Рецепт выживания - Виктор Викторович Зайцев

в каждом районе. С обязательной регистрацией посетителей, не от того, что будем выгонять хорошо одетых, а чтобы ориентироваться на примерное количество и закупать нужный объём продуктов. Обеспечьте закупку продуктов, мебели, посуды, приглашение на работу профессиональных поваров, чтобы выполняли все требования санэпидстанции и всё прочее. И, естественно, охрану, желательно, круглосуточную. В наши голодные дни обязательно ночью полезут. — Все присутствующие машинально кивали головами.

— Николай Сергеевич, все вопросы соблюдения законов за юротделом. Начинайте прямо сейчас. На бухгалтерии оплата и покупка необходимого оборудования и посуды. Пусть кадровики займутся приёмом на работу квалифицированных поваров и оформлением на работу ответственных из числа пришедших сюда неравнодушных граждан. Командиру прямо сейчас закрепить за каждой группой активистов постоянную охрану и обеспечить транспортом. По возникающим вопросам обращайтесь к Ольге Ивановне, она будет куратором этого направления. Важного, заметьте, направления. Мы не просто баловством занимаемся. Мы спасаем людей от голодной смерти. Поэтому прошу относиться к бесплатным столовым по-человечески.

С пробуксовкой, сикось-накось, но бесплатные столовые стали входить в практику районов. Подальше от начальства, поближе к жилым микрорайонам. К сентябрю таких столовых мы открыли до трёх в каждом районе.

И в конце лета столкнулись с первым финансовым кризисом, наших доходов хватало лишь для зарплаты. На полноценную и большую филантропию запасы налички не были рассчитаны. Пришлось на моей машине съездить в Омск, забрать оттуда последнюю добычу из тайника. За неполные полгода она успела подешеветь в четыре раза, но там были триста тысяч долларов. Денег по расчётам хватало до конца сентября, не больше. К этому времени сработали наши договора с колхозами и совхозами в Челябинской области и немного в Свердловской. В областные центры пошли вагоны с картошкой, морковкой, свёклой, капустой, луком и чесноком, для которых мы арендовали даже опустевшие склады воинских частей. С военной охраной, естественно, и оплатой в виде натуральных продуктов из охраняемых складов.

На фоне инфляции наступила эпоха бартерных сделок, а мы впервые выбрались за границу, закупать компьютерную технику. Впервые распечатали нашу долларовую кубышку, за компьютерную технику получили оплату бартером и частично валютой в Ёбурге. Вроде не так и выгодно, однако бартер оказался весьма и весьма прибыльным. За компьютеры мы получили много недвижимости горисполкома и райисполкомов, висевшей гирями на ногах новых администраций. Отчисления Москвы, положенные по бюджету, свёрстанному в начале года, и налоги предприятий закончились уже в мае. А чиновники не привыкли работать без зарплаты. Вот и выкручивались мэры городов, выжимая деньги откуда можно. А компьютеры брали уже для пижонства, чтобы не упасть в грязь лицом.

За вторую партию компьютеров опять взяли бартером с Уралмаша, расплатившегося опустевшими цехами и отходами цветных металлов. Основное производства завода-гиганта пока держалось. Как и Уралвагонзавод, с которым мы наладили неплохое сотрудничество. Бартером получалось в два-три раза выше рыночной стоимости, но куда деваться? Зато все полученные рубли за продажу мяса, полушубков, фруктов и книг мы стремительно вкладывали в доллары, спасаясь от инфляции. Эти деньги я не боялся показывать, они чётко проходили по всем документам. Уже к осени у нас установилось хрупкое равновесие по долларам и хороший прирост недвижимости. Вместо строительства дворцов, мы вкладывали заработанные деньги в бесплатные столовые и строительство квартир, не забывая скупать почти всё предложение рынка по жилью.

Пришлось создать два отдельных специализированных кооператива по скупке квартир, с целью их перепродажи и сдачи в аренду. Основными их потребителями были наши беженцы и новые сотрудники. С начала сентября мне пришлось устроиться в интернатуру, которую по моей просьбе сделали на базе моего же кооператива по массажу. И уговаривать особо не пришлось, проректор сам предложил такую возможность, опасаясь потерять связи. Интернатура получилась при мединституте для общего удовольствия. Но четыре часа в день выпадали из моего плотного графика.

— Фёдор Васильевич, на нас напали на границе Казахстана и территории России, судя по всему, казахи. Мы взяли одного пленного, раненого, но говорить он не может, сильно ранен. Везти его в больницу опасно, что делать? — доложил мне Александр Усатов, начальник нашего ЧОПа, отставной капитан вооружённых сил. Уже непонятно, советских или российских, потому как присягу России он не успел принять, сократили. В этой поездке он лично сопровождал груз в Туркмению и Казахстан.

— Поехали, я его посмотрю сам, мединститут я фактически закончил. Доктор я или нет?

Так что неприятности начались вместе с осенью. В нашем здании, переоборудованном под базу ЧОПа, пленный казах действительно умирал. Но для меня он стал опытным экземпляром применения новых, не совсем отработанных задумок. К удивлению Усатова, уже к вечеру раненый очнулся и смог разговаривать. Отправив всех за дверь, мы с Александром принялись допрашивать пленника. Я подключил свои умения, не поставив командира ЧОП в известность. Для него казах просто всё осознал и раскаялся, чтобы откровенно сотрудничать.

— Откуда вы? Кто у вас главный?

— Мы из Актюбинска, нас смотрящий за городом отправил, вор в законе Коля Толстый, — начал разговор пленник, изрядно удивив не только Усатова, но и меня. Везёт мне на воров в законе. Ишь, как они зашевелились.

— Русский, что ли? — вступил в разговор Александр.

— Нет, казах, давно его короновали, ещё при Брежневе.

— Пиши адрес Коли, домашний и рабочий. — Мигнув начальнику охраны, чтобы молчал, продолжил допрос в одиночку. Пленник, у которого даже имя не спросили, с трудом написал две строчки.

— Кто из наших стучит Коле? — не забыл я узнать, откуда информация.

— Чего там стучать, вы полгода катаетесь, все знают, что везёте мясо и фрукты. Мы не ожидали вооружённой охраны. В другой раз Коля пошлёт больше людей. Пока платить не станете с каждого вагона. — На этом интересная мне часть разговора закончилась, и мы с Усатовым вышли из комнаты.

— Значит так, завтра он уже сможет ходить. Переоденьте его в чистое, отвезите в Челябинск, там отпустите. По дороге «случайно проговоритесь», что от челябинского вора в законе работаем. Убивать не будем, лишний грех на себя брать не хочу. Я сейчас ему укол сделаю, он и забудет наш разговор. Да и ты не болтай особо, сам понимаешь. Эта информация известна только нам с тобой.

Глава 17

Доходы-расходы

После разговора я вернулся в комнату и велел пленнику всё забыть. В его памяти осталась только то, что мясо и фрукты шли в Челябинск на самом деле, а Ёбург был обманкой, и принадлежат вагоны смотрящему за Челябинском. Сам принялся