Рецепт выживания - Виктор Викторович Зайцев

Глава 16

Лето 1992 года

Но всё это были мелочи по сравнению с галопирующий инфляцией, цены удваивались каждый квартал, образно говоря. Ну, вырастали наполовину точно. Народ спешил избавиться от рублей, покупали всё подряд. Разборки с рыночными торговцами по ценам за фрукты ушли в прошлое. То, что месяц назад стоило дорого, через месяц брали в магазине за эту же цену и считали дешёвым. Я распотрошил свои тайники, даже скатался в Тюмень, чтобы привезти оттуда заначку. И стремительно избавлялся от рублей. Не только покупкой долларов, где опасался сильно засвечиваться перед уголовниками. В основном вкладывал в недвижимость: здания в городской черте, квартиры в городе, умирающие заводы и колхозы. Спешил заплатить за них тысячи, пока они не превратились в миллионы.

На книгах и газетах перестали печатать цену, потому что она могла удвоиться за время перевозки со склада до магазина. Часть купленных квартир я оформил на себя, Николая Сергеевича и всех сотрудников близкого круга. Портить биографию Нине и Тане опасался, общей электронной базы пока не создали. Однако выявить недвижимость, записанную на сестёр, было можно. В то же время, нужно было сильно постараться, чтобы выявить всю мою недвижимость. Многое приобретал по доверенности на «украинцев», оформляя на себя генеральную доверенность. Производственные площади сразу брал на кооперативы, чтобы не смогли у меня отобрать при аресте. Появились первые кидалы, затягивавшие уплату поставок на полгода, пока деньги не превращались в бумагу.

Мои наличные на руках давали преимущество перед платёжными переводами через банки, которые тоже любили покрутить деньги пять-семь дней. Тут ещё чеченцы с поддельными авизо прославились. Люди совсем перестали банкам доверять. Мы всеми силами старались соблюдать договоры поставки продуктов: мяса, овощей и фруктов. Расплачивались после погрузки наличными, что давало преимущество перед конкурентами, но и обязывало наших сотрудников охранять купленный товар. К началу июня мы оформили свою ЧОП, исключительно для охраны своих площадей и сопровождения грузов. Олег и Алексей занимались своим ЧОПом уже самостоятельно, не привлекая меня на помощь. Видимо, наша имитация колдовства Олегом произвела нужное впечатление на уголовников.

Продукты мы скупали везде, где только можно. По наводке принятых нами на работу бывших военных, скупили несколько вагонов якобы списанной с военных складов тушёнки. В таких скользких моментах меня всегда интересовали чистые документы. С очевидным криминалом мы не связывались, благо все сделки проводили через наших юристов, почти полностью бывших ментов и прокуроров. Да и я следил за чистотой договоров. Если сделка становилась слишком выгодной при подозрительных документах, старались не связываться. Как говорится, всех денег не заработаешь, что-то придётся украсть. Именно так я повторял свое правило — всех денег не заработаешь.

Если приходили мои сотрудники со словами «надо брать, редкая возможность заработать на халяву», я сразу предлагал им оформить сделку исключительно на них лично, как на физическое лицо. Даже предлагал помочь наличными под чисто формальные проценты. Что интересно, никто из них не решился эти сделки совершать, не дураки были мои сотрудники. Потом мы узнавали, что в большинстве таких «редких сделок» была подстава или кидалово. Мы набирались опыта в условиях одичавшего капитализма, ошибались, теряли деньги и партнёров, но не падали, только утирали кровь и сопли, продолжая работать. Во многом помогали огромные запасы конфискованных воровских денег. Где-то я играл на своих связях с Москвой, демонстрируя фотографии на фоне Белого дома и в Беловежской Пуще.

Массаж я не бросал, через него продолжал поддерживать хорошие отношения со знакомыми чиновниками и завязывал новые полезные знакомства. Но не спешил разменивать эти знакомства на услуги, особенно околокриминальные. Это в Москве высокие чиновники сгорали через год-два работы, а в провинции они переживут девяностые годы и до десятых годов доработают исправно. При этом посадят многих их знакомых, но не тронут адекватных руководителей, не жадничавших и не наглевших. От заместителя прокурора я ничего не просил, кроме человеческой просьбы — помочь сиротам из Средней Азии, русским мальчикам и девочкам. Чтобы не волокитили оформление их опекунства требованием лишних документов. Откуда они у детей, убежавших от насилия в интернатах?

И мой клиент понял, пошёл на встречу, вскоре областной прокурор принял внутренний документ, облегчил оформление таких ребят не только в семьи, но и в коммерческие интернаты. По-моему такие, якобы «коммерческие» интернаты были только у меня, то есть нашей сети детских домов. Для чего мы выделили два дома отдыха с нормальными воспитателями из честных порядочных пенсионеров и здоровых охранников. Вкладывали туда нормальные деньги, чтобы покупать каждому воспитаннику разную одежду, положить ковры на пол, обеспечить нормальное питание и хорошие библиотеки. Именно в эти наши заведения поступали первым делом овощи и фрукты, мясо и закупленные конфеты.

Нередких в таких заведениях трудных подростков, которые избивали младших и насиловали девочек, просто отправляли обратно в Среднюю Азию, не собираясь оформлять документы для милиции и суда. Даже при возвращении обратно из Казахстана трёх хулиганов не взяли, отвезли в детскую комнату милиции с подробной характеристикой. После десятка таких случаев в наших интернатах стало спокойно — ни вымогательства денег, ни избиений младшеклассников. А желающих заработать на карманные расходы подростков мы пристраивали на подсобные работы. Помогали продавцам в виде грузчика на полставки, доставляли книги и газеты в издательства и типографии и тому подобные работы, где не требовалось много сил, и ребёнок не мог травмировать себя в механизмах.

Вопросов у прокуратуры и райисполкомов не было, они сами еле выживали. А мы формально давали согласие на работу наших воспитанников, как опекуны. Летом стали вывозить ребят за город на своих автобусах, чтобы они собирали лекарственные травы, собирали ягоды, да просто бегали на природе. Около десяти подростков осели на турбазах до осени, пока не пришла пора учиться. За лето наши закупщики вывезли в Россию более трёхсот русских сирот и пятьсот семей, в основном из Туркмении. Без вооружённого сопровождения русским специалистам оттуда уехать было сложно, особенно семейным. В Казахстане многие прикидывались обрусевшими немцами, выезжавшими целыми составами.

Уже к началу девяносто третьего года в Казахстане появились опустевшие мёртвые города, откуда выехали все русские и немцы. Казахи принялись распродавать пустые заводы, но техника была старая, изношенная, которая годилась только на металлолом. Так вот, могу похвастать, что все желающие остаться в Ёбурге беженцы получили от нас жильё и работу. Да, не бесплатно и не совсем жильё, но отдельное и благоустроенное. А работу старались предоставить по специальности и платить, как частники,