Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12 - Семён Афанасьев

Дэнда широко улыбнулся и коротко погладил живот (на самом деле — отцовский жилет под рубахой):

— Незнакомцы-сан, я настоятельно прошу вас срочно перепарковать микроавтобус в сторону, вы мешаете нам проехать. Нам нужно срочно двигаться. — И шагнул навстречу. — Если вы этого не сделаете, я буду вынужден применить силу.

Миёси Мая учил: твой жизненный путь может быть сколь угодно извилист и сложен, но в такие вот минуты он обязан становиться коротким и прямым. Иного Пути До во Вселенной не существует, Харуми-младший свято чтил наставление сэнсэя.

Двое здоровяков буднично оглянулись по сторонам, фиксируя какие-то детали для себя и никак не реагируя на коротышку.

Хикару-тян качается сомнамбулой, сама на байке не усидит — противникам это тоже было ясно. Дэнда, чтобы сказать мягко — заведомый легковес против гораздо более крепких противников. Тактический рисунок ясен, сейчас его будут убивать — ведь я единственный, кто их увидел в лицо, сообразил сятэй. Учащиеся — не свидетели, вон, до сих пор не прочухались. Камер именно здесь нет до самой трассы — для чего? Не тот район. С первого по третий этажи офисов именно отсюда не видно за растительностью, а школа каллиграфии на четвёртом час как закрыта.

На этот случай у Харуми-младшего имелась ещё одна заготовка. Его Kawasaki — не обычный мотоцикл, в силу специализации владельца байк был подготовлен и для этой ситуации.

Не суетясь, Дэнда стремительным движением вытянул из-под сиденья широкую страховочную ленту. Щелчок карабина (всё продумано, можно сделать даже одной рукой) — и Хикару-тян даже если захочет, не сможет свалиться с Kawasaki. По крайней мере, ей придётся для этого здорово постараться и как минимум высвободится из обвязки.

— Думали, не смогу с вами драться? — Дэнда сделал второй шаг навстречу нападающим и улыбнулся шире. — «Ребёнок на руках, руки связаны»?

Эти снова промолчали, лишь потащили из карманов телескопы.

Сятэй непроизвольно поморщился — серьёзное оружие. В руках этих, да против него-малыша — ровно на семь секунд боя, хорошо если на десять.

По их лицам Дэнда видел, что они здорово удивлены его предусмотрительностью: именно его транспорт и снаряга словно заранее учли заведомо невозможные сценарии эвакуации дочери оябуна даже в такой ситуации.

Кто на что учился. Попутно: стрелками-инъекторами засевшие не пойми где невидимки больше не пуляют — видимо, исчерпали боезапас. Это плюс.

Из минусов: биться с двумя такими гигантами, ещё и вооруженными железными дубинками — в его случае точно без шансов, если голыми руками. Возможно, Миёси Мая со своим шестым даном Годзю-рю и смог бы что-то противопоставить, но точно не субтильный Харуми Дэнда без какого-либо дана вообще.

Поэтому сятэй сделал единственно возможное в данной ситуации (Хикару-тян нужно вытаскивать любой ценой):

— Последнее предупреждение. Уберите дубинки, отгоните свою тачку в сторону и останетесь живы, — а ведь он даже не пошутил, почему они ухмыляются? — Один. Два. Три. Всё, время вышло.

Сознание сятэя скользнуло в то состояние, которое Мая-сэнсэй называет правильным трансом.

На раме под обтекателем Дэнда периодически возил фамильный вакидзаси — семейный короткий меч чуть длиннее половины метра, передающийся в роду по мужской линии с 1868 года (после известных реформ в стране). Для потомственного якудза с самурайской линией предков, кстати, более чем логично, хоть и столь же незаконно.

Выбора сейчас нет. Двое здоровенных типов с железными дубинками, вполне откровенными намерениями, хорошей подготовкой, во вполне определённом ситуативном контексте (светошумовые гранаты, вырубленная инъекторами охрана, неизвестная группа на подстраховке с неизвестной снарягой) — и он в качестве противника, более чем невысокий сятэй со старым-старым клинком. Которому нужно увезти девочку любой ценой.

Телескоп ближнего зловеще щёлкнул, удлиняясь движением кисти хозяина до боевого состояния. БОМ-М! Это было опасно, Дэнда еле успел сделать подшаг, уклоняясь, чтобы не разнесло голову.

Он тут же исполнил обратный подшаг — вперёд, ибо дистанция — наше всё. Защита-атака, первый постулат бу-до.

В голове не осталось места для мыслей, одни рефлексы. В его руке сверкнула сталь — и отрубленная в локте чужая рука с дубинкой покатилась по асфальту.

Дэнда не питал иллюзий насчёт намерений врагов, однако скороговоркой обратился ко второму (первого заколодило: он очумело переводил взгляд с хлещущей кровью культи на то, что упало под ноги):

— С дороги марш. Убрать вэн. Будешь жить.

БОМ-М! Вторая дубинка попыталась повторить то, что не вышло у первой. Этот был постройнее подельника, двигался шустрее, плюс намётанный взгляд сятэя безошибочно определил, что у этого длиннее руки — опасно, очень опасно.

Финт. Подшаг назад. Выдернуть на себя. Уклон, переходящий в нырок — пропустить телескоп над головой.

В следующую секунду Дэнда воткнул вакидзаси в горло здоровяка, ударил майя-гири куда дотянулся (попал туда, где соединяются ноги).

Через секунду, не взглянув на побеждённых, сятэй был уже за рулём, проверил, как держится пассажирка, и на трёхзначной скорости ухитрился протиснуться между стеной и двинувшимся навстречу минивэном противника — видимо, водитель, оставшись в одиночестве, решил перейти к крайним мерам и использовать HiAce в качестве последнего аргумента, тарана.

Для чего ему пришлось тронуться с места, в свою очередь, освобождая толику пространства — которого асу Дэнде на родном kawasaki хватило.

Через долю секунды сятэй Эдогава-кай, с детства обожающий колёсную технику, быстрее молнии ушёл в поворот на Kagurazaka: сюда ни из каких доступных мест невидимые и неизвестные стрелки не доставали по определению ни из чего, поскольку угол WASEDA-DORI TOWERS и слепая зона (даже его далёкого от стрельбы понимания хватило сообразить).

В зеркало заднего вида Дэнда дисциплинированно отметил, как сятэйгасира оставил бесплодные попытки пересечь улицу вне пешеходного перехода поперёк потока транспорта — на подземку у него не было времени, а пойди он верхом — банально размажут по трассе. Не первой машиной, так второй, очень быстрый трафик.

Сэмпай поощряюще махнул вслед увозящему подопечную сятэю, сам живо укатился за ближайшую здоровенную клумбу, выполненной из каменного монолита (зачем? Предполагает, могут выстрелить из чего-то другого?). Затем сятэйгасира улёгся на газоне и принялся что-то быстро наговаривать в телефон.

Нормально. Вряд ли инъекция товарищам была смертельной — в центре Токио врачи скорой помощи скорее всего откачают от любого паралитика. Молимся за друзей, пока едем, Дэнда бесшумно произнёс несколько слов.

Сзади вяло зашевелилась Хикару, о которой можно не волноваться — обвязка на месте и пристёгнута своими руками. Девчонка с мотоцикла никуда не денется.

— ДОКЛАД! — в гарнитуре шлема неожиданно раздался голос Миёси Мая.

— Норма. Хикару-тян со мной пассажиром, уходим