"Фантастика 2026-85". Компиляция. Книги 1-14 - Stonegriffin

– Она избавляется от артефактов вместе с мешочками. Весьма нетипичное расточительство для госпожи Недич, – заметил Герби.

– Я прямо как чувствовал, что эта сублимация ни к чему хорошему не приведет, – сказал Келли.

Судя по всему, Лира сочла неподходящими абсолютно все артефакты, которые собрала за прошедшие девять часов. Это выглядело совершенно неадекватно и тревожно.

– Госпожа Недич, вы увидели какую-то угрозу? – спросил я, снова открыв канал связи.

– Да! Или нет… Просто… Я сейчас вернусь, и мы сможем улететь…

Угроза! Мы с Келли встрепенулись.

– Стартуйте, как только она взойдет на борт, а я пойду ее встречать!

– Есть, капитан!

Шутки кончились. Герби сел за свой пульт, и они с Келли достали и активировали управпанели. Маленькая Лира на экране, отбросив последний мешочек, запустила лебедку, чтобы вернуться по тросу. А я побежал к шлюзу.

«Гемелл, что могло там произойти? Есть идеи?»

Молчание.

Ах да, он же пообещал больше ничего не говорить. Как невовремя! Ладно, без него разберемся. Мигнула лампочка, извещающая о том, что кто-то миновал внешние двери шлюза. Интересно, не опасно ли ее запускать? Лира начала процедуру обеззараживания, видимо, задавшись тем же вопросом.

Что там могло ее так напугать?

– Она в шлюзе, стартуйте, – приказал я по связи Келли.

Пять минут спустя внутренняя дверь шлюза открылась, и Лира в скафандре шагнула внутрь.

– Как вы себя чувствуете?

– Хорошо, – ответила она, даже не останавливаясь.

И скрылась в каморке для снятия скафандра. Вышла оттуда сильно позже, чем можно было ожидать. Видимо, пыталась успокоиться и выглядеть профессионально. Почти получилось. Только глаза выдавали.

Плотно облегавший ее тело черный костюм для скафандра подчеркивал весьма соблазнительные формы, но сейчас мне было не до того.

– Что случилось? Рассказывайте!

– Мы улетаем? – спросила она в ответ.

– Да! Что напугало вас? Почему выбросили артефакты?

Лира молчала, глядя куда-то сквозь меня. Потом сказала:

– Кое-что произошло, но это касается только меня. Если мы улетели, никакой опасности больше нет. Я очень устала, мне нужно отдохнуть, собраться с мыслями. Я обязательно расскажу вам, но потом. Позвольте сейчас мне просто пойти в каюту и поспать?

Наверное, надо было настоять на ответе, но когда красивая девушка в облегающем костюме просит тебя о чем-то… В общем, я разрешил. И какое-то время любовался ей сзади, пока она шла по коридору.

– Ну че там у нее стряслось? – спросил Келли, когда я вернулся в рубку.

– Кажется, какие-то личные заморочки.

– Хм. Ты не позволил нам искать артефакты на мертвой планете и сам ничего не принес после своей прогулки. Затем Лира выбросила все находки, которые собрала на орбите, и нам пришлось срочно улетать из-за каких-то ее глюков. Таким образом у нас нулевой улов с данного полета. Вряд ли это впечатлит Босса.

– У нас много чего накопилось с прошлых поездок. Этого более чем достаточно.

– А зачем мы тогда сюда перлись? В эту систему?

– Ради науки.

– Что ж, надеюсь, наука довольна. Потому что, кроме нее, точно никто не доволен!

Какое-то время я думал, что бы ему такое умное ответить, а потом понял, что Келли не ждет ответа, и промолчал. Я размышлял, не стоит ли скомандовать повернуть назад к планете и пособирать артефакты самому? Что, если никакой угрозы нет и Лире просто померещилось на фоне переутомления?

Но тут мой друг спросил:

– Теперь мы наконец можем вернуться в Федерацию?

– Да. Как доберемся до края этой системы, выходим в гипер и летим на Капири. Ты говорил, что там можно залечь на дно и уладить проблемы с Боссом.

После всего, что я видел и пережил на последних двух планетах, какой-то недовольный гангстер представлялся мне совершенной мелочью.

Когда Келли вышел из рубки, андроид сказал:

– Ваша вторая личность назвала специальный код доступа ко мне, когда мы были на планете. Это весьма необычно, потому что его знал только Василий Сергеевич.

– Для меня это тоже было неожиданно. Извини, что так вышло, он был очень груб.

– Грубость меня не беспокоит. А источник информации – да. Вы совершенно точно не общались с Василием Сергеевичем, он умер много лет назад.

– Тогда откуда Гемелл мог узнать код?

– От меня. Но я не помню об этом. Некоторые секторы в моем блоке памяти переписаны. Это произошло во время перелета с астероида на Лодвар.

– Как раз тогда он пользовался моим телом, пока я спал.

– И мы не знаем, что он в то время делал с нами обоими. Как-то ему удалось получить от меня специальный код доступа, хотя во мне прописана программа, запрещающая сообщать его кому-либо. Все это создает потенциальную угрозу. На вашем месте я бы постарался узнать, что же он сделал.

– Ну… это вряд ли получится, поскольку он обещал больше ничего не говорить и не вмешиваться в мою жизнь. Тогда, на планете, это был последний раз.

– Думаете, он сдержит обещание?

– Пока держит. Посмотрим. Возможно, это начало реинтеграции моих личностей.

– Каких личностей? – спросил Келли, возвращаясь с кружкой кофе.

– Да так… – Я смутился. – Мы просто обсуждали с Герби различные психические заболевания.

– А, это он любит. Всем психические диагнозы ставит. У меня штук десять нашел.

– Только три, – возразил андроид. – Причем один из них – просто личностное расстройство. Я всегда предупреждаю, что не являюсь психиатром.

– Что невероятно ценно, ведь без таких предупреждений мы, конечно, никогда бы об этом не догадались.

Я почувствовал неловкость и ушел в свою каюту. В ближайшие часы в рубке мне все равно делать нечего. «Отчаянный» летит к краю системы, откуда можно будет перейти в гипер.

«Как ты получил код доступа к Герби? Что еще делал в то время, о котором не сохранилось воспоминаний ни у меня, ни у робота?»

Гемелл не ответил. Его присутствие на задворках моего сознания по-прежнему ощущалось. Странное дело: пока он говорил, я чувствовал лишь раздражение, но стоило ему замолчать, и я… нет, конечно, не соскучился, но по-другому начал смотреть на него. С жалостью, что ли. Я побыл на его месте очень недолго, и мне оно совсем не понравилось. Я понимаю, что это просто мое психическое расстройство, но он-то сам себе кажется реальным! И теперь Гемелл заперт в роли молчаливого наблюдателя, обреченный постоянно переваривать ужасную правду о гибели его народа… Тех, кого он считает своим народом.

Вздохнув, я достал планшет и открыл «Пространный катехизис восточно-православной Церкви». Часа два потратил на то, чтобы дочитать до конца. Пусть уж лучше Гемелл займет