из гостиной.

— Эй, а кормить меня будут? — Крикнула вслед.

Кормежка мне полагалась. Через несколько минут снова вошла служанка и принесла подносик с питательным коктейлем и кусочком паштета на тонком ломтике хлеба. Надеюсь, отравить меня в их цели не входит? А вот одурманить могут. Хотя нет, им же нужна строптивая рабыня.

Я выпила и съела все предложенное. Развалилась в большом мягком кресле, закинув ноги на мягкий подлокотник. Могу чувствовать себя, как в гостях, если бы не наручники и ужасная перспектива. Представлять себя на аукционе среди распаленных похотью самцов…

Раздались шаги, со счастливой улыбкой вошел нэр Ринно, в свое неизменном парчовом халате до пола. Кажется, он вообще ничего другого не носил.

Вслед за ним вошло… чуть поцокивая когтями, вошел инсектоид. Гладкая черная голова с восемью алыми глазками и блестящими жвалами. Мохнатая грудь, вполне гуманоидного типа, даже с привычными мышцами, к которой прижались две черные руки с семью пальцами. И суставчатые ноги, окружающие небольшое черное брюшко с острым кончиком. По четыре с каждой стороны, с хитиновыми шипами и секреторными клейкими ворсинами, позволяющими держаться на любой поверхности.

Я впервые видела живого инсектоида и зачаровано пялилась на него, приоткрыв рот. Узкий тазик, желтоватый вертлуг, толстое волосатое бедро, колено, голень, пятка и лапка с коготковым члеником. На передних ногах по три серповидных коготка, на задних один коготь и гребенка. Вторая пара ног всегда немного меньше первой, третья пара самая короткая. Помимо арахноэлле, мы изучали стрекозоидов, апиклов (пчелоидов) и блаттоидов (тараканообразных). Но изучали очень бегло: у них была своя медицина и целители, ни один инсектоид не пошел бы к гуманоиду за помощью. И лекарства на них наши не действовали. Поэтому краткий ознакомительный курс без лишних подробностей. И трупы своих они никогда не отдавали для исследований. Что наши рейнджеры наохотят, то и изучали.

— Вот лот-сюрприз, мой дорогой Мун-Карро, — сказал хозяин Ринно. — Я обещал вас познакомить, девушка твоя большая поклонница.

Я так обалдела, что даже ноги с подлокотника не убрала, так и сидела, таращась на экзота. Мун Карро — арахноэлле⁈ А в синемаконах его играли всегда самые привлекательные и мужественные актеры!

— Очень миленькая девушка. Говоришь, целитель? Любопытно, — неожиданно очень густым мягким басом произнес Мун Карро. И протянул лапу.

С визгом я отпрянула и свалилась с кресла.

— Дура! Вздумала синяки набивать перед аукционом! — выругался нэр Ринно.

— Я что, такой страшный? — Печально спросил арахноэлле. — Ты никогда не говорил, что я страшный, друг мой.

— Да что она понимает в мужчинах! Ты прекрасен! Силен, умен, коварен!

— Оч-чень, — зубы у меня стучали.

— Ничего, она привыкнет! — Уверенно сказал нэр Ринно. — В твоем гареме, как помню, все человеческие самки поначалу визжат и рыдают, а потом ничего, свыкаются.

— О да, — согласился Мун Карро. Еще раз оглядел меня. Мне показалось его глазки блеснули весельем. — Что ж, я поборюсь за этот лот.

— Но борьба будет честной! — игриво погрозил пальцем нэр Ринно. — Если наш приятель Ун с Тау-Цети перебьет твою ставку, я не виноват!

— Ты мне до сих пор должен ящик бластеров! — Возмутился Мун Карро.

— П-п-ростите, а как вы живете с человеческими сам… женщинами, у вас же органы размножения анатомически не подходят! — пискнула я. А что, об этом в учебнике не было сказано ничегошеньки вообще! Ноль!

— Как ей не терпится! — мурлыкнул арахноэлле, жвалы щелкнули, обнажая вполне человеческие зубы, разве что чуть заостренные. — Сладкая самочка!

— Я не в этом плане! Просто интересно, — я скрылась за спинкой кресла.

— Узри свое будущее поле деятельности! — торжественно провозгласил Мун-Карро и приподнял две передние ноги, чуть откинувшись назад, Две пластины на брюшке с щелчком сдвинулись в стороны, и на волю вывалился вполне человеческого вида член, только бледно-голубого цвета. Почти, как мое боди. Только размером с баклажан.

— Я узрела, спасибо! — снова спряталась за креслом, пытаясь уместить в себе новое знание вместе с завтраком. Нет, мои жалкие формы богатство такого размера не выдержат.

— Идем, друг мой, обсудим операцию, — нэр Ринно обнял арахноэлле за торс.

— Операцию?

— Любопытная самочка! — Улыбнулся Мун-Карро. — Если достанешься мне, дозволю помогать в работе.

— Правда? — Пролепетала я. Нет, ну действительно, самок много, целителей мало, использовать меня, как утробу для паучат, просто расточительно!

— Мун-Карро — лучший нейрохирург на три галактики! — похвастался нэр Ринно.

А я снова открыла рот. Вот значит, кто будет убивать Ланцо, проращивая в нем Ингвара Ринно! Ну да, и паучий клей-секрет, и микроскопические крючки на концевых члениках, они же куда тоньше и чувствительнее человеческих пальцев!

* * *

Детектив Мур с отвращением посмотрел на лес каменных столбов и дымку между ними. Использовать гравитационные, ионные, протонные двигатели было запрещено, о