"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

взревела — и вдруг лопнула, как пузырь, налитый водой, который сбросили с высокой крыши. Черный дым таял, смешиваясь с настоящим дымком. Догорали на полу лужицы каменного масла.

Человек в плаще испуганно забился в угол и в ужасе смотрел на огонь. Капюшон слетел, открыв лысую голову и безбровое лицо. Но даже так Скай его узнал.

— Ниар? Ты что здесь делаешь?

Студент не сразу, но все же взял себя в руки и отвел взгляд от горящего масла. Тем более что оно уже догорало. Сил подняться у кладоискателя не было, но смотрел он на волшебника и его спутников так яростно, что собравшийся было помочь ему Скай остановился. Умирать прямо сейчас Ниар, похоже, не собирался, а после встречи с нечистью лучше посидеть спокойно.

Неплохо было бы еще перекусить для восстановления сил — и пострадавшему, и его спасителям. Но Ниар всем своим видом выражал, что от врагов ничего не примет, а доставать еду у него на глазах и есть ее, не поделившись — на такую жестокость Скай готов не был.

Пострадавший тем временем отдышался и соизволил ответить на вопрос:

— Погулять вышел. А у вас такое развлечение — на людей в темных переулках нападать?

— Только на тех, кто за нами следит, — ответил Скай.

— Я не следил, — нашел силы на возмущение Ниар. — Я… Я присматривал! Ждал, когда вы встретитесь с моим папашей.

— И зачем? — поинтересовался Ник.

— Высказал бы ему, что мне от него ничего не надо!

— А просто так ты ему этого сказать не можешь? Обязательно нужно за нами таскаться? — ядовито поинтересовался травник.

Студент замялся. Похоже, мыслить здраво он начал только сейчас. И помимо злости к нему подобрался стыд.

— Ну, я хотел поймать его на горячем… — неуверенно сказал он. — И вот тут-то все высказать.

Ник обидно хмыкнул.

— А раньше ты ему это уже высказывал?

— Конечно!

— И что он?

— Да ничего, сказал, что я могу идти, куда мне вздумается. И что он не будет вмешиваться в мою жизнь.

— И ты решил, что если вдруг он теперь, когда ты пострадал, решил вмешаться, то тут-то ты его подловишь на вранье и ка-а-ак наговоришь еще гадостей? — догадался Ник.

Студент покраснел.

— Ты не понимаешь! Отец — он только с виду приличный! И все в это верят. А на самом деле он… Я даже слов таких не знаю, какой он! А мать его терпит. Знает про его любовниц и помалкивает. Слова ему поперек не скажет. А у него новая девка каждый год.

Ниар чуть не расплакался от накатившей бессильной злости. Даже кулаком по полу стукнул, но вышло слабо и почти жалко. Скаю подумалось, что студент не только выглядит как мальчишка, но, по сути, мальчишка и есть. Потом он вспомнил собственные обиды на дядюшку Арли и тоже почувствовал стыд. Ник же, кажется, никакого сочувствия к парню не испытывал.

— Ну что ж, я тебя поздравляю: твой папаша, может, и козел, но честный. Ну или он просто не знает, что тебя угораздило пострадать — вот и не вмешался. Тут я ничего сказать не могу — мы же его не знаем.

— Все он знает, — не согласился Ниар. — Он приходил в общагу, когда я в лазарете лежал. Ему все разболтали!

— Но мы-то понятия не имеем, кто он. Этого даже твой друг Кирт не знает, — развел руками Ник. — Да и с чего бы ему обращаться именно к нам? Мог бы с этим вашим Мансом сговориться. Думаешь, он бы отказал?

— А зачем тогда ты денег дал? — обличительно уставился студент на Ская. — Добренький, что ли?

Волшебник растерялся. Как отвертеться от таких обвинений, он даже и не знал.

— Это у Ская увлечение такое — всяким сирым и убогим помогать, — отрезал Ник.

Студент открыл было рот, но тут вмешался молчавший доселе Пит.

— А почему бы нам не перебраться отсюда в какую-нибудь забегаловку? Вам, господа волшебники, небось, после приключений очень кушать хочется?

Тон у кучера был самый что ни есть простецки дружелюбный, но Скай безошибочно расслышал: «Пойдемте уже, накормим вас, пока вы тут друг друга не сожрали!» Есть действительно хотелось зверски. А еще отмыться и поспать.

— А еще мне оченно любопытно, что это за злющая тварь тут была? — продолжил Пит.

— Королева Темнецов, — объяснил Скай. — Внушает жертве, что та слепа, парализована и сейчас умрет. А потом кормится ужасом. Но может питаться и нечистью помельче, люди для нее — скорее приятное дополнение к рациону. Специально она на людей не охотится. Видимо, у нее здесь гнездовье.

— Не было тут никакого гнездовья! — не согласился Ниар, по стеночке поднимаясь на ноги. — Мы тут месяца два назад проходили. Я что, похож на идиота — прямо к нечисти в зубы бежать?

Ник открыл было рот, чтобы сказать, что очень похож, но Скай его перебил:

— Помнится, Линт говорил про Темнецов в том коридоре, — волшебник хотел махнуть рукой, чтобы показать направление, но понял, что после азартной погони совершенно не представляет, с какой вообще стороны они находятся. — Вы их каким ритуалом разгоняли?

— Отпугивающим, — мрачно ответил студент.

Комментарии были излишни. Спугнутая с гнезда Королева Темнецов становилась особенно агрессивной.

Процессия тронулась в обратный путь. По мнению Пита, Ниара следовало нести, но гордый студент ковылял сам, придерживаясь за грязную стену. До канализации он даже от подставленного плеча отказывался, но низкий потолок и скользкие неустойчивые камни под ногами сломили его упрямство. А может, просто понял, что шлепнуться в грязь лицом будет намного унизительнее.

Глава 15

Снаружи похолодало. Ветер свистел, морозил щеки и забирался под плащи. Скай вздохнул и начал растирать руки, готовя Согревающее заклятье. Если удастся быстро найти извозчика, готового за тройную плату посадить в свой экипаж неимоверно грязных пассажиров, то силы как раз хватит, чтобы поддерживать заклятье на всех четверых до самого дома и не потерять сознание после этого. Вот только с извозчиками возле Оленьего моста, помнится, негусто.

— Когда мы там проезжали, я таверну видел, — махнул рукой Пит.

Скай сначала удивился: кучер показывал вовсе не на ту улицу, по которой они сюда приезжали. Но потом вспомнил ночную поездку из «Публичных терм госпожи Тамалы» и снова подивился наблюдательности Пита. Интересно, можно ли такому научиться?

На соседней улочке и впрямь обнаружилась таверна. Не самого приличного вида, с потрескавшейся вывеской и разбитым фонарем у входа, но выбирать не приходилось. Ниар, вопреки опасениям Ская, не стал привередничать. Видимо, понимал, что гордость гордостью, но сейчас