Спасти СССР - Николай Петрович Марчук

бесед с населением. Немудрено, что его без труда поймали. Касавубу еще пытался его как-то образумить, вести переговоры, предлагал ему пост заместителя премьера, но получил гордый отказ и обвинения в предательстве интересов Конго.

Второго декабря Лумумбу доставили в столицу. Индийский генерал из войск ООН не стал вмешиваться в конфликт между Касавубу и Лумумбой – ведь Лумумба сам сбежал из-под его охраны. А 17 января 1961 года Лумумбу, на его несчастье, выдали Катанге. Естественно, трудно было ожидать, что в руках своего злейшего врага он останется в живых. Кто именно и как его убил, неизвестно. Официальная версия была «при попытке к бегству». Но в итоге Чомбе в глазах всего мира превратился в злодея, а Лумумба – в мученика.

Конго, а после переименования Заир, осталось нищей и отсталой страной. Одно время на Западе бытовала точка зрения, что, может быть, надо было отдать Конго «красным», а вместе с этим и Руанду с Бурунди. Эти страны были так далеки от капитализма и западной цивилизации, что даже коммунисты обломали бы об них зубы. Интересный факт: официально Лумумба был провозглашен национальным героем Конго в 1966-м, а несколько позже даже назвали в честь него город Лумумбаши. А имя Лумумбы было присвоено Университету дружбы народов в СССР в 1961 году, то есть за пять лет до этого. В Конго пять лет не знали, что он герой. А в Москве уже знали…

А спустя пару лет в результате военного переворота к власти пришел Мобуту Сесе Секо, провозгласивший себя пожизненным президентом Заира. Как и другие «переворотчики», Мобуту опасался армии, которая вполне может устранить от власти и его. Многие противники Мобуту оказались в тюрьме, большинство из них были казнены. Жестоко карались не только политические оппозиционеры, но и все, кому не нравился нынешний президент Заира.

Конго было переименовано в Заир, а главной доктриной стала политика «заиризации» и «мобутизма»: Мобуту категорически запретил европейские имена и одежду в пользу исконно африканских традиций, одежды и стиля. Мобуту появлялся на людях в характерной шапочке из леопарда и традиционной одежде.

Мобуту признал себя ни много ни мало мессией и активно боролся с церковью. В каждом выпуске новостей был ролик – Мобуту, подобно Святому духу, спускается с неба. Состояние Мобуту, сформированное путем нещадного хищения государственной собственности, составляло около 9 миллиардов долларов. Страна, в которой были уникальные, богатейшие ресурсы, оказалась за чертой бедности, с миллионными долгами.

При этом я четко понимал, что останься Патрис Лумумба у власти в Конго, то он таких бы дел наворотил, что людоед Бокасса или Ади Амин казались бы непорочными ангелами по сравнению с ним, но Патрис ушел из жизни слишком рано, да к тому же еще на волне всеобщей народной любви у низших, самых бедных слоев заирского общества. К тому же в СССР о нем осталась память как о национальном герое-мученике.

В общем все сложилось так, как и должно было случиться. Патрис Лумумба оставил после себя четверых детей, правда от разных женщин, но это не важно. Сынки пошли в отца и готовы были «рвать и метать» на политическом поприще. Почему бы этим не воспользоваться?!

Все эти нюансы и тонкости африканской кухни надо учитывать заранее. Чтобы избежать неприятных эксцессов в будущем.

Также надо учесть и распределение основных и самых многочисленных африканских племен по территории Африки. Это тоже немаловажно. Если глянуть на политическую карту Африки, то можно заметить, какие ровные границы у многих стран, они буквально проведены по линеечке.

Большая часть территории Африки долгое время были европейскими колониями. Формальным закреплением границ занимались французы и англичане, сидя в «офисах». Часто они не знали о рельефе определяемых территорий, проживающих на них народах, религии и так далее – легче было провести прямые линии.

Из-за этого получилось, что африканские государства имеют очень разрозненный этнический состав, а часть одного племени вообще живет по разные стороны границы. И это одна из тех причин, почему Черный континент сотрясается от бесчисленного круговорота путчей, революций и переворотов. Гражданские войны, резня и геноцид – все это результат колониальной политики белых на Черном континенте.

Я вместе со своей командой собирался перекроить границы по-новому. Сделать так, чтобы вместо огромного Заира возникло несколько новых государств, где границ будут определяться не линейкой, проведенной на карте, а реальными границами проживания племен на земле.

«Вольные стрелки», действуя молниеносно и небольшими мобильными группами, рвали на части заирскую армию ежедневными ударами, засадами и обстрелами. Сотни ДРГ «Вольных стрелков» на легковых и грузовых автомобилях появились из ниоткуда, наносили молниеносный удар и исчезали в никуда, оставляя после себя трупы поверженных врагов, сожженную технику и уничтоженную армейскую инфраструктуру. Мы не держались за какие-то конкретные города или деревни, предпочитая действовать по всей территории Заира. А зачастую даже обходились и без особой стрельбы, когда вражеский гарнизон понимал, что попал под прицел «Вольных стрелков», то тут же выбрасывал белый флаг, взамен заирские солдаты получали знамя СРК и небольшую плату за неучастие в боевых действиях.

Когда группировка войск СРК подошла вплотную к Киншасе, то президент Заира скрылся в неизвестном направлении. Сбежал он не один, а с группой министров, семьей и отрядом личных телохранителей. Нам надо было срочно его найти, чтобы показательно казнить или засадить в тюрьму. Не хватало, чтобы этот любитель «леопардового стиля» оказался за границей, где устроил бы правительство в изгнании. Деньги у него есть, связи с буржуями есть, да и сам Мобуту – выдумщик еще тот, такой может вполне что-то такое-эдакое учудить.

Глава 14

Пули стегали брусчатку мостовой, высекая искры из гладких камней, некоторые рикошетили в стены близлежащих домов, сбивая с них куски штукатурки. Я вжался в стену, прячась за колонной, поддерживающей балкон. Вражеский пулемет бил длинными, истеричными очередями. Пулеметчик явно не жалел БК и ствол пулемета.

– Ну что там? – рявкнул я, обращаясь к бойцу, торчащему на противоположной стороне улицы.

– Пулемет! У них пулемет! – испуганно кругля глаза, крикнул мне в ответ солдат.

– Едрить-колотить, ты прямо Капитан Очевидность, – буркнул я себе под нос, – а то и так по звуку не понятно, что у них пулемет. Откуда бьет пулик? – перекрикивая трескотню пулемета, задал я следующий вопрос.

– С колокольни церкви, – крикнул мне в ответ боец, – с самой верхушки!

Я тяжело выдохнул, в сотый раз за последние полчаса посмотрел на лежащие посреди мостовой мертвые тела, истерзанные пулями, и так же в сотый раз пожалел, что поленился взять с собой