Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

— Спасибо, — Ирина улыбнулась одними губами и заговорила более уверенно. — Так вот, первая куколка, самая маленькая, представляет наше бренное физическое тело. Оно действительно самое маленькое, слабое, с минимальным запасом живой энергии, и поэтому такое недолговечное и подверженное всевозможным недугам. Вторая куколка — первое из шести тонких, нематериальных тел, эфирное или, точнее, эмоциональное. Оно значительно более насыщено энергией, поэтому непосредственно управляет всеми функциями физического плана и одновременно подпитывает, восполняет потери энергии первого тела. Каждый взрослый человек знает, что язва желудка появляется «от нервов», то есть от сильных эмоциональных потрясений. Перерасход энергии эфирного тела приводит к недостатку энергии тела физического, что и выражается в болезни, например, язве желудка или инфаркте сердца… Понятно?

— Ну, не такой уж я дурак, как кажусь в профиль! — я почувствовал себя значительно лучше, поняв, что все это не бред, и что Ирина действительно может лечить любую болезнь, владея мощным оружием воздействия на самые тонкие механизмы и реакции, что дают нам жизнь. — Только про остальное, как-нибудь в другой раз, а то, боюсь, мой «компьютер» не справится с такой лавиной новой информации.

— Конечно, Дима, продолжим на следующем сеансе, дня через два.

— Ириша, можно тебя спросить?.. — я больше не мог оставаться в неведении о ее ко мне отношении, хотя и понимал, что это глупо.

— А надо ли? — она как-то по-особенному взглянула на меня.

— Мне это необходимо! — я решил пойти до конца.

— Спроси…

— У меня есть хоть какой-то шанс?..

Ирина отошла к затененному жалюзи окну, чуть раздвинула упругие полоски, и узкий золотистый поток света облил ее губы.

— Так жизнь построена из «вдруг», в зеленый круг, игру простую, и все мои «хочу» впустую, помимо глаз, помимо рук! — она лукаво улыбнулась.

— Понятно, — настроение у меня упало, но я постарался не показать ей этого и сделал то, чего сам от себя не ожидал. — Тогда возьми ключи от моего дома. Так, на всякий случай… Вдруг под дождь попадешь и негде будет обсушиться… Или просто захочешь зайти… в гости.

— Это предложение? — вполне серьезно спросила она вместо того, чтобы рассмеяться над моей глупостью, как я ожидал.

— Это просьба, — я немного воспрял духом: она не отказалась! Ура!

— Спасибо за… приглашение, — Ирина взяла брелок с ключами и зажала их в кулачке. — Буду рада им воспользоваться. Когда-нибудь!

Вот так! В этом вся Ирина: умница, красавица, ведунья, целительница, обалденная женщина и прочая, прочая, прочая. Ладно, раз влюбился — привыкай! Говорить мне не хотелось, а хотелось…

— Спасибо, родная! — все-таки вырвалось у меня.

А Ирина вдруг оказалась рядом, и жаркая душистая волна мгновенно окутала меня целиком, погружая в сладкую, безумную и радостную темноту…

Глава 6

На этот раз в отделе уже с утра никого не было, даже «влюбленной пантеры», хотя понедельники в нашем еженедельнике — самая горячая пора. Вместо нее на моем столе стоял пластиковый стаканчик с букетом незабудок — ее любимых цветов, а на стенке стакана ее любимой алой помадой было нарисовано стилизованное сердце со шкодливой рожицей верхом на букве «л». При виде столь прозрачного намека уши мои непроизвольно зарделись, и я поспешил убрать «компромат» в дальний угол, за ширму, где Леночка создала для нашей дружной компании минибар на один столик.

Однако, поработать мне тоже не удалось. Едва я расположился в кресле в позе творческой задумчивости (полулежа, ноги на столе), проснулся мой мобильник.

— Привет писунам и записанцам! — Олег Ракитин был бодр и свеж до такой степени, что это немедленно передалось и мне прямо через эфир.

— Когда веселятся органы, граждане обычно плачут, — осторожно отозвался я. — Вы что там, вычислили нашего «вампира»?

— Можно сказать и так, — уклонился Олег от прямого ответа. — Ты не слишком погряз в бумагомарании?

— Не больше, чем один знакомый сыскарь…

— Тогда один знакомый сыскарь приглашает одного зажравшегося журналиста посетить адрес: улица Гоголя, дом пятнадцать, квартира три. Желательно — немедленно.

— Ну, если у горы разыгрался приступ подагры, тогда ей нужен не Магомет, а ревматолог.

— Не грубите, гражданин! Это в ваших же интересах. Десять минут на доставку хватит?

— Может быть, «да», а может быть…

— Между прочим, сей поход тебе тоже на руку, — Ракитин был неумолим и неизбежен как баллистическая ракета.

— А спрятаться нельзя?

— Если страус, то попробуй!

— Ладно, — я притворно вздохнул. — Явиться с вещами, али как?

— Запасные трусы и зубную щетку разрешаю, — отпарировал Олег. — Не явишься, через двадцать минут высылаю наряд!

В трубке запиликал сигнал отбоя.

— Ну вот, началось! — сказал я своему мобильнику, сунул его в карман и рванул к выходу через три ступеньки.

У двери вышеозначенной квартиры мы с Ракитиным оказались практически одновременно. Однако за дверью нас ждал сюрприз, резко поубавивший количество эндорфинов в крови. Я даже вздохнул, глядя, как с Олега прошлогодней змеиной шкурой сползает оптимизм вкупе с радостной бодростью. В ответ на длинный звонок и сообщение типа «откройте, милиция!» перед нами возникла благообразная старушка в строгом черном платье и с абсолютно белой пушистой головой, напоминавшей перезрелый одуванчик, и, поджав тонкие сухие губы, строго осведомилась:

— Чем обязана, молодые люди?

— Капитан криминальной милиции Ракитин, — Олег предъявил свое удостоверение. — Добрый день! Гражданка Крестовская Инесса Павловна?..

— Графиня Крестовская, господин капитан, графиня! — надменно выпрямилась старушка. — До двенадцатого колена! И весьма этим горжусь!

— Прошу прощения! — Ракитин мгновенно подтянулся и слегка склонил голову. — Разрешите войти, сударыня?

— А вы кто, юноша? — графиня оценивающе разглядывала мою потертую джинсу и легкомысленные сандалии.

— Котов Дмитрий Алексеевич, репортер уголовной хроники из «Вестника», — я тоже попытался изобразить галантность и даже щелкнуть отсутствующими каблуками.

— Что ж, проходите, — великодушно разрешила хозяйка и не оглядываясь двинулась вглубь квартиры.

Дом этот был неимоверно стар не только снаружи, но и изнутри. Слабо разбираясь в особенностях архитектурных стилей и времен, я рискнул приписать его постройку к середине девятнадцатого века и, видимо, не слишком промахнулся. Вдобавок и большинство предметов обстановки в трех просторных (и непроходных!) комнатах были окутаны паутиной времени. И вместе с тем, квартира содержалась в исключительном порядке и чистоте. Первым контрастом веков оказался супермодный цифровой телевизор «Забава» с плоским метровым экраном, удобно устроившийся в просторной гостиной между старинным массивным сервантом, заставленным хрустальными вазами, салатницами и комплектами для распивания напитков различной крепости, и таким же древним секретером, увенчанным встроенными в него часами с боем каждую четверть часа. Вторым — тот самый «навороченный» телефонный монстр от фирмы «Мещера», собиравший заказы для неуловимой и кровожадной гетеры, и скромно стоявший на каком-то реликтовом до