Патруль 6 - Макс Гудвин

Я вышел на балкон с ним на плечах, а вертолёт всё ещё послушно ждал меня на крыше. И, закинув Эдгара в салон, пристегнул ремнями к пассажирскому креслу. Сам сел на кресло пилота, оглядывая приборную панель. Та же знакомая морда Bell 429, что и в прошлый раз. Только теперь я хотя бы знал, где у неё какие кнопки и рычаги.

— Тиммейт, — позвал я, запуская двигатель, когда дрон влетел в дверь и упал в салоне, — Давай инструкцию по подъёму. Веди к Ракитину!

— Координаты сбросил, — отозвался он. — Взлетай, я буду корректировать.

Лопасти над головой завертелись быстрее, набирая обороты. Я добавил газу, и вертолёт плавно оторвался от крыши. Внизу осталась вилла «Casa Blanca» с мёртвым снайпером и суетящейся охраной, потому как вылеты вертолёта с их боссом не входили в их распорядок ночи.

— Курс — двести двадцать, — подсказал Тиммейт. — Высота триста. Держи ровнее.

Я вцепился в ручку, стараясь не думать о том, что веду вертолёт второй раз в жизни. Ночь была тёмной, только огни Майами остались где-то слева, а впереди расстилалась бескрайняя чернота Эверглейдс, полная болот, лесов и опасностей.

Минут через двадцать внизу показались огни порта Майами. Краны, контейнеры, длинные пирсы, уходящие в тёмную воду, — всё это проплывало подо мной, пока Тиммейт вёл вертолёт моими руками к месту посадки.

— Вижу склад 74, — доложил он. — Площадка перед ним освещена, посторонних нет. Садиться будешь прямо перед воротами.

Я выглянул в боковое стекло. Внизу, среди бесконечных рядов контейнеров, темнел длинный ангар с цифрой «74» на крыше. Перед ним горел одинокий фонарь, а рядом стоял чёрный внедорожник с потушенными фарами.

— Понял, — выдохнул я, начиная снижение.

В этот раз я садился увереннее — практика, чтоб её. Вертолёт коснулся бетонки, лопасти замедлили ход, и в наступившей тишине я услышал, как открываются ворота склада.

Из темноты вышел Ракитин.

Я же выпрыгнул из кабины, хлопнул дверцей и направился к нему. Ракитин стоял, шёл мне навстречу с неизменным планшетом в руках. Как всегда, в тёмном костюме, с неуставной щетиной и усталыми глазами человека, который не спит третьи сутки.

— Сержант, — кивнул он, когда я подошёл. — Откуда ещё один вертолёт⁈

Я обернулся на летающую машину, где в пассажирском кресле бессознательно висел Эдгар.

— Шёл в комплекте с боссом клана, — усмехнулся я. — Внутри Эдгар «Эль Чарро» Валленсиа. Собственной персоной. Спит ещё, но, думаю, к утру очухается.

Ракитин присвистнул, когда подошёл к вертолёту и заглянул внутрь, посветил фонариком. Вернулся ко мне с выражением лица, которое я не мог прочитать — то ли уважение, то ли шок от моего безумства.

— Ну ты даёшь, Кузнецов, — сказал он наконец. — Мы тут сидим, думаем, как тебя вытаскивать, а ты не просто вытаскиваешься, а ещё и сувениры привозишь. За него же пятнадцать миллионов полагается.

Я пожал плечами.

— Могу номер карты Сбербанка дать. 15 миллионов долларов минус 13% подоходного налога — всё равно большие деньги. Для парня, который 100 000 ₽ получает.

Ракитин махнул рукой, и из темноты склада вышли четверо в чёрных костюмах. Молча подошли к вертолёту, отстегнули Эдгара и потащили внутрь. Босс картелей даже не шелохнулся, не приходя в сознание.

Когда они скрылись, Ракитин обернулся ко мне.

— И ещё, — добавил Ракитин. — ФБР хочет с тобой встретиться. Неофициально. Говорят, впечатлены работой ещё с того раза, про эту они не знают ещё.

Я поморщился.

— Агент Митчелл? Опять с особняком в Корал-Гейблс приставать будет?

— Не знаю, — честно ответил Ракитин. — Но думаю, теперь у них предложение будет посерьёзнее. Им нравятся неподкупные русские. Они нас боятся и потому уважают.

Я усмехнулся.

— Скажите им, что я подумаю. После того, как высплюсь.

— Садись, подвезу, до отеля, — произнёс он, улыбнувшись. — Документы твои уже у нас, а вот новые трофеи придётся сдать, кстати. Ты же не только босса к нам притащил?

— МР-5 сдам, а больше там нет ничего. Два ножа японских, разве что, но они вас вряд ли заинтересуют.

Я вернулся в вертушку и забрал рюкзак с формой и дроном и автоматом, который передал тут же генералу.

— Оставь, тут ребята заберут, — поморщился он.

А далее я забрался на пассажирское сиденье чёрного внедорожника. Ракитин сел за руль, и машина тронулась, оставляя позади склад 74, вертолёт и тёмные воды порта Майами.

Где-то там, в ночи, телефоны киллеров по всему миру принимали новые заказы. И где-то в этот момент начиналась самая кровавая профессиональная рубка вооружённых людей в истории криминальной Америки.

— Слушай, сержант, — протянул Ракитин, смотря на дорогу, — А чего ты в ФСБ забыл? К нам в ГРУ не хочешь?..

Глава 18

Гольф, двушка и грамота

— На меня дурно посмотрели бы свои и плохо приняли бы ваши, если бы я принял ваше предложение, — произнёс я, откидывая голову на подголовник и чувствуя, как напряжение начинает потихоньку отпускать затёкшие мышцы шеи.

Ракитин хмыкнул, бросив на меня быстрый взгляд. В свете пролетающих фонарей его лицо казалось высеченным из камня — усталым и холодным.

— Я узнал цитату, но я не Кардинал Ришелье, и мы не на разных сторонах шахматной доски, — спокойно парировал он. — Скорее, я предлагаю тебе из пешки «белых» стать, к примеру, фигурой «белых». При должном кураторстве ты мог бы быть очень опасным элементом партии.

— Конём или слоном? — спросил я, прикрывая глаза. Возможно в моём голосе сквозила усталая усмешка.

Машина плавно вильнула, объезжая какой-то разбитый участок дороги. Ракитин молчал несколько секунд, собираясь с мыслями, а когда заговорил, в его тоне исчезла привычная официальность словно он говорил как старший товарищ, уставший от той же игры, что и я.

— Наши специалисты считают, что твоё чувство юмора — это защитный механизм психики от того стресса, который ты претерпеваешь в ОЗЛ. — Он произнёс это без тени насмешки, констатируя факт. — И знаешь, сержант, и они, вероятно, правы. Но в ГРУ нам нужны те, кто, пройдя через мясорубку, сохраняет способность шутить. А главное — думать. А ты сегодня проявил инициативу которая позволила тебе и Эдгара взять и полдюжины киллеров положить. Ты Слава пешка которая дошла до конца доски, и